Русберг
New member
Междуглавие 10.
Тихий рассвет осветил все еще дымящиеся окрестности города, некогда бывшие заливными лугами. Русло огибающей реки углубилось и расширилось, обойдя новообразованный остров со всех сторон. Бурные потоки смели каменный мост, отрезав остров от большой земли. Поднявшаяся вода скрыла под собой обрывистый скос, сделавший некогда спокойную реку в судоходный путь, уходящий в мировой океан где-то на северо-западе.
Оставшаяся нетронутой земля бурлила, борясь с пропитавшей ее скверной, не желая принимать в себя тела побежденных тварей, медленно истлевающих, когда фантомы призрачного пламени наконец добираются до проклятой плоти.
На полуразрушенных стенах засуетились люди, разгребая завалы и начиная восстановительные работы. Разнеслись детские голоса ребятни, дружно выгоняющей на оставшиеся островки травы домашний скот, прятавшийся в подземных убежищах. Островки будто бы ожили, принявшись разрастаться и наливаться травой, покрытой утреннею росой, а среди луговых цветов уже суетился полевой чертенок, бережно разглаживающий запутавшиеся бутоны.
Неподалеку от города возле Храма из деревьев, опираясь о спины братьев, дремали величавые богатыри, покрытые копотью и кровью, а у их ног сопели косолапые, обнимающие могучих лосей, лишившихся своих величественных рог.
Утро наступало, возвращая в мир жизнь и радость, город пробуждался и готовился к новому дню.
Тихий рассвет осветил все еще дымящиеся окрестности города, некогда бывшие заливными лугами. Русло огибающей реки углубилось и расширилось, обойдя новообразованный остров со всех сторон. Бурные потоки смели каменный мост, отрезав остров от большой земли. Поднявшаяся вода скрыла под собой обрывистый скос, сделавший некогда спокойную реку в судоходный путь, уходящий в мировой океан где-то на северо-западе.
Оставшаяся нетронутой земля бурлила, борясь с пропитавшей ее скверной, не желая принимать в себя тела побежденных тварей, медленно истлевающих, когда фантомы призрачного пламени наконец добираются до проклятой плоти.
На полуразрушенных стенах засуетились люди, разгребая завалы и начиная восстановительные работы. Разнеслись детские голоса ребятни, дружно выгоняющей на оставшиеся островки травы домашний скот, прятавшийся в подземных убежищах. Островки будто бы ожили, принявшись разрастаться и наливаться травой, покрытой утреннею росой, а среди луговых цветов уже суетился полевой чертенок, бережно разглаживающий запутавшиеся бутоны.
Неподалеку от города возле Храма из деревьев, опираясь о спины братьев, дремали величавые богатыри, покрытые копотью и кровью, а у их ног сопели косолапые, обнимающие могучих лосей, лишившихся своих величественных рог.
Утро наступало, возвращая в мир жизнь и радость, город пробуждался и готовился к новому дню.
