Русберг
New member
Глава 10.
Штреки уводили все дальше и дальше от расщелины, исчезли скругленное червоточины, сменившиеся заброшенными тоннелями, местами сужавшимися завалами, от чего передовой отряд разведки вместо проверки прохода останавливался на расчистку, чтобы основное войско смогло протиснуться хотя бы по двое. Все чаще встречались истлевшие останки рудокопов, перекошенные, но продолжающие держать на себе своды подпорки из дерева, игнорирующего само время и не желающего рассыпаться гнилостным прахом.
И вновь воцарившаяся в бесконечных лабиринтах, переплетающихся полузаваленных выработок и природных тоннелей тишина давила на разумы бойцов, следовавших за мной, будто бы орда сбежавших рабов за фанатиком, обещавшим, что вскоре тот приведет всех в райские земли, где они смогут жить в изобилии и незнании страха да скреп прежнего рабства, отдав всех себя в жертву иному более милосердному Божеству, карающему лишь только тех, кто в него не верует.
Но я, в отличие от этого персонажа, был уверен в направлении, подсознательно зная, где свернуть и куда идти, чтобы не заблудиться и выйти к нужному месту. Не знаю, как это стало происходить, но исчезновение окна карты не стерло ту из моей памяти, а разум будто бы высчитывал точное местоположение, в уме проецируя воображаемую местность.
Странно, но такова новая действительность, которая меня вполне устраивает. Нет, были и свои минусы, но плюсов насчитывается гораздо больше, и если я начну их все перечислять, то на это уйдет минимум неделя. Хотя, восприятие времени здесь становится иным, и даже проведенный час кажется целым днем, а день неделей. Да и сами недра угнетали, все постоянно прислушивались и напрягались от любого треска или же стука, донесшегося сквозь толщу породы. Люди с опаской всматривались в черноту примыкающих тоннелей, встречая неизвестность щитами и копьями. В воздухе постоянно летало напряжение магических заклинаний, удерживаемых сотворившими магами.
- Дозор впереди, - тихо произнес Воислав: - Всем быть начеку.
Прежнее напряжение сразу же усилилось, затхлый спертый воздух затрещал, ионизируясь от заклинаний и впитывая в себя астральные пары, источаемые магическими щитами, наложенными на авангард, двинувшийся вперед, запирая стальными заслонами примыкающие штреки и щели.
Мы зашагали к присевшим за камнем теневикам, высматривавшим что-то в невидимой для нас дали, если можно так сказать о данной местности, славящейся своими просторами и красотами. По их поведению было видно, что опасности нет, но что-то впереди все же имеет место быть, и идти дальше без разрешения начальства они не решились.
По мне, странно, что радисты не отрапортовали в чате, или же не отправили одного нам на встречу, но это уже пусть Воислав голову ломает, мое дело маленькое – быть большим и важным.
- Ну что там, бойцы? – Воислав окликнул продолжавших наблюдать разведчиков, тут же обернувшихся и поднявших руки в приветствиях.
- Старая шахта, - произнес один из разведчиков: - Десяток рудокопов нежити копают что-то.
- Руду добывают? – голос Воислава показался мне каким-то праздным, будто бы беседовали незнакомые люди, встретившиеся в одном месте.
- Нет. Копают что-то, раскопки не иначе.
- Ага, а вы чего тут стоите и не нападаете?
- Так ждем, пока раскопают, хочется поглядеть, что там.
- Понятно. Ну ладно, не будем вам мешать, Сей, - Воислав взглянул на меня, мол, к тебе обращаюсь: - Пошли, не будем парням мешать.
- Пошли, - с явным недоумением соглашаюсь, разворачиваясь и уходя следом.
- Эй! – раздался оклик позади: - Может, с нами подождете?! Вместе добычу поделим!!!
Десяток шагов, с каждым новым будто бы становившихся все шире и шире, резкий удар потока воздуха в лицо, и звонкая барабанная дробь в выставленный щит Воислава, каким-то образом вдруг оказавшегося позади меня, опешившего в конец. Замелькали тени, засверкали магические разряды и щиты, узкая горловина тоннеля заполнилась поднятыми клубами каменной пыли, подхватываемыми ворвавшимся магическим ветром. Мгновения канонады и звона металла, и какофония боя внезапно стихла.
- Вы кто такие?! – выпалил Воислав, глядя на скованного льдом разведчика с искривленной до неузнаваемости рожей: - Где наши люди?!!
- Мертвы, - искаженным голосом произнес тот: - И вы тоже все уже мертвы! Хи-хи-хи-хи.
Вдруг тела плененных разведчиков изменились, на мгновения обретя неясные черты безглазых зубастых существ, и рассыпались прахом.
- Это что еще за твари?
- Забыл спросить, - пробурчал Воислав, глядя на лежащий у его ног прах: - Твари.
- Вась, - рядом появился один из офицеров: - Ребята на связь не выходят.
- Хреново, не есть хорошо, - отозвался Воислав, напряженно морща лоб: - Рудокопов расспросили?
- Все исчезли.
- Ага. - Воислав встрепенулся, взглянув на меня и улыбнувшись: - Да снимите вы уже с Огнеслава оцепенение. Хотя, может так оставить? Красивая статуя получилась.
- Оцепенение? – попытался я произнести, но скулы застыли в одном положении, как и все остальное тело: - Ух, это что было?
- А ты не понял? – ухмыльнулся Ворон.
- А ты не понял, что я не понял?
- Да сами пока не разобрались. Ясно, что наши куда-то пропали.
- Этот сказал, что они мертвы.
- Если бы так, то должны были бы воскреснуть, сам же знаешь.
- А. Ну да.
- А этого не произошло.
- И какие наши дальнейшие действия?
- Привал делаем, - произнес Воислав, глядя на расширенное пространство заброшенной выработки: - Как раз здесь.
- А после?
- А после пойдем дальше, у нас выбора не особо много. Привал!
Никто не выглядел расслабленным, хоть и ели, да пытались поспать пусть и самую малость, пока начальство не решит, как дальше быть и что делать. Радист постоянно переписывался со штабом, передавая слово в слово, что говорил Воислав, сейчас выглядевший не менее мрачно, нежели наши гномы, сидевшие кругом и распивающие серьезный бочонок, то и дело произнося нечто вроде тостов.
Странно было их видеть такими, это не вкладывалось в мои представления гномах, хотя, они могут быть ошибочны, тем более, если учесть, что мы всего лишь придумывали стереотипы для этих сказочных существ. А здесь они стали реальными, и им должны быть присущи самые обычные черты. Но все же, бородачи не стремились изучить окрестные стены, ударить киркой по жилке или кристаллу, мерцающему в черноте породы.
Пробежавшие рядом волчата заставили отвлечься от тягостных раздумий и взглянуть на веселящуюся ватагу, от чего на душе стало полегче, да и наблюдавшие за игрой детенышей бойцы тоже немного расслабились. Лежавшие рядом Белис и Мрак лишь слегка рычали, когда детвора, очередной раз утрачивая чувство страха, на всех лапах проносилась рядом с ними, но, полагаю, это ворчание было родительским. Волчата же продолжали играться, поднимая всеобщее настроение.
- Так, - Воислав присел рядом: - Пора выдвигаться, идем дальше.
- А пропавших вытаскивать?
- А здесь только одна дорога, так что попутно и будем спасать. И ты за кого меня считаешь? Я своих не бросаю. Уже все на ушах стоят. Все варианты проработали, подняли всю инфу, чтобы понять, что за перевертыши тут встретились.
- Гномов спрашивали?
- Нет. Они в трауре, их лучше не трогать. Вон как бухают.
- Они павших поминают?
- И их тоже.
- А кого еще?
- Себя.
- В смысле?
- В прямом.
- Откуда ты это взял?
- Мы себя также поминали с мужиками, когда на блокпосте сидели, а нам посылки слали одну за другой. Ладно, хватит о веселом, пора дальше идти. И так уже все на ушах, не надо показывать, что мы нервничаем. В дорогу! Боевыми порядками!
Вообще, не привычно для меня видеть опустевшие шахты. В смысле, обыденно в играх такие места заполняли нежитью или же насекомыми гигантских размеров. И в них приходилось кнопочным потом и виртуальной кровью добывать заветные ресурсы, просиживая ни один день, пока цель не будет достигнута.
Может час, может два шли по шахтам, кажущимся заброшенными, хотя, даже я кое-где примечал свежие высечки на породе и осколки сваленного в кучу непригодного для выработки камня. И уже казалось, что из-за угла на нас кинется тот, кто принудил всех рудокопов сбежать, или же те, кто только что добывал здесь породу, притаился во мраке очередной штольни, уходившей в сторону, в ожидании, пока мы не пройдем, и тот сможет атаковать со спины.
Внезапно, узкий штрек оборвался, открывая обзорный вид. Огромная карстовая пустота освещалась слабыми мерцаниями ползающих по сводам гигантских слизней, видимо, создавших там целую колонию, которой хватало просачивающейся сквозь трещины влаги и то ли мха, то ли грибка, разросшегося по округе.
Чернеющие кубические дома казались заброшенными, кое-какие обвалились, и в их стенах непроглядной чернотой зияли дыры, сквозь которые будто бы кто-то наблюдал, как мы, подняв щиты и приготовившись к атаке, выходили из штрека, выстраиваясь в полукруг.
- Где все?
- Спят.
- Неа, храпа не слышно.
- В церкви.
- Колокол молчит.
- Еще варианты какие?
- Зайти, посмотреть, если что, можно и переночевать в местной гостинице.
- Ага, снять пару слизняшек на ночь.
- Месье знает толк в извращенствах.
- А то.
- Кончай звездеж, идем вперед, быть готовыми. Первый, кто найдет проблемы, будет отгребать за всех. Всем все понятно?
- Так точно!!!
Войско выдвинулось в город, приготовившись к внезапной атаке. Многие из тех, кто сейчас шел плечом к плечу, уже имели достаточный опыт боевых действий в городских условиях, и здесь тот был как никогда кстати. Черные каменные коробки стояли вплотную друг к другу, узкие переулки и более широкие центральные улицы сходились в перекрестках. Лишь этажность не позволяла думать, что действительно оказался в небольшом современном городке, где каждое окно, каждая дверь таят за собой опасность.
Окружающая тягостность давящей сверху грузной массы недр смешивалась с ожиданием самого хужшего от неизвестности и чуждостью самого места, хоть и выглядившего будто бы для проживания целого города. Даже волки не выглядели спокойными, как обычно было на охоте, не говоря уже об остальных. До этого хмурые гномы помрачнели еще сильнее, крепче берясь за молоты и топоры.
Я ощущал исходящую от них ауру, но не мог определить, хотя осознавал, что та источала нечто мрачное, близкое к тому, что чувствует загнанный зверь, идущий на смерть. Да и бойцы не благоухали ландышем и лавандой, все нервничали, но дисциплина в этих воинах была непоколебимой. Ведь все на своем опыте знают, что стоит лишь запаниковать, и все пойдет не так, и вокруг все начнут умирать.
- Чисто, - донесся голос тени, мелькнувшей в проеме распахнутых дверей первого дома и устремляющейся к следующему дому.
- Чисто, - донеслось с противоположной стороны.
- Крыши, - едва слышно произнес Воислав, но тени уловили и замелькали по горизонтальным кровлям, выискивая угрозу.
- Чисто, - вновь раздался отклик одного из проверявших дома по улице.
- Командир, внутри пусто, - отчитался проявившийся рядом теневик.
- Хм, утварь на месте?
- Нет ничего, ни утвари, ни мебели, совсем пусто.
- Странно. Ладно, идем дальше, но никому не расслабляться. Может, локация незавершенная, - в голосе бывалого боевого офицера прозвучала нотка надежды человека, всячески стремящегося избежать бойни.
Это смазливые юнцы считают, что война - это круто, они мечтают об участии в боевых действиях, наполняя себя вымышленной романтикой геройства и отрывками из эпизодов сотен и даже тысяч боевиков, где герой с легкостью побеждает армии врагов. Все так думают без исключения, но это лишь до первого боя, пока на самом деле не начнут свистеть пули, разрываться мины и снаряды, а сослуживцев не начнет уродовать и убивать. До первого боя, а после романтика из юнца улетучивается, сменяясь неподдельным страхом, способным из здравомыслящего выпускника университета с красным дипломом в мгновение сотворить истеричного безумца.
Все дома на улице и в переулках оказались пустыми, будто бы кто-то воздвиг город-призрак, не собираясь заселять тот, и природа с годами не забрала округу подобно остальным, что оставляли люди и нелюди, отдавая ранее завоеванные территории. Все вокруг казалось мертвым, даже камень выглядел как-то иначе, нежели тот, который окружал город со всех сторон и нависал над ним. Не знаю, как объяснить, но в этой породе я не ощущал жизни, тепла или холода, что непременно заполняли любую твердь. Да и каждый из нас, прикасаясь к камню или же садясь на него, всегда ощущал исходящее от того телесное влияние, а здесь ничего, совсем, и в то же время появляется непреодолимое желание отпрянуть, убрать закованную в металл ладонь.
Да и гномы выглядели так, как будто бы их окружали орды врагов. Плотные стены щитов, опущенные тяжелые забрала, громкие бранные ругательства сквозь зубы и сияющие разными цветами руны, испещряющие их доспехи и оружие.
- Достопочтенный Рагни, - подхожу к командиру гномов, вынужденному быть рядом с Воиславом и остальными офицерами: - Что происходит?
- Ничего хорошего, Огнеслав, - ответил Рагни, вздыхая и не переставая вращать головой: - Ничего хорошего.
- Почему вы так напряжены? Можете объяснить?
- Могу. Потому, как это город Изгнанных. И находиться здесь крайне опасно.
- Кто это такие? И где они?
- Повсюду.
- В смысле?
- Мы в их Обиталище. Эти проклятые твари повсюду. И…
Разряды молний разом осветили окрестности, вспыхивая в переулках и вырываясь на улицу, где стремились достать замелькавшие тени. Магическое пламя поднялось над каменными коробками, прогоняя сумрак и принуждая слизняков на сводах перестать источать слабое свечение и постараться убраться подальше. Дружный волчий вой разнесся по округе, отражаясь от мертвого камня, и возвращаясь искаженным ревом поверженного зверя, впавшего в безумство ярости.
Охранение тут же принялось перевоплощаться, усиливаясь звериными сущностями и окружая меня. Белис и Мрак также изменились, увеличившись в размерах и став походить на голливудских оборотней еще из тех фильмов, где вампиры были вампирами, а не гламурными бисексуалами. Хотя, кажется, меня понесло, но все это от страха, внезапно вырвавшегося из заточения восприятия мира, как игры, но не реальности.
Аура защитных заслонов уплотнилась, разом рядом появились Емельян, безостановочно что-то читавший на старославянском, и огромный косматый медведь, облаченный в сияющие руническими письменами доспехи, украшенные пылающими витиеватыми узорами, переплетающимися в образы наковальни, молота и солнца.
- Аш Гарад! – проревел Рагни, и тут же со всех сторон к нам устремились гномы, создавая кольцо из щитов, за которыми стояло кольцо оборотней, объятых пламенем: - Гарха Дари Гаад!!!
- Дари Гаад!!! – разом проорали гномы, ударяя молотами и секирами в щиты, тут же воспылавшие руническим пламенем.
- Гарха марха нахирарха!!! – донесся крик знакомого голоса, принуждая обратить к себе внимание, и я увидел бегущего к нам Ворона, рассекающего своими клинками воздух, отправляя огненную дугу в один из переулков: - И мне место! Я тоже знаю уличную магию!!!
- В кольцо!!! – сквозь все сильнее нарастающий гул донесся крик Воислава: - Отступление!!! Все в кольцо!!!
Со всех сторон стягивались ушедшие в зачистку отряды, отстреливаясь от пока невидимых мне врагов, принудивших тех отступать со всей присущей моменту спешкой. Потрепанные, истекающие кровью, получившие увечья, бойцы подбегали, тут же подпадая под сладостное облегчение наложенного исцеления и вставая в ряды, дабы встретить с новой силой и прежней свирепой яростью тех, кто нанес им увечья.
Земля дрожала, здания трещали, кое-где накреняясь и норовя обрушиться, как будто бы город оказался в зоне начавшегося землетрясения. Но уж лучше было бы именно так, ведь катастрофу пережить шанс есть, но не гибель мира, пусть даже и в миниатюре.
Твердая порода, монолитом застилавшая улицы и переулки, растрескалась, вспучиваясь и разлетаясь осколками, из раскрывшихся расщелин наружу принялись выскакивать насекомоподобные твари, устремившиеся к нам. Из-за переулков выбегали покрытые черной сажей низкорослые существа, отдаленно походившие на гномов, но мелькающие вспышки мешали рассмотреть их. Низкорослики бежали причудливыми ковыляниями, игнорируя вылезавших повсюду тварей и размахивая необычным оружием, чьи очертания искажались в отблесках разрывающихся магических разрядов и сверкающих цепных молний, ударяющих по площадям.
- Гномов во внутренний круг! – вдруг вырвалось у меня нечто схожее с ревом, от чего-то почувствовавшего, что именно так и следует поступить, и меня услышали.
- А-АР-Р-Р! - взревел Медведь, в прыжке перемахивая через внешнее охранение и вставая на передовую, и тут же обернувшиеся оказались в центре кольца, оттесняя гномов ближе к центру.
Бородачи попытались растолкать вставших перед ними, но покрытые шерстью Волколаки лишь оскалились, смыкаясь еще сильнее и готовясь встретить надвигающуюся угрозу. Опешившие гномы на мгновение замешкались, но тут же среагировали, выражая согласие ударами по щитам и доставая свой огнестрельный арсенал.
- Аш Гарад! – проорал Рагни, принявшись наводить свою золоченную мортиру, словно прицеливаясь лишь по звуку, не имея возможности видеть, что происходит: - Рат Хад Дин!
Первые хитиновые желваки и жала ударили по щитам, покрывая зачарованный металл черным ядом, не желающим стекать вниз. Размашистые и мощные удары смешались с короткими и точными уколами, меткие стрелы били по буркалам и меж распахивающих пасти жвал. Ледяные иглы просвистели навстречу наседающей орде, разбиваясь о хитин и вонзаясь в сочленения. Колья из прозрачного льда выросли из земли, наводя острейшие вершины прямо под брюшины бронированных сороконожек и панцирных землероек, не способных заметить угрозу и напарывающихся на всей скорости, через мгновение еще глубже насаживаясь от врезающихся в них соплеменников.
Ухнуло, и через мгновение ближайший перекресток озарило вспышкой ревущего пожарища. Объятые пламенем существа пробегали сквозь и продолжали мчаться, как будто бы и не замечали причиненные травмы. Следующий взрыв чуть ближе к нам вновь преградил путь, и пробежавшие сквозь первый, смогли ощутить прелести второго подарка, ниспосланного гномами, начавшими заряжать невесть откуда взявшуюся мортиру. Запахло крепким порохом, вспыхивающим при выстрелах из пищадей гномов белоснежным пламенем, порождая при этом густые клубы дыма. Мощные звериные морды скалились, жадно втягивая расширившимися ноздрями дым и из пастей вырывались протяжные струи с наслаждением до дурмана, как будто бы те баловались самой зловредной привычкой человечества.
И в этот момент громыхнуло уже возле нас, точнее над нами, окутывая облаком черного дыма. Магические щиты запестрели, принимая на себя ниспосланную благодать вырвавшейся стихии разрушения, пропитанной чем-то едким, пробирающимся сквозь заслоны, но все же пока что истаивающим на втором слое магического щита. Поддерживающие защиту маги скривились, стискивая зубы, целители засуетилась еще сильнее, откачивая потерявшего сознание счастливчика, державшего именно тот щит, что принял на себя всю силу взрыва.
Он сумел держать щит именно столько, сколько потребовалось остальным для реакции, но тут же получил таранный удар астрала, не терпящего попыток позаимствовать сил сверх своего паритета. Ведь правильно говорили учителя магии в одной давно позабытой игре: «Хочешь получать лишь по морде, иди в латники, а способен по несколько раз за день держать прямой удар по яйцам, тогда тебе самая дорога в маги». Грубо, но такова действительность, которую не скрыть под изящными оборотами и витиеватыми метафорами.
И вот сейчас, мы очередной раз получаем по мордам, вспоминая, что все же мы не всесильны, и этот мир, хоть и создан нами, но он враждебен. Мы пришли в него, и пускай правила придумали мы, все же обязаны считаться с ними, пусть даже те принуждают нас действовать в узких рамках, но таковы правила. И не нам их менять, ведь кто мы такие? Боги? Нет. Смертные? Нет. Мы где-то посредине!!!
Незримая длань прошла над головами, будто бы убирая заполнившие густые клубы дыма, мешающие всевидящему взору, привлеченному из бескрайних просторов Бытия всплеском порождаемой силы, направленной лишь в разрушение и убийство. Неведомый никому взор оценивающе всматривался в происходящее, заостряя внимание на погибающих сущностях, испускающих яркие сгустки собственных сил, усиленных при гибели, как та же лампочка перед тем, как погаснуть, на мгновение вспыхивает ярче, чем нежели за всю свою жизнь.
Безликий потянулся к сгусткам силы, жадно втягивая те в себя и смакуя каждой новой сутью, испивая все до единой капли и лишая жертв возможности не только перерождения, но и бесконечного забвения в Небытии, пока Пустота не растворит внутри себя их сознания. Сама Смертью на время покинула это место, и даже Мрак поспешил спрятаться в глубоких недрах, дабы новоприбывшая сила не возжелала расправиться и с ним.
Не знаю, сколько бы я смотрел в недосягаемые небеса, ощущая, как взор Безликого замечает и нас, стоявших посреди бушующего шторма из магических всплесков и десятков единовременных смертей простейших сознаний. Не знаю, но вдруг, я ощутил именно ту тягу, что принудила меня мысленно обратиться ко всем Богам, каковых я знал или же попросту слышал о них. Не знаю, почему именно ко всем, не знаю, почему именно я, но, ворвавшийся шторм разноязычных голосов вдруг наполнил мое сознание, бесчисленные взоры воспользовались моими глазами, дабы суметь взглянуть на того, кого сами они не смогли заметить. Боги взглянули и… ужаснулись, а я почувствовал их страх, ощутил, как Мироздание сотряслось от внезапных вспышек эмоций тех, кто лишь по одному своему желанию способен превращать в пыль целые миры или же созидать их же. Я услышал, как безумство и страх обуревает небеса, как все божественные ипостаси на микротолику времени объединяются в единой мысли, толкающей их на разные стороны весов Грядущей Битвы Богов.
Мгновение или вечность среди Высших Сил, пусть даже и незримой точкой, но этого оказалось достаточным, дабы пришло понимание, и десятки вопросов, получив ответы, уступили места другим десяткам, так и оставшимся нерешенными.
- Именем Богов Правых! – произношу, глядя, как вслед за волной насекомых накатывает волна низкоросликов, державших в руках не только измененные мечи и секиры, но и ружья, нацеливавшие на нас: - Именем Богов Наших! Обращаюсь к Вам, братья и други! Я! Великий Князь Североси! - мифриловая перчатка стиснулась в кулаке, кольца засияли, озаряя окружающих меня соратников: - Призываю Силу Неба, дабы стали мы сильнее! Призываю Силу Земли, дабы защитили мы ее! Призываю Силу Воды, дабы раны наши не принудили нас отступиться от слов наших! Призываю Силу Огня, дабы остался от врагов наших и врагов Яви лишь тлен и пепел! Други мои, я призываю вас в Дружину Прави, дабы встали мы с Богами на защиту ее! Я призываю вас в Беловойско, дабы встать на защиту Яви, ради Слави и Прави, покуда Свет не озарит Навь! Так примите силу мою, аки принял я ее кровь от крови!!! Примите и встаньте рядом со мной, и вместе же осветим Тьму Мирскую Светом Ярым!!! Быть Добру!!!
Время остановилось, не в силах помешать воле мироздания, согласно кивнувшего изреченным словам, и окружающая неминуемая погибель замерла, с удивлением глядя на нас. И мои люди оборачивались ко мне, глядя на тянувшиеся разом одновременно к каждому мифриловые когтистые лапы, истекающие пылающей кровью, сочащейся из-под щелей плотского мифрила, окончательно сменившего слабую человеческую кожу.
- Примите кровь от плоти моей, дабы сила наша была в единстве, дабы каждый из нас был, аки все мы в нем! Примите!!!
Свинцовая одурманивающая слабость все сильнее и сильнее стягивала опутавшие узлы, стремясь вырвать сознание и утащить его в глубины забвения. И в то же время мириады незнакомых голосов будто бы кричали, но отчего-то слишком тихо и поэтому неразборчиво, но все они обращались ко мне, будто что-то требуя или о чем-то моля. Меня же хватало лишь на то, чтобы стоять на ногах и твердить дрожащими губами что-то очень важное, но неразборчивое. Ведь с каждой каплей крови я становился все слабее, но прекратить не мог, покуда не будет завершен обряд, от чего-то в этот момент ставший очень важным, выбравшись из-под морока забытья людской памяти.
Древний обряд братания кровью, что позволял после называть друг друга кровными братьями, здесь обрел еще больший смысл. Ведь это не просто ритуал кровосмешения, но так мы обменивались силой, скрепляя единую мощь в нечто более величественное. Мы брали друг от друга знания, умения, мы становились братьями, и отныне, будучи вместе, наши силы приумножались, и на то была Воля Небес.
Время продолжало стоять на месте, целый мир терпеливо ожидал, пока каждый из открывшихся, нанося себе порезы, пускали собственную кровь, тут же устремлявшуюся от ран к ладоням. И, срываясь с кончиков пальцев, капли летели к пылающей сфере над моей головой, внутри которой бурлила смешивающаяся кровь, передавая каждой частице собранную силу, благословленную и вписывающую в память каждой толику божественной лепты. И это обязательно дарует будущим потомкам здоровья и силы, да долголетия, и не поселится в их душах ни капли тьмы, и не родится в их разумах злой умысел.
Еще мгновение, и обновленные частицы разлетелись в стороны, возвращаясь в прежние тела, неся с собой дар ритуального кровосмешения, осветленного теми, во славу кого во мраке недр созидалась новая сила ради противостояния всему, что существует ради разрушения и смерти. Лишь волки и гномы не участвовали, ведь первые уже были частью Рода, но вторые… это означало бы для них лишь одно, и на сие преданные своему народу воины пойти не могли…
Единое всеобъемлющее полымя вспыхнуло, скрывая внутри себя Беловоинов, перевоплотивших в новообретенные звериные облики, защищенные всепожирающим Пламенем Крови. Измененная магия с яростной всесокрушающей силой ударила по надвигающейся орде. Пылающие стрелы пробивали хитин, огненные молнии рассекали оказавшуюся на пути плоть, огненные смерчи, ликуя, гуляли среди черноты врагов, испепеляя каждого. Объятые призрачным пламенем Тени, затанцевали среди беснующегося пожарища, довершая начатое, и сумевшим добежать до стены щитов оставалось лишь заледенеть от источаемого обжигающего холода – истинного дыхания Североси.
Изуродованные каменокожие карлики на мгновение замешкались, увидев, как их миньоны гибнут в пламени пришедшего в их дом врага. Сияющее фиолетовым светом инкрустированных кристаллов оружие звало в бой, но страх гибели перебарывал, и Изгнанные приняли решение отступить, уходя, громко хлопнув дверью.
- Воздух!!! – раздался чей-то крик: - Бойся!!!
Со сводов вдруг начали отваливаться прикоптившиеся слизни, будто бы бомбы падая вниз. Первый упал в паре десятков метров от основной массы, гигантское облако сажи взмыло меж домов, и через долю секунды по переулкам пронеслась ударная волна, корежа, выламывая и бросая перед собой обломки всего, что не смогло противостоять силе. Еще один взрыв, еще, и ударные волны уже разбивались друг о друга, превращая подземный город в руины обломков, под которыми должны были найти свои могилы все, кто не смог избежать участи погребения под завалами.
Штреки уводили все дальше и дальше от расщелины, исчезли скругленное червоточины, сменившиеся заброшенными тоннелями, местами сужавшимися завалами, от чего передовой отряд разведки вместо проверки прохода останавливался на расчистку, чтобы основное войско смогло протиснуться хотя бы по двое. Все чаще встречались истлевшие останки рудокопов, перекошенные, но продолжающие держать на себе своды подпорки из дерева, игнорирующего само время и не желающего рассыпаться гнилостным прахом.
И вновь воцарившаяся в бесконечных лабиринтах, переплетающихся полузаваленных выработок и природных тоннелей тишина давила на разумы бойцов, следовавших за мной, будто бы орда сбежавших рабов за фанатиком, обещавшим, что вскоре тот приведет всех в райские земли, где они смогут жить в изобилии и незнании страха да скреп прежнего рабства, отдав всех себя в жертву иному более милосердному Божеству, карающему лишь только тех, кто в него не верует.
Но я, в отличие от этого персонажа, был уверен в направлении, подсознательно зная, где свернуть и куда идти, чтобы не заблудиться и выйти к нужному месту. Не знаю, как это стало происходить, но исчезновение окна карты не стерло ту из моей памяти, а разум будто бы высчитывал точное местоположение, в уме проецируя воображаемую местность.
Странно, но такова новая действительность, которая меня вполне устраивает. Нет, были и свои минусы, но плюсов насчитывается гораздо больше, и если я начну их все перечислять, то на это уйдет минимум неделя. Хотя, восприятие времени здесь становится иным, и даже проведенный час кажется целым днем, а день неделей. Да и сами недра угнетали, все постоянно прислушивались и напрягались от любого треска или же стука, донесшегося сквозь толщу породы. Люди с опаской всматривались в черноту примыкающих тоннелей, встречая неизвестность щитами и копьями. В воздухе постоянно летало напряжение магических заклинаний, удерживаемых сотворившими магами.
- Дозор впереди, - тихо произнес Воислав: - Всем быть начеку.
Прежнее напряжение сразу же усилилось, затхлый спертый воздух затрещал, ионизируясь от заклинаний и впитывая в себя астральные пары, источаемые магическими щитами, наложенными на авангард, двинувшийся вперед, запирая стальными заслонами примыкающие штреки и щели.
Мы зашагали к присевшим за камнем теневикам, высматривавшим что-то в невидимой для нас дали, если можно так сказать о данной местности, славящейся своими просторами и красотами. По их поведению было видно, что опасности нет, но что-то впереди все же имеет место быть, и идти дальше без разрешения начальства они не решились.
По мне, странно, что радисты не отрапортовали в чате, или же не отправили одного нам на встречу, но это уже пусть Воислав голову ломает, мое дело маленькое – быть большим и важным.
- Ну что там, бойцы? – Воислав окликнул продолжавших наблюдать разведчиков, тут же обернувшихся и поднявших руки в приветствиях.
- Старая шахта, - произнес один из разведчиков: - Десяток рудокопов нежити копают что-то.
- Руду добывают? – голос Воислава показался мне каким-то праздным, будто бы беседовали незнакомые люди, встретившиеся в одном месте.
- Нет. Копают что-то, раскопки не иначе.
- Ага, а вы чего тут стоите и не нападаете?
- Так ждем, пока раскопают, хочется поглядеть, что там.
- Понятно. Ну ладно, не будем вам мешать, Сей, - Воислав взглянул на меня, мол, к тебе обращаюсь: - Пошли, не будем парням мешать.
- Пошли, - с явным недоумением соглашаюсь, разворачиваясь и уходя следом.
- Эй! – раздался оклик позади: - Может, с нами подождете?! Вместе добычу поделим!!!
Десяток шагов, с каждым новым будто бы становившихся все шире и шире, резкий удар потока воздуха в лицо, и звонкая барабанная дробь в выставленный щит Воислава, каким-то образом вдруг оказавшегося позади меня, опешившего в конец. Замелькали тени, засверкали магические разряды и щиты, узкая горловина тоннеля заполнилась поднятыми клубами каменной пыли, подхватываемыми ворвавшимся магическим ветром. Мгновения канонады и звона металла, и какофония боя внезапно стихла.
- Вы кто такие?! – выпалил Воислав, глядя на скованного льдом разведчика с искривленной до неузнаваемости рожей: - Где наши люди?!!
- Мертвы, - искаженным голосом произнес тот: - И вы тоже все уже мертвы! Хи-хи-хи-хи.
Вдруг тела плененных разведчиков изменились, на мгновения обретя неясные черты безглазых зубастых существ, и рассыпались прахом.
- Это что еще за твари?
- Забыл спросить, - пробурчал Воислав, глядя на лежащий у его ног прах: - Твари.
- Вась, - рядом появился один из офицеров: - Ребята на связь не выходят.
- Хреново, не есть хорошо, - отозвался Воислав, напряженно морща лоб: - Рудокопов расспросили?
- Все исчезли.
- Ага. - Воислав встрепенулся, взглянув на меня и улыбнувшись: - Да снимите вы уже с Огнеслава оцепенение. Хотя, может так оставить? Красивая статуя получилась.
- Оцепенение? – попытался я произнести, но скулы застыли в одном положении, как и все остальное тело: - Ух, это что было?
- А ты не понял? – ухмыльнулся Ворон.
- А ты не понял, что я не понял?
- Да сами пока не разобрались. Ясно, что наши куда-то пропали.
- Этот сказал, что они мертвы.
- Если бы так, то должны были бы воскреснуть, сам же знаешь.
- А. Ну да.
- А этого не произошло.
- И какие наши дальнейшие действия?
- Привал делаем, - произнес Воислав, глядя на расширенное пространство заброшенной выработки: - Как раз здесь.
- А после?
- А после пойдем дальше, у нас выбора не особо много. Привал!
Никто не выглядел расслабленным, хоть и ели, да пытались поспать пусть и самую малость, пока начальство не решит, как дальше быть и что делать. Радист постоянно переписывался со штабом, передавая слово в слово, что говорил Воислав, сейчас выглядевший не менее мрачно, нежели наши гномы, сидевшие кругом и распивающие серьезный бочонок, то и дело произнося нечто вроде тостов.
Странно было их видеть такими, это не вкладывалось в мои представления гномах, хотя, они могут быть ошибочны, тем более, если учесть, что мы всего лишь придумывали стереотипы для этих сказочных существ. А здесь они стали реальными, и им должны быть присущи самые обычные черты. Но все же, бородачи не стремились изучить окрестные стены, ударить киркой по жилке или кристаллу, мерцающему в черноте породы.
Пробежавшие рядом волчата заставили отвлечься от тягостных раздумий и взглянуть на веселящуюся ватагу, от чего на душе стало полегче, да и наблюдавшие за игрой детенышей бойцы тоже немного расслабились. Лежавшие рядом Белис и Мрак лишь слегка рычали, когда детвора, очередной раз утрачивая чувство страха, на всех лапах проносилась рядом с ними, но, полагаю, это ворчание было родительским. Волчата же продолжали играться, поднимая всеобщее настроение.
- Так, - Воислав присел рядом: - Пора выдвигаться, идем дальше.
- А пропавших вытаскивать?
- А здесь только одна дорога, так что попутно и будем спасать. И ты за кого меня считаешь? Я своих не бросаю. Уже все на ушах стоят. Все варианты проработали, подняли всю инфу, чтобы понять, что за перевертыши тут встретились.
- Гномов спрашивали?
- Нет. Они в трауре, их лучше не трогать. Вон как бухают.
- Они павших поминают?
- И их тоже.
- А кого еще?
- Себя.
- В смысле?
- В прямом.
- Откуда ты это взял?
- Мы себя также поминали с мужиками, когда на блокпосте сидели, а нам посылки слали одну за другой. Ладно, хватит о веселом, пора дальше идти. И так уже все на ушах, не надо показывать, что мы нервничаем. В дорогу! Боевыми порядками!
Вообще, не привычно для меня видеть опустевшие шахты. В смысле, обыденно в играх такие места заполняли нежитью или же насекомыми гигантских размеров. И в них приходилось кнопочным потом и виртуальной кровью добывать заветные ресурсы, просиживая ни один день, пока цель не будет достигнута.
Может час, может два шли по шахтам, кажущимся заброшенными, хотя, даже я кое-где примечал свежие высечки на породе и осколки сваленного в кучу непригодного для выработки камня. И уже казалось, что из-за угла на нас кинется тот, кто принудил всех рудокопов сбежать, или же те, кто только что добывал здесь породу, притаился во мраке очередной штольни, уходившей в сторону, в ожидании, пока мы не пройдем, и тот сможет атаковать со спины.
Внезапно, узкий штрек оборвался, открывая обзорный вид. Огромная карстовая пустота освещалась слабыми мерцаниями ползающих по сводам гигантских слизней, видимо, создавших там целую колонию, которой хватало просачивающейся сквозь трещины влаги и то ли мха, то ли грибка, разросшегося по округе.
Чернеющие кубические дома казались заброшенными, кое-какие обвалились, и в их стенах непроглядной чернотой зияли дыры, сквозь которые будто бы кто-то наблюдал, как мы, подняв щиты и приготовившись к атаке, выходили из штрека, выстраиваясь в полукруг.
- Где все?
- Спят.
- Неа, храпа не слышно.
- В церкви.
- Колокол молчит.
- Еще варианты какие?
- Зайти, посмотреть, если что, можно и переночевать в местной гостинице.
- Ага, снять пару слизняшек на ночь.
- Месье знает толк в извращенствах.
- А то.
- Кончай звездеж, идем вперед, быть готовыми. Первый, кто найдет проблемы, будет отгребать за всех. Всем все понятно?
- Так точно!!!
Войско выдвинулось в город, приготовившись к внезапной атаке. Многие из тех, кто сейчас шел плечом к плечу, уже имели достаточный опыт боевых действий в городских условиях, и здесь тот был как никогда кстати. Черные каменные коробки стояли вплотную друг к другу, узкие переулки и более широкие центральные улицы сходились в перекрестках. Лишь этажность не позволяла думать, что действительно оказался в небольшом современном городке, где каждое окно, каждая дверь таят за собой опасность.
Окружающая тягостность давящей сверху грузной массы недр смешивалась с ожиданием самого хужшего от неизвестности и чуждостью самого места, хоть и выглядившего будто бы для проживания целого города. Даже волки не выглядели спокойными, как обычно было на охоте, не говоря уже об остальных. До этого хмурые гномы помрачнели еще сильнее, крепче берясь за молоты и топоры.
Я ощущал исходящую от них ауру, но не мог определить, хотя осознавал, что та источала нечто мрачное, близкое к тому, что чувствует загнанный зверь, идущий на смерть. Да и бойцы не благоухали ландышем и лавандой, все нервничали, но дисциплина в этих воинах была непоколебимой. Ведь все на своем опыте знают, что стоит лишь запаниковать, и все пойдет не так, и вокруг все начнут умирать.
- Чисто, - донесся голос тени, мелькнувшей в проеме распахнутых дверей первого дома и устремляющейся к следующему дому.
- Чисто, - донеслось с противоположной стороны.
- Крыши, - едва слышно произнес Воислав, но тени уловили и замелькали по горизонтальным кровлям, выискивая угрозу.
- Чисто, - вновь раздался отклик одного из проверявших дома по улице.
- Командир, внутри пусто, - отчитался проявившийся рядом теневик.
- Хм, утварь на месте?
- Нет ничего, ни утвари, ни мебели, совсем пусто.
- Странно. Ладно, идем дальше, но никому не расслабляться. Может, локация незавершенная, - в голосе бывалого боевого офицера прозвучала нотка надежды человека, всячески стремящегося избежать бойни.
Это смазливые юнцы считают, что война - это круто, они мечтают об участии в боевых действиях, наполняя себя вымышленной романтикой геройства и отрывками из эпизодов сотен и даже тысяч боевиков, где герой с легкостью побеждает армии врагов. Все так думают без исключения, но это лишь до первого боя, пока на самом деле не начнут свистеть пули, разрываться мины и снаряды, а сослуживцев не начнет уродовать и убивать. До первого боя, а после романтика из юнца улетучивается, сменяясь неподдельным страхом, способным из здравомыслящего выпускника университета с красным дипломом в мгновение сотворить истеричного безумца.
Все дома на улице и в переулках оказались пустыми, будто бы кто-то воздвиг город-призрак, не собираясь заселять тот, и природа с годами не забрала округу подобно остальным, что оставляли люди и нелюди, отдавая ранее завоеванные территории. Все вокруг казалось мертвым, даже камень выглядел как-то иначе, нежели тот, который окружал город со всех сторон и нависал над ним. Не знаю, как объяснить, но в этой породе я не ощущал жизни, тепла или холода, что непременно заполняли любую твердь. Да и каждый из нас, прикасаясь к камню или же садясь на него, всегда ощущал исходящее от того телесное влияние, а здесь ничего, совсем, и в то же время появляется непреодолимое желание отпрянуть, убрать закованную в металл ладонь.
Да и гномы выглядели так, как будто бы их окружали орды врагов. Плотные стены щитов, опущенные тяжелые забрала, громкие бранные ругательства сквозь зубы и сияющие разными цветами руны, испещряющие их доспехи и оружие.
- Достопочтенный Рагни, - подхожу к командиру гномов, вынужденному быть рядом с Воиславом и остальными офицерами: - Что происходит?
- Ничего хорошего, Огнеслав, - ответил Рагни, вздыхая и не переставая вращать головой: - Ничего хорошего.
- Почему вы так напряжены? Можете объяснить?
- Могу. Потому, как это город Изгнанных. И находиться здесь крайне опасно.
- Кто это такие? И где они?
- Повсюду.
- В смысле?
- Мы в их Обиталище. Эти проклятые твари повсюду. И…
Разряды молний разом осветили окрестности, вспыхивая в переулках и вырываясь на улицу, где стремились достать замелькавшие тени. Магическое пламя поднялось над каменными коробками, прогоняя сумрак и принуждая слизняков на сводах перестать источать слабое свечение и постараться убраться подальше. Дружный волчий вой разнесся по округе, отражаясь от мертвого камня, и возвращаясь искаженным ревом поверженного зверя, впавшего в безумство ярости.
Охранение тут же принялось перевоплощаться, усиливаясь звериными сущностями и окружая меня. Белис и Мрак также изменились, увеличившись в размерах и став походить на голливудских оборотней еще из тех фильмов, где вампиры были вампирами, а не гламурными бисексуалами. Хотя, кажется, меня понесло, но все это от страха, внезапно вырвавшегося из заточения восприятия мира, как игры, но не реальности.
Аура защитных заслонов уплотнилась, разом рядом появились Емельян, безостановочно что-то читавший на старославянском, и огромный косматый медведь, облаченный в сияющие руническими письменами доспехи, украшенные пылающими витиеватыми узорами, переплетающимися в образы наковальни, молота и солнца.
- Аш Гарад! – проревел Рагни, и тут же со всех сторон к нам устремились гномы, создавая кольцо из щитов, за которыми стояло кольцо оборотней, объятых пламенем: - Гарха Дари Гаад!!!
- Дари Гаад!!! – разом проорали гномы, ударяя молотами и секирами в щиты, тут же воспылавшие руническим пламенем.
- Гарха марха нахирарха!!! – донесся крик знакомого голоса, принуждая обратить к себе внимание, и я увидел бегущего к нам Ворона, рассекающего своими клинками воздух, отправляя огненную дугу в один из переулков: - И мне место! Я тоже знаю уличную магию!!!
- В кольцо!!! – сквозь все сильнее нарастающий гул донесся крик Воислава: - Отступление!!! Все в кольцо!!!
Со всех сторон стягивались ушедшие в зачистку отряды, отстреливаясь от пока невидимых мне врагов, принудивших тех отступать со всей присущей моменту спешкой. Потрепанные, истекающие кровью, получившие увечья, бойцы подбегали, тут же подпадая под сладостное облегчение наложенного исцеления и вставая в ряды, дабы встретить с новой силой и прежней свирепой яростью тех, кто нанес им увечья.
Земля дрожала, здания трещали, кое-где накреняясь и норовя обрушиться, как будто бы город оказался в зоне начавшегося землетрясения. Но уж лучше было бы именно так, ведь катастрофу пережить шанс есть, но не гибель мира, пусть даже и в миниатюре.
Твердая порода, монолитом застилавшая улицы и переулки, растрескалась, вспучиваясь и разлетаясь осколками, из раскрывшихся расщелин наружу принялись выскакивать насекомоподобные твари, устремившиеся к нам. Из-за переулков выбегали покрытые черной сажей низкорослые существа, отдаленно походившие на гномов, но мелькающие вспышки мешали рассмотреть их. Низкорослики бежали причудливыми ковыляниями, игнорируя вылезавших повсюду тварей и размахивая необычным оружием, чьи очертания искажались в отблесках разрывающихся магических разрядов и сверкающих цепных молний, ударяющих по площадям.
- Гномов во внутренний круг! – вдруг вырвалось у меня нечто схожее с ревом, от чего-то почувствовавшего, что именно так и следует поступить, и меня услышали.
- А-АР-Р-Р! - взревел Медведь, в прыжке перемахивая через внешнее охранение и вставая на передовую, и тут же обернувшиеся оказались в центре кольца, оттесняя гномов ближе к центру.
Бородачи попытались растолкать вставших перед ними, но покрытые шерстью Волколаки лишь оскалились, смыкаясь еще сильнее и готовясь встретить надвигающуюся угрозу. Опешившие гномы на мгновение замешкались, но тут же среагировали, выражая согласие ударами по щитам и доставая свой огнестрельный арсенал.
- Аш Гарад! – проорал Рагни, принявшись наводить свою золоченную мортиру, словно прицеливаясь лишь по звуку, не имея возможности видеть, что происходит: - Рат Хад Дин!
Первые хитиновые желваки и жала ударили по щитам, покрывая зачарованный металл черным ядом, не желающим стекать вниз. Размашистые и мощные удары смешались с короткими и точными уколами, меткие стрелы били по буркалам и меж распахивающих пасти жвал. Ледяные иглы просвистели навстречу наседающей орде, разбиваясь о хитин и вонзаясь в сочленения. Колья из прозрачного льда выросли из земли, наводя острейшие вершины прямо под брюшины бронированных сороконожек и панцирных землероек, не способных заметить угрозу и напарывающихся на всей скорости, через мгновение еще глубже насаживаясь от врезающихся в них соплеменников.
Ухнуло, и через мгновение ближайший перекресток озарило вспышкой ревущего пожарища. Объятые пламенем существа пробегали сквозь и продолжали мчаться, как будто бы и не замечали причиненные травмы. Следующий взрыв чуть ближе к нам вновь преградил путь, и пробежавшие сквозь первый, смогли ощутить прелести второго подарка, ниспосланного гномами, начавшими заряжать невесть откуда взявшуюся мортиру. Запахло крепким порохом, вспыхивающим при выстрелах из пищадей гномов белоснежным пламенем, порождая при этом густые клубы дыма. Мощные звериные морды скалились, жадно втягивая расширившимися ноздрями дым и из пастей вырывались протяжные струи с наслаждением до дурмана, как будто бы те баловались самой зловредной привычкой человечества.
И в этот момент громыхнуло уже возле нас, точнее над нами, окутывая облаком черного дыма. Магические щиты запестрели, принимая на себя ниспосланную благодать вырвавшейся стихии разрушения, пропитанной чем-то едким, пробирающимся сквозь заслоны, но все же пока что истаивающим на втором слое магического щита. Поддерживающие защиту маги скривились, стискивая зубы, целители засуетилась еще сильнее, откачивая потерявшего сознание счастливчика, державшего именно тот щит, что принял на себя всю силу взрыва.
Он сумел держать щит именно столько, сколько потребовалось остальным для реакции, но тут же получил таранный удар астрала, не терпящего попыток позаимствовать сил сверх своего паритета. Ведь правильно говорили учителя магии в одной давно позабытой игре: «Хочешь получать лишь по морде, иди в латники, а способен по несколько раз за день держать прямой удар по яйцам, тогда тебе самая дорога в маги». Грубо, но такова действительность, которую не скрыть под изящными оборотами и витиеватыми метафорами.
И вот сейчас, мы очередной раз получаем по мордам, вспоминая, что все же мы не всесильны, и этот мир, хоть и создан нами, но он враждебен. Мы пришли в него, и пускай правила придумали мы, все же обязаны считаться с ними, пусть даже те принуждают нас действовать в узких рамках, но таковы правила. И не нам их менять, ведь кто мы такие? Боги? Нет. Смертные? Нет. Мы где-то посредине!!!
Незримая длань прошла над головами, будто бы убирая заполнившие густые клубы дыма, мешающие всевидящему взору, привлеченному из бескрайних просторов Бытия всплеском порождаемой силы, направленной лишь в разрушение и убийство. Неведомый никому взор оценивающе всматривался в происходящее, заостряя внимание на погибающих сущностях, испускающих яркие сгустки собственных сил, усиленных при гибели, как та же лампочка перед тем, как погаснуть, на мгновение вспыхивает ярче, чем нежели за всю свою жизнь.
Безликий потянулся к сгусткам силы, жадно втягивая те в себя и смакуя каждой новой сутью, испивая все до единой капли и лишая жертв возможности не только перерождения, но и бесконечного забвения в Небытии, пока Пустота не растворит внутри себя их сознания. Сама Смертью на время покинула это место, и даже Мрак поспешил спрятаться в глубоких недрах, дабы новоприбывшая сила не возжелала расправиться и с ним.
Не знаю, сколько бы я смотрел в недосягаемые небеса, ощущая, как взор Безликого замечает и нас, стоявших посреди бушующего шторма из магических всплесков и десятков единовременных смертей простейших сознаний. Не знаю, но вдруг, я ощутил именно ту тягу, что принудила меня мысленно обратиться ко всем Богам, каковых я знал или же попросту слышал о них. Не знаю, почему именно ко всем, не знаю, почему именно я, но, ворвавшийся шторм разноязычных голосов вдруг наполнил мое сознание, бесчисленные взоры воспользовались моими глазами, дабы суметь взглянуть на того, кого сами они не смогли заметить. Боги взглянули и… ужаснулись, а я почувствовал их страх, ощутил, как Мироздание сотряслось от внезапных вспышек эмоций тех, кто лишь по одному своему желанию способен превращать в пыль целые миры или же созидать их же. Я услышал, как безумство и страх обуревает небеса, как все божественные ипостаси на микротолику времени объединяются в единой мысли, толкающей их на разные стороны весов Грядущей Битвы Богов.
Мгновение или вечность среди Высших Сил, пусть даже и незримой точкой, но этого оказалось достаточным, дабы пришло понимание, и десятки вопросов, получив ответы, уступили места другим десяткам, так и оставшимся нерешенными.
- Именем Богов Правых! – произношу, глядя, как вслед за волной насекомых накатывает волна низкоросликов, державших в руках не только измененные мечи и секиры, но и ружья, нацеливавшие на нас: - Именем Богов Наших! Обращаюсь к Вам, братья и други! Я! Великий Князь Североси! - мифриловая перчатка стиснулась в кулаке, кольца засияли, озаряя окружающих меня соратников: - Призываю Силу Неба, дабы стали мы сильнее! Призываю Силу Земли, дабы защитили мы ее! Призываю Силу Воды, дабы раны наши не принудили нас отступиться от слов наших! Призываю Силу Огня, дабы остался от врагов наших и врагов Яви лишь тлен и пепел! Други мои, я призываю вас в Дружину Прави, дабы встали мы с Богами на защиту ее! Я призываю вас в Беловойско, дабы встать на защиту Яви, ради Слави и Прави, покуда Свет не озарит Навь! Так примите силу мою, аки принял я ее кровь от крови!!! Примите и встаньте рядом со мной, и вместе же осветим Тьму Мирскую Светом Ярым!!! Быть Добру!!!
Время остановилось, не в силах помешать воле мироздания, согласно кивнувшего изреченным словам, и окружающая неминуемая погибель замерла, с удивлением глядя на нас. И мои люди оборачивались ко мне, глядя на тянувшиеся разом одновременно к каждому мифриловые когтистые лапы, истекающие пылающей кровью, сочащейся из-под щелей плотского мифрила, окончательно сменившего слабую человеческую кожу.
- Примите кровь от плоти моей, дабы сила наша была в единстве, дабы каждый из нас был, аки все мы в нем! Примите!!!
Свинцовая одурманивающая слабость все сильнее и сильнее стягивала опутавшие узлы, стремясь вырвать сознание и утащить его в глубины забвения. И в то же время мириады незнакомых голосов будто бы кричали, но отчего-то слишком тихо и поэтому неразборчиво, но все они обращались ко мне, будто что-то требуя или о чем-то моля. Меня же хватало лишь на то, чтобы стоять на ногах и твердить дрожащими губами что-то очень важное, но неразборчивое. Ведь с каждой каплей крови я становился все слабее, но прекратить не мог, покуда не будет завершен обряд, от чего-то в этот момент ставший очень важным, выбравшись из-под морока забытья людской памяти.
Древний обряд братания кровью, что позволял после называть друг друга кровными братьями, здесь обрел еще больший смысл. Ведь это не просто ритуал кровосмешения, но так мы обменивались силой, скрепляя единую мощь в нечто более величественное. Мы брали друг от друга знания, умения, мы становились братьями, и отныне, будучи вместе, наши силы приумножались, и на то была Воля Небес.
Время продолжало стоять на месте, целый мир терпеливо ожидал, пока каждый из открывшихся, нанося себе порезы, пускали собственную кровь, тут же устремлявшуюся от ран к ладоням. И, срываясь с кончиков пальцев, капли летели к пылающей сфере над моей головой, внутри которой бурлила смешивающаяся кровь, передавая каждой частице собранную силу, благословленную и вписывающую в память каждой толику божественной лепты. И это обязательно дарует будущим потомкам здоровья и силы, да долголетия, и не поселится в их душах ни капли тьмы, и не родится в их разумах злой умысел.
Еще мгновение, и обновленные частицы разлетелись в стороны, возвращаясь в прежние тела, неся с собой дар ритуального кровосмешения, осветленного теми, во славу кого во мраке недр созидалась новая сила ради противостояния всему, что существует ради разрушения и смерти. Лишь волки и гномы не участвовали, ведь первые уже были частью Рода, но вторые… это означало бы для них лишь одно, и на сие преданные своему народу воины пойти не могли…
Единое всеобъемлющее полымя вспыхнуло, скрывая внутри себя Беловоинов, перевоплотивших в новообретенные звериные облики, защищенные всепожирающим Пламенем Крови. Измененная магия с яростной всесокрушающей силой ударила по надвигающейся орде. Пылающие стрелы пробивали хитин, огненные молнии рассекали оказавшуюся на пути плоть, огненные смерчи, ликуя, гуляли среди черноты врагов, испепеляя каждого. Объятые призрачным пламенем Тени, затанцевали среди беснующегося пожарища, довершая начатое, и сумевшим добежать до стены щитов оставалось лишь заледенеть от источаемого обжигающего холода – истинного дыхания Североси.
Изуродованные каменокожие карлики на мгновение замешкались, увидев, как их миньоны гибнут в пламени пришедшего в их дом врага. Сияющее фиолетовым светом инкрустированных кристаллов оружие звало в бой, но страх гибели перебарывал, и Изгнанные приняли решение отступить, уходя, громко хлопнув дверью.
- Воздух!!! – раздался чей-то крик: - Бойся!!!
Со сводов вдруг начали отваливаться прикоптившиеся слизни, будто бы бомбы падая вниз. Первый упал в паре десятков метров от основной массы, гигантское облако сажи взмыло меж домов, и через долю секунды по переулкам пронеслась ударная волна, корежа, выламывая и бросая перед собой обломки всего, что не смогло противостоять силе. Еще один взрыв, еще, и ударные волны уже разбивались друг о друга, превращая подземный город в руины обломков, под которыми должны были найти свои могилы все, кто не смог избежать участи погребения под завалами.
