Катализатор

  • Автор темы Автор темы Vladmir
  • Дата начала Дата начала
6
Боевая база Ювеналов.
Сергей, Надя и Долья расположились в большой каюте базы, хранительница назвала её каютой командора и никто с ней не спорил.
Откинувшись на спинку мягкого кресла, Сергей неторопливо потягивал свой сок и объяснял свою мысль.
— Беседуя с Перуном, я пришёл к выводу о параллельных реальностях,— тихим голосом говорил Сергей, любуясь игрой света на гранях бокала,— Перун говорил, что, попав в прошлое Земли, я послужил катализатором разделения реальности. По гипотезе Перуна лишь моё бездействие могло создать предпосылки для сращивания реальностей в обозримом будущем. Однако я провёл собственное моделирование и пришёл к выводу, что деление реальностей было предопределено несколько раньше и произошло бы даже без моего участия.
Сергей замолчал и вопросительно посмотрел на Долью, желая узнать её мнение.
— Построенная тобой теория логически неуязвима,— улыбнулась Долья,— только я не могу подтвердить, как впрочем, и опровергнуть твою гипотезу.
— В смысле доказательства мне легче,— улыбнулся Сергей и посмотрел на Надю,— мне пришлось долгое время общаться с эргами — являющимися живым доказательством теории параллельных реальностей. Вопрос, что меня беспокоит последнее время лежит в другой области. Мне кажется я смогу доказать одну важную аксиому. Две прямые, если их проследить на достаточно большом отрезке пространства, обязательно пересекутся.
— Это же основной постулат геометрии пространства,— напомнила отцу Надя и посмотрела на До-лью, ища поддержки.
Хранительница повела себя несколько необычно, её удивлённый взгляд несколько минут не отрывался от Сергея.
— Ты хочешь сказать, геометрия пространства применима к твоей гипотезе параллельных реальностей?— спросила Долья, не обратив внимания на взгляды Нади.
— Да,— кивнул головой Сергей,— и мне кажется, я нашёл точку в пространстве, где в скором времени произойдёт пересечение реальностей. Если выразиться точнее, я предчувствую данное событие и знаю, мы сможем увидеть подтверждение аксиомы пространства.
Двое суток диспетчера транспортных каналов прочёсывали поисковыми лучами район галактики, а вернее граничащую с ней пустоту в квадрате с координатами предоставленными Сергеем.
— Что мы ищем?— Надя уже отдохнула от громадных перегрузок недавнего времени и изнывала от безделья.
— Планетоид,— Сергей занимался расчётами в малом центре управления, куда вошла Надя, и время от времени давал поправки координат диспетчерам, занимавшимся поиском.
— Разве возможно его найти на такой большой площади?— Надя встала сзади Сергея и критически рассматривала квадрат поиска площадью превышавший десяток парсеков.
— Возможно,— ответил Сергей, его пальцы порхали над терминалом, вводя новые цифры расчётов,— мне уже приходилось находить этот планетоид, причём тогда я имел худшее оборудование и меньшее количество знаний.
— Но почему тогда мы уже двое суток ищем и ничего не находим?— не отставала Надя.
— Я, кажется, понимаю причину,— подала голос Долья, она пришла в центр управления час назад, и, чтобы не мешать Сергею одела наушники и наслаждалась земной музыкой,— всё дело во времени.
Долья полулежала в кресле, прикрыв глаза, но прекрасно слышала разговор Нади и Сергея.
— Да…— протянул Сергей, продолжая терзать клавиатуру,— только мне кажется невозможным рас-считать этот пустяк.
— А если объединить наши усилия?— спросила Долья и добавила, не скрывая своего отношения к электронным компьютерам людей и ювеналов,— получится интеллект более мощный, чем эти жестянки.
— Увы,— усмехнулся Сергей, и посмотрел на Долью, отстукивавшую пальцем ритм музыки на своем подлокотнике,— мне непонятна математическая модель данного процесса, а без модели и сто хранительниц не смогут рассчитать погрешность времени между двух параллельных реальностей.
— Но ты же что—то чувствуешь!— напомнила Надя, она села в свободное кресло и включила терминал.
— Чувства не возможно поставить в математическую формулу…— Сергей замолчал, не закончив предложения,— но я могу управлять поисковым лучом при помощи шлема мысленного контроля, отдавшись своему предчувствию.
Не дожидаясь просьбы, Долья подала Сергею шлем и занялась перенастройкой поискового луча.
Надев шлем и подключившись к разъёму интерфейса, Сергей несколько минут сидел неподвижно, при-выкая к новым ощущениям.
Повинуясь мысленным командам, поисковый луч вздрогнул и начал удаляться из квадрата поиска. Через десяток минут тревожного ожидания, пискнул сигнал контакта с массой. Луч вернулся на несколько градусов назад и упёрся в неправильной формы, планетоид.
Из—за вращения планетоида его невозможно было детально рассмотреть, но Надя включила видео-детекторы, и на экране компьютерного моделирования возник астероид с колонной полуразрушенного звездолёта.
— Но ведь это звездолёт сообщества!— воскликнула Долья и вопросительно посмотрела на Сергея, снявшего шлем и рассматривающего планетоид.
— Да,— кивнул головой Сергей,— это звездолёт третьей межгалактической экспедиции.
— Давай переместим планетоид ближе к базе,— предложила Долья и потянулась включить транспортный канал,— ведь там может находиться живая хранительница.
— Подожди, не торопись,— попросил Сергей,— что—то мне подсказывает, трогать планетоид ещё нельзя.
Вздохнув, Сергей добавил:
— На "Барде" в анабиозном отсеке находится моя первая жена Холли — дочь Ксивьерры.
— Внимание!— раздался голос дежурного диспетчера,— вблизи найденного планетоида обнаружено присутствие новой массы. Провожу визуальный поиск.
— Не может быть!— воскликнул Сергей, когда на экране появилось изображение звездолёта,— это же наш "Волхов".
— Но у нас нет звездолётов, имеющих подобную конфигурацию,— возразила Надя, прекрасно помнившая все основные типы звездолётов земной федерации.
На глазах Сергея появились слёзы, и ему показалось, что изображение на экране обзора начало двоиться.
— Этот звездолёт принадлежит конфедерации человеческих миров из параллельной реальности…— попробовал дать объяснение увиденному Сергей, но голос диспетчера перебил его.
— Сергей Дмитрич, у нас проблема,— голос диспетчера был озадаченным,— планетоид на экране начал раздваиваться. Разрешите использовать второй следящий луч.
— Попробуйте,— без оптимизма согласился Сергей.
— Чертовщина!— через минуту вновь раздался голос диспетчера,— мы потеряли чужой звездолёт и один планетоид.
— Этого следовало ожидать,— задумчиво произнёс Сергей и заметил устремлённые на него взгляды Дольи и Нади.
— Точка пересечения двух реальностей благополучно преодолена,— пояснил Он свою мысль, предварительно выключив коммуникатор.
— Бред!— категорично заявила Долья.
— Но почему луч потерял из виду второй планетоид?— задумчиво спросила Долья, обращаясь скорее к самой себе, чем к Сергею.
Игнорируя высказывания обеих женщин, Сергей включил коммуникатор и отдал команду диспетчеру:
— Диспетчеру, можете заняться перемещением планетоида в сектор базы.
— Ты же сам говорил, что нельзя его трогать?— Надя недоумённо посмотрела на отца.
— Говорил,— усмехнулся Сергей и добавил,— тогда было нельзя, а теперь можно.
— Мне непонятно, почему так удачно совпал момент контакта и момент пересечения реальностей?— Долья включила воспроизведение записи начала процесса и задумчиво наблюдала за раздваиванием планетоидов на экране монитора.
— Объяснений по этому вопросу дать не могу,— вздохнул Сергей и слегка улыбнувшись, подмигнул Наде.
— Планетоид выведен на максимально безопасную орбиту вокруг базы,— из динамика коммуникатора прозвучал голос вахтенного диспетчера,— к высадке готовится разведывательная группа.
— Хорошо,— Сергей встал из кресла и добавил,— передай командиру взвода первой посадки, что я обязательно должен быть на планетоиде в составе первой группы.
— Лейтенант Смирнов очень обрадуется вашему присутствию,— рассмеялся дежурный диспетчер, зная нрав Бориса Смирнова, он не сомневался, что лейтенант будет рычать в тихом негодовании от присутствия в группе посторонних людей.
— А я?— в один голос спросили женщины, едва Сергей отключил коммуникатор.
— Куда бы мне от вас слинять?— было непонятно, над чем смеётся Сергей, над шуткой диспетчера или вопросом Нади и Дольи.
Взглянув на озадаченные лица женщин, Он махнул рукой.
— Пошли уж,— позвал Сергей,— тем более Долье будет полезно посмотреть на творение рук её потомков.
Сергей неторопливым шагом передвигался по "Барде", правда о названии звездолёта знали ещё Долья и Надя, подсвечивавшие коридор из—за спины. Временами Сергей останавливался, делая вид, что изучает элементы внутренней обшивки, а на деле борясь с волнами памяти.
— Странный ты человек,— мысленно заговорила Долья, она шла замыкающей и с большим интересом разглядывала роспись стен коридора.
— И чем я странен?— мысленно спросил Сергей и слегка улыбнулся.
— Ты знаешь этот звездолёт от остатков кормы до руин носовой части,— пояснила Долья и спросила, сделав небольшую паузу,— зачем ты приказал десантникам ещё раз перетрясти "Барду"?
— Причины две,— заговорил Сергей, используя мысленный канал общения,— во-первых, ребята засиделись без серьёзного дела, исследование базы для них как отдых в санатории, а во-вторых, в своё время, мы могли что-либо упустить из виду.
— Думаешь и в этой реальности вы будете вместе?— сменила тему разговора Долья, пытаясь говорить предельно спокойно, но её мысленный голос предательски дрогнул.
— Вот те раз!— воскликнул вслух Сергей, чем всполошил командира взвода первой посадки.
— Сергей Дмитрич, у вас проблемы?— в динамике раздался встревоженный голос лейтенанта Смирнова, а между слов явственно слышалось,— и зачем я взял в разведку неподготовленных людей?
Сергей рассмеялся и резко остановился. Надя, не ожидая подобного от отца, ударилась об запасной кислородный баллон, притороченный к спине Сергея, и выронила из руки объёмистый бокс со скафандром.
— Папка,— буркнула она, поднимая бокс и не понимая причины веселья.
— Лейтенант, не беспокойтесь,— ещё смеясь, ответил Сергей,— просто Надежда Сергеевна не смотрит под ноги, но это не смертельно.
— Ну, спасибочко…— прошептала Надя и вопросительно посмотрела на отца.
— Раньше я считал, что хранительницам незнакомо такое человеческое чувство как ревность,— мысленно заговорил Сергей, продолжив движение.
— Я не…— Долья страшно смутилась, если бы Сергей посмотрел на неё, то увидел бы, как она покраснела,— ревную.
— Милая хранительница, в мысленном общении невозможно лгать,— Сергей мысленно произнёс азбучную истину, чем смутил Долью ещё больше.
— Я пас…— мысленно ответила Долья, употребив слово из лексикона разведчиков, в обществе которых провела немало времени, открывая заблокированные сектора базы, и с шумом выдохнула.
— Данную операцию я задумал исключительно как спасательную,— заговорил Сергей, не заметив, что говорит голосом,— тяжело знать и не иметь возможности помочь.
— Ты не пытаешься лгать,— это утверждение Дольи было произнесено с некоторой долей удивления и облегчения.
— Когда—то давно, была у меня мысль найти "Барду" и всё повторить,— Сергей заметил свою оплошность и вновь перешёл на мысленное общение,— останавливало лишь несовершенство земной техники, а позднее я осознал ничтожную вероятность повторения.
— Извини, что растравила твою боль,— попросила Долья, поняв как тяжело было Сергею попасть в дикий мир и не потерять самого себя.
— Не вижу причины для извинений, ты же знаешь, я, как и ты неспособен что—либо забыть,— Сергей грустно усмехнулся,— только иной раз, признаюсь тебе, этого очень хочется.
— Мы пришли,— голосом сообщила Надя, заметив впереди глухую переборку. Ей надоело молчать, чувствуя, что отец и Долья ведут оживлённую беседу между собой.
Долья справилась с открыванием переборки гораздо быстрее чем, в своё время это сделал, Сергей.
— Не понимаю,— удивилась Надя, полагая что Долья использовала некий код,— почему ты знаешь код доступа этого места?
— Потому что этот способ применяется только в данном месте и никогда не изменяется,— ответила Долья, наблюдая, как переборка уходит в сторону.
— Странно,— заметила Надя, войдя в переходной тамбур,— почему за столько лет код остался прежним, по—моему, столь долгое использование кода делает его бесполезным.
— Кодировку замка не было смысла менять, можно было установить обычную защёлку,— ответил Сергей и мысленно добавил,— попасть за следующую переборку неспособно ни одно из известных мне разумных существ кроме хранительниц.
Переборка за спиной закрылась. Сразу потемнело, это включились системы безопасности скафандров. Сергей кожей чувствовал, как его пронизывают волны излучений.
— А если применить более мощную защиту?— подала голос Надя, с удивлением заметив, что скафандр не хочет слушаться нейроимпульсов.
— Бессмысленно,— усмехнулась Долья, она впервые оказалась в роли спасателя и испытывала от этого некоторое неудобство,— те волны, что ты чувствуешь, не являются излучением, а представляют со-бой проверку допуска.
— Зачем подобные сложности?— фыркнула Надя,— можно было упростить систему, не повлияв на её работоспособность.
— Вопрос не по адресу,— заявила Долья, чувствуя окончание облучения,— это придумали мои предки, считая, что хранительницу может разбудить только другая хранительница.
 
Переступив порог центра управления "Барды", Сергей на несколько минут замер, вспоминая далёкое прошлое.
— Борис,— вызвал он Смирнова,— мы сейчас будем активировать систему пробуждения.
— Вас понял,— отозвался лейтенант,— от нас нужна помощь?
— Нет,— качнул головой Сергей, словно Смирнов мог его видеть,— если пропадёт связь с нами и с базой, не волнуйтесь. Главное не пытайтесь открывать заблокированные помещения, когда восстановится связь, двери сами разблокируются.
— Нам хватит запаса воздуха?— спросил Смирнов, очевидно проверяя показания датчика расхода воздушной смеси.
— Процесс займёт не более четырёх часов,— ответил Сергей и добавил,— заканчиваю связь.
— Удачи,— успел пожелать лейтенант, прежде чем Сергей успел запустить процесс пробуждения Холли.
То время что понадобилось автоматике на вывод хранительницы из холодного сна, все трое проспали, расположившись на полу вокруг саркофага. Сергей проснулся от яркого света не только отдохнувшим, но и сбросившим груз печали по безвозвратно утраченному прошлому.
Встав и взглянув в открытый саркофаг, Сергей удивился своей метаморфозе. Сознавая, что передним лежит Холли, о которой он думал долгие ночи после восстановления памяти, Сергей был совершенно спокоен.
Заметив дрожание век Холли, Сергей, стараясь не шуметь, направился к шкафчику с одеждой.
— Кто вы?— спросила Холли, когда он возвращался с одеждой.
Хранительница открыла глаза и внимательно за ним наблюдала.
— Сергей Кравцов,— представился он, картинно склонив голову, и положил одежду в изголовье саркофага.
От звука его голоса проснулись Надя и Долья. Вид зевающей Дольи заставил Холли вздрогнуть.
— Бред!— вырвалось у Холли, и она зажмурила свои глаза.
Долья широко улыбнулась и поправила, выбившуюся из под шапочки, прядь волос.
— Это не бред,— улыбаясь, произнесла она,— это явь.
— Но ведь твой звездолёт пропал, обеспечив возвращение домой остальной экспедиции,— Холли открыла глаза и увидела Надю, вытащившую из шлема наушник и пытавшуюся связаться с лейтенантом Смирновым.
— Слухи о моей гибели оказались несколько преувеличенными,— довольно спокойно ответила Долья.
— Сколько я спала?— Холли почему—то боялась посмотреть на мужчину и задала вопрос Долье.
— Думаю тысяч четыреста земных лет,— заявил Сергей, и, поймав на себе удивлённые взгляды женщин, добавил,— время — загадочная штука, точнее смогут сказать только после детального обследования "Барды".
Наде, наконец, удалось связаться с лейтенантом Смирновым и сообщить ему о возможности свободного перемещения по всему звездолёту.
— Откуда вы прилетели?— спросила Холли, услышав звук чужого языка, и добавила с ноткой надежды в голосе,— из сообщества?
— Нет,— качнул головой Сергей, он отвернулся, когда женщины начали помогать Холли надеть одежду,— но в скором времени мы обязательно посетим Гаудахан.
— Не понимаю, мать моей матери приходится вам дочерью,— Холли перевела свой взгляд с Дольи на Надю,— а вы явно принадлежите к нашему роду. Роду верховных хранительниц Гаудахана.
— Здесь вы ошибаетесь,— Надя улыбнулась и кивнула в сторону Дольи,— уважаемая Долья подтвердит, что я принадлежу к роду Кравцовых — хранителей земной федерации.
— Я и не знал, что у нас существует такой род,— прошептал себе под нос Сергей, но остался доволен ответом дочери.
— Откуда вам известно моё имя и название звездолёта?— спросила Холли,— Долья знать меня не может, а вы говорите, что не были в сообществе.
— Холли,— вздохнул Сергей,— если я скажу, что в параллельной реальности у нас с тобой будут общие дети, ты сочтёшь меня сумасшедшим или лгуном.
Холли вздрогнула от взгляда улыбающихся глаз этого чужака, в его голосе чувствовалась правда, но поверить в неё было невозможно.
— В подобное мне невозможно поверить,— призналась она, отведя взгляд от глаз чужака.
— Поэтому я скажу несколько иначе, каким образом мне стало известно твоё имя, я не могу сказать,— Сергей тряхнул головой, вздохнул и добавил,— да… Время сложная субстанция.
— Ты сказал, что собираешься посетить сообщество,— недоверчиво напомнила Холли.
У неё кружилась голова, не столько от долгого сна, сколько от слов хранителей, стоявших рядом с ней.
— Да,— кивнул головой Сергей, наблюдая, как присевшая на край саркофага Надя, занялась массированием ног Холли,— звездолёт практически готов, как только позволит твоё самочувствие, мы отправимся на Гаудахан.
— На одном звездолёте?— Холли недоверчиво взглянула на чужака,— ведь это может занять много времени.
— И это говорит бессмертная хранительница,— Сергей посмотрел на Долью и добавил,— у федерации хватает своих проблем. Нужно успеть уничтожить всех тватров, прежде чем эта зараза не распространилась по нашей галактике.
Холли перевела взгляд с Сергея на Долью, надеясь получить пояснение. Несмотря на огромную разницу в возрасте, она была родичем и представлялась хранительнице гораздо ближе, чем чужой хранитель и его дочь.
— Сергей,— нахмурила брови Долья,— хватит забивать девочке голову лишней, на данном этапе, информацией.
Надя прыснула в кулак, не сдержав свои эмоции. А Холли действительно почувствовала себя малым ребёнком рядом с этими странными хранителями.
Как ни торопился Сергей улететь с базы, но старт пришлось отложить на две недели из—за прибывшего курьерского звездолёта посланного "Небесной канцелярией". Практически всем людям, находящимся на базе пришлось заняться окончательной подготовкой генерального отчёта.
Отданная сама себе Холли без дела слонялась по базе иногда попадаясь на пути спешащим по своим делам людям, но не вызывая особого недовольства. Не переставая удивляться новым открытиям, она при-знавала старшинство Сергея и его дочери, хотя по возрасту, вся земная цивилизация была моложе её.
В один из своих походов она умудрилась заблудиться, и лишь вмешательство техника, к которому она обратилась, спасло от многодневного блуждания по пустым секциям базы. Незнакомый техник доставил её на антигравитационной платформе с запчастями к каюте Сергея.
— Тебе туда,— указал рукой на дверь седоватый мужчина с причёской больше всего похожей на короткую щётку для чистки обуви, и скрылся вместе с платформой за ближайшим поворотом коридора, прежде чем она успела ему возразить.
Переборов неприятную робость, Холли вошла в каюту. Сергей сосредоточенно работал с терминалом компьютера, занося в него информацию для отчёта, и не отрываясь от клавиатуры, поздоровался с ней.
— Что такое "Небесная канцелярия"?— спросила Холли.
Она не единожды слышала от различных людей это выражение, но понять его суть не могла, а спросить не решалась.
— Это другое название Эргов,— Сергей ответил, не переставая печатать на клавиатуре свои наблюдения,— они непохожи на людей, но являются союзниками нашей цивилизации.
— Они присутствуют на базе?— удивлённо спросила Холли, хотя за время своих путешествий не заметила других, непохожих на людей существ.
— Нет,— Сергей улыбнулся непонятно чему,— они жутко любопытны, но не способны пока путешествовать по просторам нашей вселенной. Слишком они другие.
— Странно,— вздохнула Холли, устроившись в свободном кресле,— твои ответы не уменьшают количества вопросов, которые мне хочется задать, скорее наоборот.
— Как говорил один земной мудрец,— улыбнулся Сергей,— я знаю, что ничего не знаю.
Помолчав, заканчивая очередную страницу текста, Сергей повернулся к ней и добавил:
— Ты меня извини, я просто забываю, что ты не принадлежишь к людям. В давнее время, я точно не знаю когда именно, на нашей планете образовалось локальное ветвление реальностей. Новая реальность оказалась так близка от нашей, что в ней невозможно существование материальных объектов.
Это вселенная чистой энергии. Разум, который там возник, не имел возможности найти себе какое—либо материальное тело, конечно, если смотреть глазами существа из нашей вселенной. За миллиарды лет своего развития они стали чем—то похожими на хранительниц. Я имею в виду личное бессмертие и неисчерпаемые кладовые знаний. Не имея целей и не видя возможности их найти, цивилизация эргов начала угасать. Пропало желание жить. Заключив союз с людьми, эрги получили новые возможности познания Все-ленной. Люди получили от эргов невиданные знания и возможность создания единого, беспристрастного правительства.
Получился взаимовыгодный союз. Люди служат инструментом познания нашей вселенной для эргов, а они в свою очередь используются людьми как лучшие вычислители, оптимизируя жизнь всей федерации.
— Интересный симбиоз,— задумчиво произнесла Холли,— мне даже кажется, он неуловимо похож на сообщество, только мне это непривычно.
— А ведь это здорово!— улыбнулся Сергей,— у каждой цивилизации свой путь развития. Твои предки выбрали один путь, мои выбрали совсем другой, но в итоге и вы и мы оказались в бесконечном космосе, что-бы встретиться как друзья.
— Только ваш путь оказался гораздо короче,— заметила Холли,— то, что у нас заняло тысячи лет, вы преодолели за годы.
— Не всё так просто и однозначно, как выглядит на первый взгляд,— Сергей вздохнул и вновь повернулся к терминалу, продолжив работу.
— Почему тебе с такой охотой подчиняются все люди?— Холли резко сменила тему разговора,— это можно было бы объяснить генетическим программированием, как в сообществе, но у вас оно не применяется.
Сергей несколько минут молчал. Не столько из—за работы с компьютером, сколько обдумывая слова Холли и вспоминая прошлое.
— Не ты первая задаёшь мне этот вопрос,— наконец заговорил Сергей,— если честно, то я долгое время даже не пытался осмыслить свой феномен. Позднее я понял, нет никакого подчинения. Я своеобразный катализатор, потому что моё присутствие в том или ином месте прекращает серый, однообразный ход жизни, а ничто не бывает противно любому разуму больше чем однообразие…
— К вам можно?— прервала Сергея Долья, приоткрывшая дверь в каюту, но, не решаясь в неё войти.
— Конечно, входи,— произнёс Сергей и развернулся вместе с креслом.
— Я пришла сказать, что у нас с Надей готовы все материалы по "Барде" и наша часть документов касающихся базы,— Долья устроилась в кресло напротив Холли и вопросительно посмотрела сначала на неё, а затем на Сергея.
— Хорошо, у меня работы осталось на пару часов,— улыбнулся Сергей, пытаясь разобраться в этих взглядах хранительницы,— конечно, если меня не слишком будут отвлекать.
— Мы долго будем в сообществе?— спросила Долья, заставив замереть Сергея, собравшегося повернуться к терминалу.
— Думаю дней пятнадцать или двадцать, дольше оставаться на Гаудахане нет смысла,— ответил Сергей, его внимание привлекло слово Мы, произнесённое Дольей.
Долья не выдержала его взгляда и опустила свои глаза. Сжав подлокотники кресла, так что побелели её кисти рук, она заявила:
— Я не хочу оставаться в сообществе, наверное, именно поэтому я не вернулась домой, когда такая возможность у меня была.
Сделав это заявление, Долья почувствовала себя гораздо лучше, словно упал с плеч груз непонятной тоски. Вздохнув, Она подняла свой взор и устремила его на экран внешнего обзора, занимавший всю стену в каюте Сергея.
— Звёзды и неизвестные планеты, вот моя стихия,— улыбнулась она и добавила, посмотрев на Холли,— управлять какой—либо планетой? Брр, это не для меня…
— Ты высказываешь крамольные мысли,— заметила Холли, перебив Долью,— разве не должна ты делать все, что велит верховная хранительница?
— Увы,— улыбка Дольи стала несколько печальной,— я отвыкла управлять людьми. Думаю, что верховная хранительница не будет возражать моему решению.
 
7
Сектор Доминанты.
— Неопознанный звездолёт, вы нарушили границы нашего сектора,— командир патруля храма До внимательно всматривалась в изображение боевого звездолёта, незнакомой конфигурации.
Игнорируя передачу с "Факела", чужой звездолёт продолжал дрейфовать, его обшивка переливалась в лучах Доминанты, а вектор полёта упирался в планету До где собственно и находился храм.
— Капитан, веннийцы не отвечают,— доложила Вета, вахтенный инженер связи.
Это был первый полёт с её участием, и Хена прекрасно понимала желание молодого фалькона окунуться в горнило битвы.
— Дать предупредительный залп прямо по курсу чужого звездолёта,— отдала команду Хена. Несмотря на кажущуюся уязвимость чужаков, она не торопилась нападать первой и открывать все возможности патруля.
Десяток скоростных ракет прочертили черноту пространства, направляясь к чужому звездолёту. В ответ чужак озарился светом лазерных орудий. Ракеты без остатка испарились в синем пламени плазмы, не успев даже детонировать.
— Не такой он уж и беззащитный,— прошептала себе под нос Хена и включила коммуникатор.
— Внимание! Атакуем чужой звездолёт,— отдала она команду остальным четырём капитанам патрульных крейсеров.
Пятёрка малых патрульных крейсеров выстроилась в боевой порядок и устремилась на перехват чужого звездолёта. Чужак, вопреки ожиданиям Хены, развернулся носом на атакующую пятёрку и начал ускоряться.
— Всем ракетным установкам залп,— скомандовала Хена, не понимая, почему чужой капитан предпочёл самоубийственную атаку на превосходящего противника вместо отступления.
"Факел" завибрировал от многочисленных запусков ракет. Чужак, не отвечая выстрелами из своих лазерных пушек, окутался синеватым облаком силовой защиты и продолжил свой маршрут, находя малейшие окна в рое ракет.
Закрутилась непонятная чехарда. Если фальконские крейсера атаковали без дураков, то чужак про-сто прорывался сквозь атакующий строй или имитировал свою атаку, не выпуская ответных ракет и не де-лая выстрелов из своих лазерных орудий.
Окончательно сломав строй фальконских крейсеров, чужак поставил их в идиотское положение. Совершив дикий манёвр, чужак оказался в самом центре фальконской пятёрки.
— Прекратить огонь,— отдала приказ Хена, заскрежетав зубами, когда одна из ракет выпущенных по чужаку и отскочившая от его защиты словно мячик, едва не привела к гибели "Всплеск". Только своевременная реакция канониров, выстреливших противоракеты, спасла звездолёт от прямого попадания.
Все шесть звездолётов погасили двигатели и легли в дрейф. За время этого странного боя фальконские крейсера удалились далеко за пределы сектора Доминанты и продолжали удаляться с приличной скоростью.
— Вета, попробуй ещё раз связаться с чужим звездолётом,— попросила Хена, нервно постукивая кос-тяшкой пальца по подлокотнику своего кресла,— ситуация, хоть на абордаж иди.
— Канал связи установлен,— несколько удивлённым голосом доложила Вета,— только они несут какую—то чушь.
— Давай сигнал на мой монитор,— усмехнулась Хена, вытирая пот, выступивший на лбу,— я попробую разобраться.
На экране монитора возникло изображение молодой смуглокожей женщины в непривычном комбинезоне, открывавшем сильные руки.
— Неопознанный звездолёт, вы нарушили границы сектора Доминанты,— заговорила Хена, размышляя о том, что никто из веннийских женщин не мог надеть подобную одежду, а уж тем более попасть на борт боевого звездолёта. О том что перед ней именно боевой звездолёт капитан "Факела" уже не сомневалась.
Пожав плечами в ответ на непонятные слова женщины, Хена вспомнила о фальконах, участвовавших в последнем бою До, и повторила свой вопрос на языке предков. Так назывался древний язык на котором велось большинство служб в храме До.
Женщина на экране посмотрела куда—то в сторону и нажала клавишу на своём терминале. Изображение сменилось.
Теперь в мониторе был мужчина, лицом страшно напоминавший кого—то из знакомых Хене.
— Приветствую храбрых фальконов,— заговорил чужак, произнося слова языка предков даже правильнее чем жрецы храма До,— желаю тебе гордиться своими дочерьми.
Приветствие фальконов, произнесённое чужаком, вызвало у Хены кроме удивления ещё и другие эмоции.
— Я тоже желаю тебе гордиться своими дочерьми,— произнесла Хена, справившись со своими эмоциями,— кто ты, чужак знающий о фальконах больше чем другие веннийцы?
— Сергей Кравцов, мой звездолёт "Катран" принадлежит федерации человеческих миров, что находится достаточно далеко от вашей галактики,— представился чужак.
— Зачем ваш звездолёт прилетел в сектор Доминанты?— спросила Хена, с большим трудом подбирая нужные слова на языке предков, она добавила,— этот сектор закрыт для посещения представителями веннийских миров.
Мужчина на экране улыбнулся, в отличие от Хены он прекрасно владел языком предков и очевидно услышал в её словах что—то потешное.
— Я, как и мой экипаж, не имею отношения к веннийским мирам,— по тому, как тщательно чужак повторил название веннийцев, Хена поняла, что он говорит правду, а мужчина, тем временем продолжил отвечать на поставленный вопрос,— собственно мне было интересно посмотреть, что сталось с фальконами. Поскольку именно в секторе Доминанты было первое поселение фальконов в этой галактике, понятно моё стремление в этот сектор.
Хена с минуту переводила беглый ответ чужака на современный фальконский уник. Лишь поняв смысл ответа, она хмыкнула и взглянула на Стефу, штурмана "Факела", а в свободное от полётов время лучшего историка фальконских кланов.
— Он знает гораздо больше, чем может нам сказать, используя язык предков,— безапелляционно заявила Стефа в ответ на немой вопрос, она заметила небольшую заминку в ответе чужака, несмотря на прекрасное знание языка предков.
 
8

На Тиане, звёздной системе из трёх населённых планет считавшейся столицей тибурнских кланов царил переполох.
Буквально через неделю после объявления войны, фальконы предприняли ответный рейд в сектор разрушенных звёзд, и, выбив звездолёты охранения, почти месяц удерживали искусственную планету. Чем фальконы занимались на самой планете, и какие находки им удалось оттуда вывести, было ещё неизвестно. Но даже братство света, ревниво наблюдавшее за соблюдением закона в веннийских мирах, не смогло повлиять на фальконов, на все претензии заявлявших, что данный поступок является местью за покушение на храм До.
На этом фоне в веннийских мирах появилось множество любителей лёгкой наживы, заявлявших что имеют артефакты с искусственной планеты, хотя никто толком не знал больше того что сочли нужным сообщить представители тибурнских кланов.
Фальконы, сделав эту вылазку, вновь затаились и не спешили открывать все свои карты. Многие здравомыслящие военные понимали, что фальконы задумали очередную каверзу, но где произойдёт следующий набег, никто не мог рассчитать.
Из—за подобного положения вещей, десятки обитаемых миров, жили в ожидании нападения, постоянно держа в готовности свои боевые корабли.
Для веннийских кланов прошло незамеченным одно событие, едва не вызвавшее войну среди самих фальконов.
В сектор Доминанты из броска вышли пятнадцать звездолётов неизвестной конфигурации.
Патрульная группа фальконов—храмовников устремилась навстречу чужакам, которые довольно быстро перестроились в классический наступательный клин, но открывать огонь не спешили.
Операторы систем связи взывали к неизвестным звездолётам, требуя покинуть сектор Доминанты.
Не отвечая на запросы, чужаки неожиданно легли в дрейф и зажгли белые огни на головном звездолёте.
Арна, командир патрульной группы храмовников облегчённо вздохнула и вопросительно посмотрела на оператора систем связи.
— Они пока не отвечают,— качнув головой, ответила Рада и продолжила монотонно вызывать чужаков.
Звездолёты продолжали сближаться, Арна сидела в напряжённой позе, готовая в любой момент отдать команду к атаке.
— Есть! — громче чем следовало бы, произнесла Рада, едва на экране приёмника появилась картинка с чужого звездолёта.
Посмотрев на экран, Арна увидела смуглую женщину в черном лоснящемся комбинезоне, больше напоминавшем кожу своей хозяйки.
— Назовите себя,— повелительно попросила Рада на фальконском унике.
В ответ женщина отрицательно качнула головой, характерно цыкнула и слегка улыбнулась.
Заметив как начинает сердиться Рада, Арна отдала приказ:
— Переведи канал связи на мой монитор.
— Но она издевается,— Рада прежде чем передать канал связи не удержалась и ответила женщине фигурой из трёх пальцев, считавшейся у фальконов оскорблением после которого непременно начиналась драка.
— Назовите себя,— произнесла Арна, используя язык предков.
— Бенни, прорекул клана Стерха,— ответила женщина и добавила,— я не привыкла спускать оскорбления и вызываю вашего оператора на поединок.
— Поединок придётся отложить, до тех пор пока Рада не сдаст вахту,— заметила Арна.
Ей не нравилась подобная перспектива, но отказать чужаку, прекрасно знавшему законы фальконов, она не могла.
Бросив раздражённый взгляд на Раду, Арна спросила обращаясь к женщине на экране.
— Как я поняла, вы приходитесь нам дальними родственниками, если подобное выражение уместно. Какова цель вашего визита в систему Доминанты?
— Да, мы фальконы,— Бенни утвердительно кивнула головой и продолжила,— цель нашего визита проста — посещение храма До, если конечно он существует, а не придуман нашими летописцами.
— Храм существует,— Арна улыбнулась,— ваши летописцы не ошиблись. Но я не имею полномочий пропустить вас на планету.
— Мне это понятно,— согласилась Бенни,— но думаю ты знаешь кто может решить этот вопрос, тем более мы прибыли не с пустыми руками. У меня на звездолёте имеются кристаллы памяти на которых запечатлена наша великая мать До, а так же те трое фальконов что разделили её судьбу.
— Я передам ваше сообщение в храм,— озабоченно ответила Арна, прекрасно понимая какую ценность имеет кристалл памяти с изображением До,— думаю вам не смогут отказать.
 
ох, не зря я "зашел на огонёк" :yes: спасибо!
 
:hi: Ну как всегда.На самом интересном месте :protest: :dance:
 
9
Сообщество Гаудахан.
Путь в сообщество Гаудахан по транспортному каналу занял несколько мгновений. "Катран" вышел из пространственного окна в десятке световых минут от Гаудахана, главной планеты сообщества.
— Всем постам! Боевая готовность! Огонь на поражение не открывать! Только защищаться,— отдал команду Сергей.
Он сидел в капитанской рубке, переведённой в боевое положение, и всматривался в экраны обзора.
— Отключить отклоняющие поля,— скомандовал Сергей.
Едва "Катран" проявился в пространстве вокруг него из ниоткуда возникли три военных звездолёта. Их броня блестела в лучах светила, а хищные раструбы лазерных пушек шевелились нацеливаясь на "Катран", окутанный ореолом силовой защиты.
— Неопознанный звездолёт, назовите себя и цель прибытия, иначе вы будете уничтожены,— раздался женский голос из динамика ближней связи.
Правда, понять этот приказ могли только четыре человека из всего экипажа, но требовательный голос внушал опасения всей остальной команде.
— Канал связи готов?— Сергей посмотрел на вахтенного оператора связи.
Видя, как спокоен Сергей, вахтенные офицеры старались держаться соответственно, что не у всех получалось под прицелом многочисленных пушек.
— Канал связи установлен,— доложил офицер связи.
— Тогда включай,— Сергей улыбнулся и подмигнул молодому штурману, вытиравшему пот, выступивший на его лице.
На большом экране, сменив изображение одного из трёх звездолётов, появилась женщина—воин. Она молча, не скрывая своего интереса, разглядывала рубку земного звездолёта.
— Говорит разведывательный звездолёт "Катран", принадлежащий федерации человеческих миров,— заговорил Сергей на языке сообщества,— мы прибыли с визитом доброй воли.
— Кх,— выразила своё удивление женщина—воин,— почему ваш звездолёт имеет столь мощное вооружение?
— Вы тоже не на прогулку вышли,— улыбнулся Сергей и добавил, вернув лицу всю возможную серьёзность,— передайте связь вашей хранительнице.
— Но…— начала говорить женщина—воин, и её изображение исчезло с экрана, сменившись на изображение хранительницы, внимательно изучавшей лицо Сергея.
Стараясь быть серьёзным, Сергей произнёс укороченную форму приветствия, на которое хранительница, совершенно автоматически, выдала ответ.
— Вы хорошо изучили наш язык и этикет,— несколько озадаченно произнесла хранительница,— чего нельзя сказать о нас.
— С радостью могу восполнить эту несправедливость,— ответил Сергей,— передав информацию о федерации человеческих миров.
— Какую цель преследует ваш визит?— после небольшой паузы спросила хранительница.
— Посетить храм знаний и встретиться с верховной хранительницей,— заявил Сергей.
— А если я не пропущу ваш корабль к орбитальной станции Гаудахана?— спросила хранительница, слегка нахмурив свои брови.
— Зиндая дочь Таллии, тебя приветствует Холли дочь Ксивьерры,— заговорила Холли, подойдя к капитанскому креслу, чтобы попасть в поле захвата видеодетектором.
Хранительница пару минут сохраняла неподвижность, рассматривая Холли.
— Хорошо,— кивнула головой хранительница,— я пропускаю ваш звездолёт до орбитальной базы.
Экипаж "Катрана" облегчённо вздохнул, когда звездолёты, грозно ощетинившиеся оружием, начали удаляться, открывая проход к базе.
— Нас снова вызывают,— офицер связи озабоченно посмотрел на Сергея, не понимая слов диспетчера, появившегося на его экране.
Усмехнувшись, Сергей перевёл распоряжения диспетчера и передал управление первому пилоту. Подчиняясь его команде, рубка вернулась в капитанскую каюту, где его ожидала Долья, внимательно рассматривая приближающуюся орбитальную станцию.
— Когда моя экспедиция стартовала, строительство этой базы только начиналось,— задумчиво произнесла Долья и посмотрела на Сергея.
Каюта Ричарда Дарка, несколько изменилась, с тех пор как её хозяин получил назначение на линкор "Аверс", и отбыл две недели назад к новому месту службы. Сергей улыбнулся и сел на диван рядом с Дольей. Это место было удобно тем, что именно с дивана открывался прекрасный вид. Занимавший всю противоположную стену экран, создавал впечатление огромного окна в космос.
— Ты действительно не хочешь остаться?— спросил Сергей, посмотрев на Долью.
Хранительница, словно не слыша вопрос, наблюдала разворачивающуюся перед ней панораму Гаудахана.
— Не всё так просто,— прошептала она, переведя взгляд с планеты на боевой линкор, приближавшийся к орбитальной базе несколько раньше "Катрана".
Сергей не стал выяснять причину сложности, а пожал плечами и на столе появились два бокала с соком. Взяв их в руки, он передал один бокал Долье.
— Я не хочу становиться верховной хранительницей,— Долья отпила глоток сока и посмотрела на Сергея с нескрываемой тоской.
— Объяви меня своей женщиной,— после небольшой паузы, выдохнула Долья,— иначе я буду вынуждена навсегда остаться в храме знаний.
От столь неожиданного предложения Сергей поперхнулся соком и закашлялся.
— Я настолько тебе антипатична?— спросила Долья и попыталась встать с дивана.
Справившись с кашлем, Сергей поймал хранительницу за руку в последний момент и дёрнул за неё, правда, несколько сильнее, чем следовало. От неожиданности Долья потеряла равновесие и упала на него.
Потеряв над собой контроль, Долья молча пыталась подняться и покинуть каюту. Сергей как мог, удерживал её, пытаясь, что—либо сказать в своё оправдание.
— Да подожди ты,— выкрикнул он, оказавшись вместе с хранительницей на полу каюты.
Оказавшись лицом к лицу с Дольи, Сергей увидел слезы, капающие из её глаз. Хранительница плакала, крепко сжав губы, и не переставала делать попытки вырваться из захвата его рук.
— Долья, ты будешь моей женой?— наконец смог произнести Сергей, окончательно восстановив дыхание.
— Я тебе совсем не нравлюсь,— констатировала Долья, не переставая вырываться из захвата,— зачем ты будешь лгать ради меня?
— Ох, и дура ты,— вздохнул Сергей, и, пересилив хранительницу, поцеловал её в губы.
Долья замерла на несколько секунд, оценивая новые ощущения и эмоции.
— У нас, русичей первый шаг к союзу делает мужчина,— пояснил Сергей, прервав поцелуй,— лишь это вызвало у меня такую реакцию. За всю мою жизнь ты первая из женщин, кто самостоятельно предложил взять меня в мужья.
— Я действительно тебе нравлюсь?— спросила Долья, отстранившись от Сергея на длину рук, она внимательно всматривалась в его лицо, пытаясь определить правдивость слов.
Сергей вновь притянул Её голову и осыпал поцелуями лицо, пытаясь высушить солёные слёзы на щеках.
— Ты самая желанная хранительница,— мысленно произнёс Сергей.
Без стука в каюту вошла Надя. Заметив Сергея и Долью лежащими на полу, она кашлянула, и спросила весёлым тоном:
— Вам что дивана мало?
Долья вскочила на ноги, словно обожглась об Сергея. Следом поднялся Сергей и посмотрел на дочь.
— Вот таким ты папка мне больше нравишься,— заявила Надя и улыбнулась, заметив смущение на лицах отца и Дольи.
Как и в прошлое посещение сообщества Сергей практически не покидал звездолёт, поэтому о достоинствах орбитальной базы знал только от Нади, постаравшейся посетить возможно большее количество секторов.
Сергей при помощи Дольи занимался копированием информации на кристаллы памяти, единственном носителе информации применявшемся в сообществе. Готовые кассеты с кристаллами складировались в челноке, предоставленном диспетчером базы.
Вымотавшись до предела, Сергей дремал в кресле во время полёта челнока от орбитальной станции до храма знаний, чего нельзя было сказать об остальных трёх пассажирах.
Официальная церемония встречи с верховной хранительницей только добавила головной боли от старых воспоминаний. Благо Надя взяла на себя большинство обязанностей по передачи земных знаний и технологий специалистам храма знаний.
Долья вела себя так, словно была совсем не рада возвращению на Гаудахан, впрочем, Сергей обратил внимание на поведение Ксивьерры. Если возвращению дочери она была безусловно рада, то взгляды которыми она изучала Долью нельзя было назвать радостными.
— Уважаемая Ксивьерра,— Сергей тяжело вздохнул и продолжил,— я небольшой знаток ритуалов существующих у хранительниц, поэтому скажу прямо. Долья и я создали семью, в земном понимании этого вопроса. Поклявшись быть рядом с ней до конца жизни, я не намерен отступать. Исходя из этого, Долья покинет Гаудахан, чтобы жить в федерации человеческих миров.
Ксивьерра недоверчиво посмотрела на Долью, находящуюся в ступоре от подобного заявления Сергея.
— Это является правдой?— спросила Ксивьерра, не отрывая взгляда от Дольи.
— Да…— прошептала Долья, и опустила глаза.
На следующий день, отдохнув несколько часов, Сергей был весел и деятелен. После завтрака в компании Нади и Дольи, под изумлёнными взглядами обслуживающего персонала, наблюдавших как из воздуха появляются различные блюда с едой, Сергей отправил обеих женщин на экскурсию по храму. Передав Ксивьерре своё пожелание с ней встретиться, Сергей остался в отведённых для них покоях, занявшись изучением вида, открывавшегося из окна обеденной залы.
Услышав шаги за спиной, Сергей обернулся и увидел Ксивьерру. Повседневная одежда делала её красивее и моложе.
— Приветствую верховную хранительницу,— произнёс Сергей, слегка улыбнувшись,— я благодарен за оказанную честь.
Указав на мягкие кресла возле маленького столика, Сергей сам занял одно их них.
— Вообще—то я пришла посмотреть на чудеса, о которых мне прожужжали уши работники храма,— Ксивьерра улыбнулась и села в кресло.
— Это мелочи, я всегда считал, что и вы можете делать подобные вещи,— Сергей сел напротив Ксивьерры и посмотрел на столик.
Повинуясь его воле на поверхности столика появились необычные для Гаудахана фрукты, бокалы и графин с соком. Разлив по бокалам напиток, Сергей подал один из них Ксивьерре, а сам взял второй.
— Хочу поблагодарить тебя за гору информации, что выгрузили из челнока специалисты храма,— произнесла Ксивьерра, отпила глоток сока и вопросительно посмотрела на Сергея.
Она не могла понять желание Сергея встретиться тет—а—тет, а всё непонятное вызывало у неё подозрение.
Сергей встал, и, подойдя к шкафу, где были сложены личные вещи, достал криобокс.
— Здесь находится вещь более ценная для вас, чем все те знания, что получили ваши учёные,— заявил он, поставив бокс на стол перед Ксивьеррой.
— Что здесь?— Ксивьерра положила руку на замок криобокса, но открывать не торопилась.
— Долго рассказывать,— усмехнулся Сергей, присев на край своего кресла,— будет гораздо лучше воспользоваться обменом знаниями.
— Почему ты не стал обмениваться знаниями с Холли?— Ксивьерра не горела желанием обмениваться своими знаниями с чужаком.
— На это есть важная причина,— вздохнул Сергей и добавил,— поверьте, если бы мне можно было бы обменяться знаниями с Холли, я так бы и сделал.
— Хорошо,— выдохнула Ксивьерра и протянула свои руки,— я готова на обмен.
Несколько минут после обмена Ксивьерра сидела с закрытыми глазами.
— Не может такого быть! Бред! Ужас…— первое, что смогла произнести Ксивьерра, открыв глаза.
Сергей молча наблюдал за реакцией хранительницы, пытаясь предугадать следующие поступки верховной хранительницы. Для него самого новостью стали некоторые знания Ксивьерры в области сверх крепких материалов и технология их изготовления.
— Тебе не позавидуешь,— выдохнула Ксивьерра через десять минут молчания.
Сергей в ответ пожал плечами, полагая, что хранительница ещё не до конца пришла в себя от потрясения вызванного наложением времён.
— Тватры ошибались, называя тебя Мастер—Ужас, на свою беду они не смогли тебя убедить в своей правоте,— заговорила Ксивьерра, внимательно вглядываясь в лицо Сергея, стараясь запомнить мельчайшие детали,— мне больше нравится твое земное прозвище — Учитель. Оно больше тебе подходит. Я согласна на союз с федерацией человеческих миров, но только при одном условии.
— Если это в моих силах, то проблем не возникнет,— слегка улыбнулся Сергей, он не ожидал, что его память подействует на верховную хранительницу таким образом.
— Я хочу, чтобы именно в твоей школе прошли курс обучения первые юные хранительницы,— пояснила своё условие Ксивьерра.
— Я буду ждать,— кивнул Сергей,— окно в нашу галактику будет открыто, а учеников в мою школу принимают в возрасте восьми лет.
Ксивьерра кивнула в знак согласия и взяла с блюда кисть винограда. Съев десяток ягод, она посмотрела на Сергея.
— Сергей, ты не обидишься, если я задам вопрос?— спросила она.
— Я не знаю вопроса, который ты хочешь задать,— улыбнулся Сергей,— но думаю, обиды не будет.
— Почему в этой реальности ты выбрал Долью?— спросила Ксивьерра.
Сергей уже заметил, что, несмотря на внешнее сходство Ксивьерра, что сейчас сидела рядом с ним, имела некоторые отличия от той верховной хранительницы, что он знал в другой реальности.
— В той реальности я был воином,— заговорил Сергей, ему самому хотелось разобраться в сложившейся ситуации,— а здесь я руководитель, подобный тебе. Я стал немного мудрей и теперь мне нравится Долья.
— Не понимаю, зачем тебе нужна хранительница, кладезь знаний ненужных ни тебе, ни твоему народу,— выразила своё недоумение верховная хранительница.
— Дело совсем не в том, что она знает,— Сергей ухмыльнулся и взял с блюда красное яблоко.
— В чём же причина?— Ксивьерре хотелось докопаться до истины, ведь получив память Сергея, она нашла там совсем нелогичные воспоминания.
— Человеческие чувства никогда не поддавались математическому моделированию,— откусив кусок яблока и прожевав его, ответил Сергей.
— Странные вы…— протянула Ксивьерра и занялась, понравившимся ей виноградом.
Несколько минут в зале стояла тишина. Сергей в свою очередь наслаждался вкусом яблока, время, от времени бросая взгляды на Ксивьерру.
— Ксивьерра, ты забываешь, что мы совсем другие,— положив на стол огрызок от яблока, заявил Сергей.
— Может быть ты прав…— задумчиво прошептала хранительница, взяв виноградину двумя пальца-ми, она рассматривала её в луче света, проникавшего через открытое окно,— но вы люди слишком похожи на нас.
Надя, с таким проводником как Долья, не испытывала недостатка в новых знаниях, тем более что Гаудахан являлся первой планетой, на которой оказались земляне, где жили представители другой цивилизации. Конечно, рассказы Сергея отложились в памяти Нади, но увидеть своими глазами разнообразие жизни сообщества было гораздо интересней.
Несмотря на уничтожение больших группировок тватров, война с ними продолжалась. Звездолёты сообщества методично прочёсывали звёздные системы, некогда захваченные врагом, и проводили окончательную зачистку.
В отличие от Нади Сергей маялся и не мог понять причину своей тревоги. Даже просмотрев карту будущего, составленную для него по просьбе Ксивьерры, Сергей не смог достаточно точно локализовать причину своего предчувствия. Верховная хранительница, будучи прекрасным чтецом карт будущего, как и её двойник из параллельной реальности удивилась внешнему виду карты, принадлежащей именно ему.
По мнению Ксивьерры в ближайшем будущем Сергея ожидало несколько проблемных точек, но из—за близости их во времени трудно было произвести локализацию. Проведя в лаборатории проблем времени три дня и не получив ответов на большинство вопросов, Сергей решил оставить решение этих задач.
— Давай Надежда собираться на базу,— вечером двадцатого дня пребывания на Гаудахане, заявил Сергей, когда дочь в компании Дольи вернулась в храм знаний из очередной экскурсии.
— Хорошо,— кивнула Надя, привыкнув за долгие годы доверять предчувствиям отца.
Развернув переносной коммуникатор, она вызвала первого помощника "Катрана" и попросила его начинать подготовку звездолёта к старту.
— Долья, если тебе нужно что—либо взять с собой, поторопись,— Сергей посмотрел на хранительницу, замершую возле дверей в зал приёмов с лицом похожим на маску горя,— завтра утром мы полетим домой.
Долья улыбнулась, кивнула головой и вышла из зала.
— Что с ней?— Сергей подошёл к дочери начавшей собирать свой небольшой кофр, складывая в него различные сувениры на память о посещении различных мест Гаудахана.
— Папка, ты действительно не понял?— Надя положила в кофр коллекцию фигурок изображавших древних воинов Гаудахана, и, улыбнувшись, посмотрела на отца.
Сергей в ответ пожал плечами и вопросительно посмотрел в смеющиеся глаза дочери.
— Она, втрескалась в тебя как девчонка,— авторитетно заявила Надя,— замучила меня вопросами о жизни в федерации. Я давно заметила, ты опасный тип, не удивлюсь, если окажется что и Ксивьерра неровно к тебе дышит.
— Так…— протянул Сергей и подошёл к окну, за которым показались первые звёзды чужого неба.
— Колись, что ты наговорила обо мне,— не оборачиваясь к дочери, произнёс Сергей.
— Я рассказала Долье всё, по крайней мере, из того, что известно мне самой,— призналась Надя и улыбнулась, заметив вошедшую в зал хранительницу с маленьким кофром в руке.
— Да, а ещё твоя дочь сказала, что ты чёрствый тип, который не видит дальше своего носа,— подмигнув Наде, заявила Долья, подражая её голосу.
— Мне приятно, что две моих самых любимых женщины нашли общий язык,— не поворачиваясь от окна, произнёс Сергей, он понял, что говорит Долья, но постарался этого не показывать.
 
И почему я ранее не видел ЭТО. Прочитал одним махом! Спасибо, пошёл искать другие нроизведения этого автора. Может кто подскажет его страничку на Самиздате???
 
10
Сектор Доминанты.
— Смотри Долья, похоже, твои фальконы готовятся нас атаковать,— Сергей сидел в капитанской рубке и наблюдал за действиями пятёрки крейсеров, считавших, что надёжно спрятались в тени большого астероида.
Из транспортного окна "Катран" вышел в системе звезды Доминанта, именно так прочитала Долья название звезды, на планете которой появилось первое поселение женщин—воинов.
— Капитан, в нас выпущено десять ракет,— доложил офицер боевых систем,— предлагаю уничтожить их противоракетами.
— Хватит с них и лазеров,— включив коммуникатор, произнёс Сергей, сделав короткую паузу, он добавил, переключив на обще корабельное вещание,— боевая тревога, всем занять места согласно боевому распорядку. Без моей команды оружие не применять.
— Поехали, посмотрим, чего стоят фальконы,— себе под нос прошептал Сергей и включил привод капитанской рубки, переводя её в боевое положение.
Долья молча встала за капитанским креслом и вместе с площадкой переместилась из каюты в рубку управления.
— Занимай кресло второго штурмана,— не оборачиваясь, приказал Сергей, активируя боевой пульт управления.
На экране переднего обзора яркой вспышкой сгорели ракеты, поражённые из лазерных пушек.
— Капитан, они начали ускоряться,— Игорь Яншин, первый помощник, вопросительно посмотрел на Сергея, ожидая новых команд.
— Поиграем в догонялки,— усмехнулся Сергей, его руки быстрыми движениями включали маршевые двигатели и отключали автопилот.
"Катран" вздрогнул и устремился навстречу пятёрке фальконских крейсеров, выпустивших впереди себя сотню ракет.
— Включить энергетическую защиту,— скомандовал Сергей, держа руки на штурвале.
Зазвенели сигналы ракетной угрозы, но Сергей нашел брешь в облаке ракет и пролетел мимо пятёрки фальконских звездолётов встречным курсом. Пятёрка крейсеров, на максимальной скорости начала разворот. Не дожидаясь окончания манёвра, Сергей вновь заложил вираж и вывел "Катран" на встречный курс. Всё это происходило под вой сирен, сигнализировавших о граничном состоянии звездолёта. Несмотря на тройную дозу стабилизирующих таблеток половина экипажа "Катрана" находились в полубессознательном состоянии, гравикомпенсаторы не справлялись с нагрузкой.
Долья зажмурилась не в состоянии наблюдать за самоубийственными действиями Сергея. Разведывательный крейсер крутился в пространстве, словно лёгкий штурмовик. На пределе своей мощности работали маршевые двигатели, то ускоряя, то замедляя полёт среди сотен ракет.
Комментировать или возражать действиям Сергея было невозможно. Попробуй, скажи хоть слово при пяти же.
На первый взгляд бессмысленные метания "Катрана" заставили пятёрку фальконских крейсеров сломать атакующий строй. Воспользовавшись этой оплошностью, Сергей вклинился в брешь и оказался в самом центре группы.
Столь безумная позиция чуть не послужила поводом для гибели одного из фальконских звездолётов. Выпущенная в сторону "Катрана" ракета рикошетом прошла вдоль энергетического экрана, и устремилась в оголённый борт фальконского звездолёта. Только своевременная реакция канониров спасла крейсер от разрушения.
Обстрел прекратился, а все шесть звездолётов легли в дрейф, погасив ходовые двигатели.
— Долья, как тебе фальконы?— улыбаясь, спросил Сергей, повернувшись в сторону штурманского пульта.
— Воинственности у них нисколько не убавилось,— Долья ещё не совсем пришла в себя от сильных перегрузок и поэтому говорила медленно.
Сергей вел себя так словно "Катран" не совершал в пространстве безумные виражи при пятикратной перегрузке.
— По—моему у них неплохие звездолёты,— заметил Он.
— Есть канал связи,— доложила офицер связи,— только мне ничего непонятно.
Сергей и сам прекрасно слышал женский голос, вещавший на незнакомом языке. Он посмотрел на Долью, но хранительница лишь отрицательно качнула головой.
Неожиданно женщина заговорила на языке сообщества.
— Вот это мы понимаем,— улыбнулся Сергей и добавил, обращаясь к офицеру связи,— переведи канал связи на мой монитор.
Начав разговор с женщиной на экране, Сергей с трудом сдерживал смех, зная, что собеседница может обидеться на его проявление чувств.
— Долья, похоже, этим языком фальконы практически не пользуются,— мысленно обратился он к хранительнице, не скрывавшей свой смех при особо удачных ошибках женщины—воина.
Фальконы на удивление быстро согласились на обмен делегациями, что за этим крылось, Сергей не знал, но ухватился за эту мысль.
Открытый космос встретил Сергея чернотой и блеском мириад звёзд. Ему всегда нравилось выходить в пустоту космоса. Ни один самый совершенный прибор не мог передать всю гамму ощущений человека. На обшивке фальконского крейсера показалась фигура в скафандре.
— Я пошёл,— сообщил Сергей и посильнее оттолкнулся ногами от обшивки в направлении фигуры в скафандре.
— Пап, не рискуй,— услышал он мысленный голос Нади.
Заметив, что его относит в сторону от цели, Сергей включил ранцевый двигатель и провёл коррекцию курса. По мере приближения к фальконскому крейсеру явственно проступили детали, незамеченные из рубки.
— На фальконском звездолёте есть следы ремонта обшивки,— Сергей комментировал вслух свои предположения,— это говорит об участии данного крейсера в боевых действиях. Из оружия вижу ракетные установки и башни лазерных пушек малого радиуса действия.
В десятке метров от него пролетел фалькон, направляясь в сторону "Катрана".
— У фалькона скафандр высшей защиты,— сообщил Сергей,— не забудьте включить внутреннее поле безопасности.
— Ты им не доверяешь?— спросила Долья, недовольная словами Сергея.
— Дело не в доверии,— ответил Сергей,— обыскивать же гостя не станешь, да и бессмысленно это. А если у фалькона сдадут нервы?
— Ты снова прав,— вздохнула Долья,— если фалькон будет чувствовать призрачную защиту своего оружия, он будет вести себя уверенно и спокойно.
Разглядев среди пусковых установок квадрат переходного шлюза, Сергей направил полёт к нему, начав торможение. Контакт с обшивкой фальконского звездолёта прошёл как на тренировках. Едва ноги коснулись брони крейсера, включились магнитные присоски скафандра. Войдя в помещение шлюза, Сергей быстро обнаружил рычаг закрывания внешней переборки и перевёл его в противоположное положение. Ожидая стабилизации давления, Сергей включил анализатор газовой смеси, желая лично удостовериться в качестве воздуха которым ему придётся дышать.
Лампа над внутренней переборкой загорелась раньше, чем пикнул анализатор, сообщая об окончании анализа. Не торопясь выходить из шлюза в открывшуюся внутреннею переборку, Сергей посмотрел на результаты, видневшиеся на панели расположенной на рукаве скафандра. За исключением высокого содержания углекислого и угарного газов, остальные параметры атмосферы фальконского звездолёта вполне подходили для нормального дыхания.
Четверо фальконов, одетых в серебристые комбинезоны с множеством карманов, ожидали его в скафандровом отсеке, не проявляя каких—либо эмоций. Стараясь не концентрировать своё внимание на широких поясах с непонятными приспособлениями, закреплёнными на них, Сергей разгерметизировал шлем и на-чал снимать свой скафандр.
— Надя, как я понимаю, все четверо встречающих меня фальконов вооружены, но оружие находится в кобурах,— мысленно передал Сергей.
Сняв скафандр, Сергей остался в лёгком комбинезоне, который предпочитал надевать, находясь на борту звездолёта. Наклонившись к скафандру чтобы взять приёмопередатчик, Сергей заметил, как дернулись к поясам руки фальконов. Не делая резких движений, Он прикрепил наушник с микрофоном к шапочке подшлемника, а сам прибор разместился в кармане на груди.
— Это прибор связи,— произнёс Сергей на языке сообщества Гаудахан, но фальконы его не поняли.
— Проверка, как меня слышно?— Сергей включил рацию и сразу её проверил.
— Слышимость нормальная,— ответила Надя и добавила,— Долья пошла в секцию ангаров, встречать нашего гостя.
Голос Сергея встревожил фальконов, но, поняв причину, они успокоились и даже слегка улыбнулись. Сергей указал рукой на дверь, показывая, что готов идти. Следуя коридорами фальконского крейсера, Сергей отметил некоторую схожесть конструкций корабля с земными аналогами. Двое фальконов шли впереди его, а вторая пара замыкала шествие. Иногда на пути им попадались другие члены экипажа, но после команд, сопровождавших его фальконов, они предпочитали освободить коридор. Острый слух Сергея фиксировал топот ног по другому коридору.
— А их немало на корабле,— озвучил Сергей своё наблюдение.
Передняя пара фальконов остановилась. Сергей подумал, что это реакция на его речь, но открывшаяся рядом дверь высветила кабину подъёмника. Шкала на стене кабины имела двенадцать делений, а зелёный огонёк мерцал в четвёртом снизу окошечке. Не став искушать фальконов, Сергей мысленно прокомментировал своё наблюдение.
— У нашего фалькона в кобуре на поясе находится оружие подобное нашим ручным лазерам,— доложила Надя,— увидев Долью, гостья повела себя неадекватно, правда к агрессии это не имеет никакого отношения.
Кабина подъёмника переместилась на четыре деления и её двери с шелестом открылись. На этом яру-се было довольно тихо, и только теперь Сергей понял, что на нижнем ярусе пахло горелой изоляцией. Он смог это определить по отсутствию запахов на данном ярусе. Проследовав за фальконами метров сто, Сер-гей оказался перед закрытой переборкой.
Одна из сопровождавших его женщин, что—то произнесла, и переборка ушла в сторону, открыв уютно обставленную каюту. На немой вопрос Сергея, женщина кивнула головой в сторону проёма.
Войдя в каюту, Он услышал шорох закрывающейся переборки. Сопровождавшая его четвёрка фальконов осталась снаружи.
В помещении находились три женщины. Одна из них, та, с которой вёл переговоры Сергей, сидела за столом перед терминалом компьютера и с озабоченным лицом вызывала кого—то. Две других женщины си-дели на диване, их лица тоже не скрывали тревогу.
— Я Хена, командир этой патрульной эскадры,— женщина оторвалась от терминала и медленно заговорила на языке сообщества Гаудахан.
— Я капитан разведывательного крейсера "Катран", президент федерации человеческих миров Сергей Кравцов,— представился Сергей, дублируя свои слова мысленным слогом.
Женщина удивлённо посмотрела на Сергея и перевела взгляд на кресло находившееся рядом с ней.
 
— Присаживайтесь,— предложила она.
Сев в кресло, Сергей обратился к Хене:
— Я вижу, вы чем—то озабочены?
— Наш посланец начал нести чушь,— призналась Хена, не понимая причины по которой лучше стала понимать чужака.
— Мне тоже сообщили на неадекватную реакцию вашего посланца, последовавшую вслед за появлением в скафандровом отсеке моей супруги Дольи,— признался Сергей и боковым зрением увидел расширившиеся зрачки одной из присутствующих женщин.
— Почему я стала лучше вас понимать?— поинтересовалась Хена, отметив про себя прекрасную связь чужаков.
— Я дублирую свои слова мысленными сообщениями,— спокойно ответил Сергей, напряжённо соображая о причинах заставивших посланца фальконов вести себя таким загадочным образом.
— Значит это не сказка!— донесся до Сергея неконтролируемый всплеск эмоций Хены.
— Вы можете читать мои мысли?— спросила она вслух, с подозрением глядя на Сергея.
— В принципе могу,— согласился Сергей,— только никогда этого не делаю. Я считываю ваши мысли, которые затем вы произносите голосом.
Помолчав, Сергей добавил:
— Если вам неприятен подобный образ общения, я могу научить вас говорить на моем языке, а сам вы-учить ваш родной язык. Ведь язык сообщества Гаудахан не является для вас обще используемым.
— А это не займёт много времени?— спросила Хена, посмотрев на одну из женщин ища у неё поддержки.
В ответ женщина кивнула и слабо улыбнулась.
— Процесс обучения займёт несколько секунд,— ответил Сергей,— для этого вы должны положить свои ладони на мои.
— Брр,— мотнула головой Хена,— а другого способа нет?
— Есть,— согласился Сергей и добавил, посмотрев на женщин сидящих, на диване,— можно коснуться лбами, тогда процесс займёт ещё меньше времени.
Одна из женщин, очевидно прекрасно понимая Сергея, с трудом скрывала свой смех.
— Что ж,— вздохнула Хена, и протянула свои руки навстречу Сергею.
— Только не отдёргивайте руки,— предупредил Сергей.
— Постараюсь,— ответила Хена, от прикосновения чужака её трясло.
В следующее мгновение она почувствовала толчок в голову, словно кто—то подкрался сзади и угостил её подзатыльником. В глазах замельтешили разноцветные круги. Теряя сознание, она едва не свалилась с кресла, но руки чужака не дали ей упасть.
— Кто вы?— выдавила из себя Хена фразу на фальконском унике.
— Я вам это уже говорил,— напомнил Сергей, продолжая удерживать её руки.
Хена кивнула головой, вспоминая весь предыдущий разговор. К её удивлению чувство омерзения от прикосновения чужака сменилось чувством тепла и покоя исходящего от рук незнакомца. Ещё раз, тряхнув головой, Хена высвободила свои ладони.
— Я помню,— произнесла Хена, недоверчиво разглядывая свои руки,— я хотела спросить, насколько далеко находится ваша галактика.
— Ужас как,— усмехнулся Сергей, ему впервые приходилось общаться с подобными существами,— мне трудно назвать даже приблизительную цифру расстояния. Последняя наша остановка была в соседней галактике отстоящей от вас на расстоянии семидесяти семи миллионов парсеков.
Хена сглотнула подступившую к горлу слюну, не поверив словам Сергея.
— Знакомьтесь, это Стефа мой штурман, а в свободное время историк,— указала Она рукой на жен-щин,— и Кута, специалист по общетехническим вопросам.
Сергей кивнул женщинам и отметил про себя, что именно Стефа смеялась над переживаниями своего командира.
— По размерам вашего корабля не скажешь, что он способен преодолевать межгалактические рас-стояния за один бросок,— вступила в разговор Кута, недоверчиво сверля Сергея глазами.
— Я никогда не лгу,— неожиданно заявил Сергей, ответив на немой вопрос Куты.
— Для полёта в вашу галактику мы использовали транспортный канал,— добавил Сергей, улыбнувшись смущению на лице Куты.
Хена тем временем вслушивалась в доклад своей подчинённой отправленной на "Катран". При этом настроение её ухудшалось на глазах.
— С ваших слов я поняла, что ваша галактика находится гораздо дальше сотни мегапарсеков, и не понимаю причин заставивших вас потратить гигантское количество энергии для преодоления подобного рас-стояния,— Кута говорила, медленно, пытаясь подобрать слова таким образом, чтобы у чужака не возникло желания вновь обвинить её в недоверии.
— Не согласен с вашими догадками,— улыбнулся Сергей, поняв игру слов, затеянную Кутой,— не буду вдаваться в математическую модель, использованную при создании транспортного канала, скажу лишь одно, при перелёте нашего звездолёта из сообщества Гаудахан в сектор Доминанты не было затрачено и мегаватта энергии. Кстати, помимо других целей наш полёт на Гаудахан носил характер спасательной миссии. Ведь помощь попавшим в беду коллегам есть дело чести, и неважно, к какой именно цивилизации принадлежат исследователи Вселенной.
Во время своей пламенной речи Сергей заметил изменение на лицах всех трёх женщин, но не придал этому значения.
— Ты говоришь, сообщество Гаудахан существует в реальности?— спросила Стефа, от возбуждения она встала и прохаживалась по каюте, не замечая удивлённых взглядов остальных женщин.
— Конечно существует,— хмыкнул Сергей, и добавил,— я был в храме знаний и беседовал с верховной хранительницей. Не вижу здесь причин для вашего недоверия.
— Ага, скажи ещё что лично знаком с До,— Хена усмехнулась подобному вранью чужака и кивнув на картину висевшую за его спиной, на секунду замерла. Она поняла, почему лицо чужака показалось ей ужасно знакомым.
Сергей повернулся в указанном направлении. Несколько минут рассматривал прекрасный портрет Дольи, которую художник изобразил в необычном наряде.
Хена с интересом наблюдала за реакцией чужака. Когда он вновь повернулся к ней лицом, чужак смеялся, вытирая кулаком слёзы, выступившие на глазах.
— Уважаемый фалькон,— обратился Сергей к Хене, справившись с всплеском эмоций,— как я могу не знать свою супругу?
— Бред!— хором заявили все три фалькона,— так не бывает.
Вместо ответа Сергей мысленно обратился к Долье и попросил:
— Дорогая, тут клуб твоих фанатов просит тебя показаться на мониторе связи.
— Кончай шутить,— попросила Долья,— мы только что откачали после истерики нашу гостью. У меня силы на пределе.
— В чём там дело?— озабоченно спросил Сергей,— по виду капитана я понял, она очень волнуется.
— Не она, а он,— поправила Долья и добавила,— наша гостья беременна и скрыла это, от своего супруга коим является капитан Хена. А истерика получилась, как только она увидела меня, одно наложилось на другое и получилось то, что мы теперь имеем.
— Понятненько…— мысленно протянул Сергей и добавил,— появись, пожалуйста, на мониторе капитана, а то местные воины считают меня лгуном.
— Ладно,— Сергей почти услышал вздох Дольи и перевёл взгляд на Хену, смотревшую на монитор с выпученными глазами.
— Как вам уважаемый фалькон моя супруга?— стараясь спрятать усмешку, спросил Сергей.
— Этого не может быть,— в который раз за время беседы произнесла Хена.
— Кстати как звать мать вашего будущего ребёнка?— поинтересовался Сергей,— мне передали, что у неё всё в порядке.
— Лора,— Хена посмотрела на Сергея вопрошающим взглядом и добавила,— она мне не сказала, что ждёт ребёнка.
— Я знаю,— кивнул Сергей и посмотрел на Стефу,— я весь в вашей власти, и готов ответить на любые вопросы, даже самые безумные на ваш взгляд. Только оговорюсь сразу, не надо пытаться уличить меня во лжи. Ещё со времён жизни в сообществе Гаудахан у меня выработалось правило, я никогда не лгу друзьям, а считать вас врагами мне нет смысла.
— Значит ваши слова о сообществе Гаудахан правда,— задумчиво констатировала Стефа, глядя на Сергея,— но вы должны нас извинить, поверить что богиня До живой человек очень тяжело.
— Внешность обманчива,— усмехнулся Сергей и посмотрел на Стефу,— ведь вы трое тому живой пример…
— Это не ваше дело,— перебила Хена и метнула взгляд на Стефу готовую разразиться тирадой.
— Вы правы, мне нет никакого дела, до того как живут фальконы,— согласился Сергей,— я просто по-казал вам самим, что за внешним сходством с женскими особями людей, как впрочем, и веннийцев, между вами лежит гигантская пропасть различия. Конечно, я не видел веннийцев, но думаю, они не имеют большого отличия от людей.
Все три фалькона переглянулись, словно спрашивая друг друга, возможна ли дальнейшая беседа.
— Недавно в мёртвом рукаве нашей галактики веннийские учёные нашли искусственную планету,— заговорила Стефа, вернувшись на диван,— конечно конструкция была сильно повреждена от внешнего воздействия, но найденные материалы вызвали больше вопросов, чем дали ответов.
Мы фальконы всегда знали, что в древности в нашей галактике шла великая война, но даже у нас не было ясных ответов на один вопрос. Кто был врагом? Каюсь, нарушив несколько местных, законов наши исследователи посетили данную планету, но эта вылазка не добавила ясности в данный вопрос.
Стефа замолчала, встала с дивана, и, подойдя к столу за которым сидел Сергей, налила себе из графина стакан воды. Осушив стакан, она продолжила свой рассказ.
— После находки искусственной планеты нам стало известно существование сообщества Гаудахан, но из того, что уцелело невозможно определить, на чьей стороне было сообщество в той давней войне. Из—за своего внутреннего отличия мы фальконы всегда жили отдельно от веннийцев. Теперь они считают нас остатками того врага.
Сейчас мы находимся в состоянии войны с большинством из веннийских кланов. Но это не главное, нам самим хочется знать правду о своём прошлом.
Недавний визит фальконов из соседней галактики немного успокоил нас, но тем не менее вопросов осталось больше чем мы смогли получить ответов.
— Наверное, я слишком путано всё рассказала?— спросила Стефа после небольшого молчания,— в большей степени я воин, а уже потом учёный.
— Нет,— качнул головой Сергей,— мне всё понятно.
В очередной раз, всмотревшись внутренним зрением в тело Хены, Сергей хмыкнул.
— Могу вас успокоить, вы являлись союзниками ювеналов, так называли себя предки веннийцев,— произнёс Сергей,— если бы веннийцы видели того врага с которым воевали вместе с вашими и их предки, то никогда бы и не подумали о вас так плохо. Я не хочу рассказывать вашу историю, но не потому, что она мне неизвестна. Мне хочется, чтобы фальконы услышали свою историю из уст моей супруги.
Сергей замолчал и кивнул на портрет Дольи.
— Пап, у нас проблемы,— в рации раздался голос Нади,— тебе лучше как можно скорее вернуться на "Катран".
— Не томи, говори, что произошло,— попросил Сергей, нахмурив брови.
— Приближается флот из сотни звездолётов,— быстро заговорила Надя,— если они не изменят курс и скорость, будут здесь через три часа.
— Главное не паникуйте,— попросил Сергей,— я что—нибудь придумаю.
На немой вопрос Хены, посчитавшей, что беседа ведётся о Лоре, Сергей ответил:
— Мне сообщили, что сюда приближается флот из сотни звездолётов. Интересно кто они?
— Почему не сообщаете о приближении противника?— включив коммуникатор, спросила Хена,— заснули что ли?
— Никак нет,— прозвучал в ответ звонкий голос,— все системы поиска работают в нормальном режиме. Посторонних объектов не фиксируется.
— Сергей, ваши операторы не могут ошибиться?— спросила Хена, задумчиво глядя в монитор компьютера.
— Не должны,— ответил Сергей и мысленно попросил Надю передать картинку с монитора дальнего обнаружения.
Перед его закрытыми глазами возникло изображение походной колонны довольно крупных звездолётов. Встав из своего кресла, Сергей подошёл к штурману, недоверчиво за ним наблюдавшую, и дотронулся рукой до её головы. В первый момент Стефа попыталась убрать голову в сторону, но затем замерла на пару секунд и удивлённо посмотрела на Сергея.
— Хена, передай операторам дальней связи, что из сектора девять тысяч триста пятьдесят семь к нам приближается флот Локхидов,— не отрывая своих глаз от Сергея, произнесла Стефа.
— Это плохо…— выдохнула Хена, и, включив коммуникатор, передала связистам приказ объявлять планетарную тревогу.
— Говори,— Сергей переместился к столу капитана и вопросительно на неё посмотрел.
— Нам повезло, что ваши операторы засекли локхнидские звездолёты, обычно они успевают выйти на боевую позицию до того как становятся заметными на экранах наших радаров.
Хена вздохнула и прошептала:
— Видит До мы не хотели этой войны.
— Не вижу причины для столь плохого настроения,— усмехнулся Сергей,— ведь у нас море времени.
Хена посмотрела на Сергея и грустно улыбнулась.
— Локхниды выполняют волю совета веннийских миров, за ними сюда прилетят сотни звездолётов других кланов, всех нам не одолеть. Но эта война не ваша, ваш звездолёт успеет уйти в бросок, до того как здесь станет жарко.
— Ты совсем плохого мнения обо мне,— усмехнулся Сергей, и, пристально посмотрев на Хену, попросил,— уступи место.
Сергей уселся в освобождённое Хеной кресло и погрузился в работу. Хена лишь пожала плечами и уселась рядом со Стефой, поглядывая на таймер, висевший напротив дивана.
Сергей забыл, что находится на фальконском звездолёте. Команды что он отдавал одновременно на двух языках, сыпались как из рога изобилия. Но Хена заметила любопытную деталь, на команды Сергея откликалось более десятка голосов, хотя по логике вещей голосов должно быть только шесть. Выполняя команды Сергея, звездолёты перестроились в новую конфигурацию и начали непонятные манёвры.
— Мне нужно срочно отбыть на "Катран",— откинувшись на спинку кресла, заявил Сергей, посмотрев на Хену весёлым взглядом.
— Конечно, я тебя понимаю,— надежда на мирное решение, сменилась в глазах Хены угрюмой решимостью.
— Ха,— усмехнулся Сергей, вставая из кресла,— ничего ты не понимаешь. Пойдём, я по дороге тебе объясню дальнейшие наши действия.
 
11

Пять фальконских звездолётов в компании "Катрана" совершали в пространстве странные на первый взгляд маневры.
С приближавшихся кораблей локхнидского флота прекрасно было видно шесть мечущихся в пространстве звездолётов. Если пять из них однозначно идентифицировались как малые крейсера фальконов—храмовников, то шестой звездолёт не имел аналогов среди кораблей веннийских миров.
Адмирал Грон, наблюдая за передвижениями шести звездолётов, недоумевал. То что фальконы не пытаются отступить или построиться в оборонительную позицию, его не удивляло, ведь они не могли засечь флот на таком расстоянии, до адмирала не доходил смысл передвижений фальконских звездолётов.
— Станция слежения, мы уже можем вести перехват их переговоров?— включив коммуникатор, спросил адмирал.
— Так точно,— ответил голос связиста,— до кораблей храмовников осталось меньше часа полёта.
— Попытайтесь перехватить их сигналы,— адмирал щёлкнул тумблером, и его каюту заполнили звуки многочисленных помех.
Сквозь помехи слышались голоса, говорившие на фальконском унике. По тону разговоров, адмирал понял, что фальконы над кем—то смеются. И хотя он не понимал фальконского уника в полном объёме, но прекрасно уловил, что объект насмешек именно он. А слова, обозначающие гравитонные ловушки и минные поля, заставили его воскликнуть.
— Вот стервы!— в голосе адмирала раздражение смешалось с уважением.
— Всему флоту!— адмирал, не теряя времени, включил коммуникатор на командную частоту,— экстренное торможение. По данным радиоперехвата мы летим прямо в минное поле.
— Как они догадались о флоте? Неужели у них есть разведчики даже в нашем штабе? Почему не сообщают с поста контроля пространства об увиденных объектах? И что такое гравитонные ловушки?— откинувшись на спинку кресла, думал адмирал, задавая себе вопросы и не находя ответов.
Минут через десять прозвучал сигнал тревоги.
— Адмирал, мы зафиксировали минное поле,— доложили с поста контроля пространства,— они успели установить миллионы мин. Поле довольно плотное, в нём присутствуют не идентифицируемые объекты, излучающие сигналы в пакетном режиме.
На экране внешнего обзора перед адмиралом возникло изображение минного поля, представлявшего собой плотную полусферу.
— Увеличить скорость торможения и начать манёвр отклонения,— отдал команду адмирал.
Навалилась перегрузка, начали сигнализировать датчики пограничного состояния. Адмирал, веря в свой экипаж, рассматривал экран дальнего обзора, где отчётливо были видны точки фальконских звездолётов.
Неожиданно точек стало пять. Тотчас раздался шамкающий голос оператора:
— Шестая цель исчезла с экранов детекторов.
— Ушёл в бросок?— каждое слово давалось адмиралу с огромным трудом.
— Невозможно, слишком малая скорость,— выдавил из себя оператор.
Словно насмехаясь над Локхидами, погасли остальные пять точек.
— Бред, они нас не могли видеть,— подумал адмирал,— а если видели и заманивали в хитрую ловушку?
— Применить максимально допустимое торможение!— с большим трудом отдал команду адмирал,— мы обязаны завершить манёвр!
Перегрузка рвала разум в клочья. Чтобы не потерять сознание адмирал сжал руками подлокотники с такой силой, что побелели фаланги пальцев.
— Адмирал,— с трудом ворочая языком, докладывал оператор контроля пространства,— пять фальконских крейсеров зашли к нам в тыл.
— Боевая тревога!— отдал команду адмирал, сознавая, что флот проигрывает пяти фальконским крейсерам, способным нанести сокрушительный удар по практически беззащитным кораблям, уходящим от минного поля при четырёхкратной перегрузке.
— Адмирал, прямо над нами не идентифицированный звездолёт,— шёпотом доложил оператор,— с него идёт передача.
— Включите,— выдохнул адмирал.
— … лечь в дрейф для переговоров,— раздался женский голос на веннийском языке с фальконским акцентом,— мы не хотим вашей гибели. После завершения манёвра приказываю вам лечь в дрейф для переговоров. Капитуляции не требуется. После переговоров вы будете вольны поступать, так как вам хочется. Если вы принимаете наши условия, дайте ответ на моей частоте в течение тридцати секунд, иначе мы откроем огонь.
— Мы согласны,— произнёс адмирал, посмотрев на таймер, и отметил, что до завершения манёвра осталось ещё десять минут.
— Приказываю, после завершения манёвра выключить двигатели,— отдал приказ адмирал и перевёл свой взгляд на экран бортового обзора.
Переливающийся в сиреневом облаке защитных экранов, звездолёт поражал своей грозной красотой.
— Или капитан этого звездолёта полнейший идиот, или он прекрасно знает свой корабль, коль скоро держится так близко от враждебных крейсеров,— подумал адмирал, невольно залюбовавшись чужим звездолётом.
— Адмирал,— вновь заговорил оператор, перегрузка уменьшилась до двух же, и говорить стало легче,— с обоих флангов нашего флота, в точке окончания манёвра вышли в пространство четыре неопознанных звездолёта.
Оператор замолчал, переключая экраны на дальний обзор и считывая показания своих приборов.
— Это монстры!— воскликнул оператор,— они на четыре порядка больше чем чужак, висящий над нами.
— Адмирал,— подал голос оператор,— один из монстров недавно вёл жаркий бой.
На экране появился названный звездолёт. Адмирал даже с такого расстояния заметил свечение пусковых установок. По броне монстра, выглядя муравьями, суетились существа в скафандрах, очевидно убирая последствия предыдущего боя. Было заметно, как в открытый космос летел различный хлам.
— Интересно, кто враг чужаков?— подумал адмирал, разглядывая оружейные башни гигантского звездолёта ещё лиловые от гигантских температур битвы.
Едва, завершив манёвр, звездолёты локхнидского флота легли в дрейф, подал голос оператор систем связи.
— Адмирал, с чужого крейсера пошла передача,— сообщил оператор.
— Переведи сигнал на мой монитор,— попросил адмирал, переводя спинку кресла в вертикальное положение.
На мониторе появился мужчина с насмешливым выражением лица. Он молча ожидал ответного сигнала от Локхнидов.
— Я рад приветствовать адмирала Грона живым и невредимым,— заявил мужчина, вызвав у адмирала зависть по отношению к разведке фальконов.
— С кем я имею честь вести переговоры?— хриплым от последствий перегрузки голосом, спросил адмирал, внимательно изучая лицо мужчины с целью определения клана поддерживающего фальконов столь необычным способом.
— Сергей Кравцов президент федерации человеческих миров,— представился мужчина и слегка качнул головой.
— Чего вы хотите?— спросил адмирал, покосившись на вызов оператора контроля пространства.
Оператор докладывал, что со стороны Доминанты приближается неподдающийся подсчёту фальконский флот. Второй флот начал выходить из броска и выстраиваться в боевой порядок.
Насчёт второго флота, оператор, поколебавшись заявил, что согласно вектору курса флот не может принадлежать веннийским мирам и соответственно нет возможности его идентифицировать.
— Мне хочется ознакомить вас с документами древней войны,— заявил мужчина, озабоченно поглядывая на другой монитор.
Подумав, что озабоченность мужчины вызвали эти два флота, адмирал спросил:
— А фальконы нам не помешают?
— Нет,— мужчина отрицательно мотнул головой,— фальконы летят не по вашу голову. Меня беспокоит приближение флота со стороны веннийских миров.
Через три часа в пространстве образовалась довольно интересная конфигурация. Напротив друг друга дрейфовали три внушительных флота из тысяч боевых звездолётов. В центре расположились корабли Локхидов, с гигантскими линкорами по флангам. Несколько выше всего этого жуткого построения находился "Катран" с переговорщиками от веннийских миров и фальконских кланов.
Большой стол кают—компании земного звездолёта превратился в пограничную полосу, по одну сторону которой сидели командиры веннийских кланов, мужчины различного возраста, роста и веса. От розовощёких юнцов, впервые оказавшихся за подобным столом, до седоусых вояк, видевших гибель не одной сотни звездолётов.
С другой стороны стола сидели старшины фальконских кланов, в основном среднего возраста женщины, одетые в комбинезоны различных расцветок указывавших на принадлежность к тому или иному клану. Кроме них, особняком расположились женщины, имевшие все признаки фальконов, но одетые ещё более экстравагантно, на вкус веннийцев. Во главе стола сидел Сергей, справа от него находилась Долья, именно с её стороны расположились фальконы, а слева находилась Надя.
Если веннийцы вели себя как обычно, обвиняя своих противников во всех грехах, то фальконы молча смотрели на Долью, совсем не обращая внимания на голоса с другой половины стола.
Все смолкли, когда свет в кают—компании погас, а на одной из стен начали разворачиваться события древних лет, сопровождавшиеся скупыми комментариями на трёх языках. Фильм, смонтированный Надеждой из материалов с ювенальской базы, заставил всех присутствующих забыть о своих разногласиях на пару часов, что понадобились на его просмотр. Правда фильм не отвечал на вопрос о происхождении фальконов, но Надя это сделала сознательно. Главное в фильме было достаточно доказательств говоривших об участии фальконов в боевых действиях на стороне предков веннийцев.
— Кто может сказать, что это не подделка!— едва закончился фильм, подал голос новый глава тибурнских кланов Вазинар,— ведь прошло огромное количество лет.
— Я,— громко заявила Долья и встала со своего стула,— именно я помогала вашим предкам в той войне, а предки фальконов были экипажем моего звездолёта. Предки фальконов из соседней галактики бились вместе со мной плечо к плечу с вашими предками в последнем бою, когда тватры попытались захватить самое грозное оружие, которое мы имели.
— Столько долго люди не живут!— усмехнулся Вазинар и поперхнулся под гневными взглядами фальконов, вспомнив незавидную судьбу своего предшественника.
— Разве где—либо говорилось о моей принадлежности к людям?— спросила Долья и посмотрела на Вазинара, взглядом, от которого тот покрылся холодным потом.
— Я видел её статую в часовне До на торговой станции фальконов,— заговорил довольно старый мужчина с седой головой, но ещё прямой спиной. — Мой звездолёт потерпел аварию в секторе Ваалид и нас спасли фальконы из клана Бубо, доставив на свою торговую станцию.
Все присутствующие заметили, как на столе из воздуха начали появляться столовые приборы, блюда с яствами и графины с напитками. Было слышно, как хлопает воздух при появлении на столе очередного блюда с едой.
Фальконы отнеслись к подобному чуду по житейски просто, ведь это только доказывало правильность их верований. Веннийцы, закрутили головами, некоторые даже заглядывали под стол, в надежде отгадать тайну появления перед ними еды и напитков.
— Думаю, хватит спорить,— справившись со своим удивлением, произнесла Долья, поняв, что это чудо для неё творит Сергей,— я всё равно не допущу войны между бывшими союзниками, даже если мне придётся вас всех хорошенько проучить.
 
12

Система Корна. Планета Ланда.
Лесная тропа петляла между высоких деревьев, закрывавших своей листвой дневное светило. Могучие деревья давали не только тень, столь приятную в жаркие дни, но и служили богатой кладовой многим животным, как впрочем и людям.
По тропинке, проглядывающей в сумраке леса, шёл паренёк лет двенадцати. Смуглая кожа мальчика резко контрастировала с белыми волосами и светло—голубыми глазами. Мальчик озабоченно поглядывал по сторонам, стараясь не потерять тропу, порой терявшуюся в высокой траве и густом кустарнике. Выцветшие до белизны короткие штаны не скрывали колен, покрытых коростами от частых падений. Как и безрукавка не могла скрыть многочисленные царапины на руках. Правда царапины и ссадины мало донимали мальчишку. Гораздо больше его беспокоил рой мелких насекомых, следовавший за ним по пятам.
Одной рукой мальчик сжимал короткое копьё, а второй придерживал большую сумку, сшитую из грубой кожи арста. Ремень, на котором висела сумка, был велик. И, болтаясь при ходьбе, сумка, время от времени, ударялась о левое колено, сдирая коросты, и на их месте выступали капельки алой крови, на которую стремились сесть, преследующие мальчика насекомые. Если бы сторонний наблюдатель решил что мальчик боится лесной глуши, то он бы ошибся. Лес для племени Волчицы был другом, дававшим не только защиту от незваных гостей и обильную пищу, но и тепло в холодные ночи, когда сырые туманы скрывали окрестности в своей пелене.
Ветерок, так звали мальчика в племени, боялся цели своего путешествия. С каждой сотней метров его шаги невольно замедлялись и на большую поляну, где находился дом колдуна, мальчик вышел, едва переставляя ноги.
Он бы уже давно развернулся и убежал назад в деревню, но приказа матери рода, ослушаться не мог. Ведь даже сильные охотники, в одиночку ходившие на Монга и те с почтением выполняли любое поручение матери Волчицы.
Встав на краю поляны, ветерок рассматривал жилище колдуна. Ничего необычного он не замечал. Не было заметно черепов на кольях, о которых рассказывали старшие ребята. Других страшных колдовских атрибутов, Ветерок так же не заметил.
На взгорке перед ним стоял добротный дом, каких не мало в деревне, срубленный из вековых стволов ренда, отличавшегося необычайной прочностью и очень тяжело поддававшегося обработке. Маленькие окошки, затянутые пузырём Монга глядели на лес, а высокая каменная труба выпускала из себя полупрозрачный дымок. Возле дома был разбит небольшой огород, в котором росли, привычные для Ветерка растения.
От резкого стука дверью Ветерок вздрогнул и испуганно посмотрел на дом.
На крыльцо вышел мужчина в полотняной рубахе, достигавшей коленей и широких штанах.
— Проходи, не бойся,— приятным голосом позвал колдун.
Солнце, светившее в глаза, мешало Ветерку повнимательней рассмотреть говорившего. Он молча под-чинился и на подкашивающихся от страха ногах пошёл к дому.
Приблизившись к высокому крыльцу, Ветерок, наконец, смог рассмотреть колдуна.
Высокого роста, широкоплечий мужчина в свою очередь рассматривал Ветерка. Чёрные как глубокие колодцы глаза колдуна, казалось, проникают в самую глубь души.
Ветерок приободрился, увидев чёрную бороду колдуна и его заплетённые в косу волосы, что говорило о соблюдении заповедей Велимудра, древнего правителя всех лесов.
— Здравствуй посланец, с каким поручением тебя послала мать Волчица? — спросил колдун, заметив на открытой груди оберёг в виде фигурки волка.
— Мать Волчица велела передать тебе подарки и свиток,— Ветерок приблизился к колдуну и как очень хрупкую вещь передал сумку.
Колдун удивлённо повёл бровью, обычно мать Волчица посылала гонцов, передавая просьбы на словах.
— Проходи в избу, ты наверное проголодался и устал с дороги,— предложил колдун.
— Нет, я нисколько не устал,— качнув головой, соврал Ветерок. Какой мальчишка его возраста признался бы в усталости.
— Тем не менее, пошли,— колдун открыл дверь, приглашая войти,— ты поешь весеннего мёду, а я тем временем прочитаю письмо.
Страхи всплыли с новой силой, но отказаться Ветерок не мог, ведь не было худшего оскорбления хозяина, чем отказ от его угощения.
Сидя за столом, Ветерок с хорошим аппетитом ел вкуснейший мёд с мягкими пшеничными лепёшками.
Колдун, сидя на лавке возле окна, читал письмо матери Волчицы, написанное на коже дикого зайца, и время от времени хмурил свои густые брови.
— Да, беда,— выдохнул колдун, отложив письмо на стол,— за прошедшие двенадцать лет я начал думать, что Лезги уже не вернутся.
— Степной скороход сказал, что видел лишь один небесный корабль,— услышав колдуна, произнёс Ветерок, желая показать свою осведомлённость в этом вопросе.
— Увы малыш,— колдун грустно улыбнулся, посмотрев на Ветерка,— Лезги не летают по одному, как не ходят по степи одинокие торговцы.
— Я уже не малыш,— слегка обиделся Ветерок,— две зимы я самостоятельно ходил на охоту и не одного раза не вернулся без добычи.
— Извини, если я тебя обидел,— задумчиво произнёс Колдун,— но порой я сам понимаю, насколько мало имею знаний.
Ветерок замер с приоткрытым ртом, он не мог поверить, что такие слова произнёс всемогущий колдун, способный не только вызвать дождь, но и заставить пройти мимо разрушительный ураган.
— Разве вы не всемогущий ведун? — Ветерок не смог сдержать своего удивления.
— Одно не противоречит другому,— колдун вздохнул и продолжил,— в своё время наши предки сознательно отказались от многих знаний, предпочтя свободную жизнь среди лесов и степей, жизни в пыльных муравейниках, которые Лезги именуют городами.
— Я видел Город,— похвастался Ветерок,— он находится в месяце пути от Белоречья. Там плохое место, одни камни и ржавое железо.
— Ты видел развалины одного из городов Лезгов, они пытались приучить людей в них жить.
— Разве там можно жить? — с долей сомнения в голосе спросил Ветерок,— я бы там умер от скуки.
— Ладно, хватит разговоров,— усмехнулся колдун,— как наешься, можешь поспать. На полатях постелена мягкая шкура, а я займусь приготовлением настоев, заказанных матерью Волчицей. Завтра с рассветом отправимся в вашу деревню.
 
13

Деревня Волков встретила Яромираса настороженной тишиной, не часто ведуны подобной силы выходили к людям, чаще об их деяниях в селениях узнавали из уст знатоков или при общении с небесными братьями.
Понимая людей, Яромирас не обижался на кажущуюся неприветливость их взглядов, провожавших его вплоть до дома матери Волчицы. Что касается Ветерка, то он, привыкший к подобному отношению к себе, был удивлён и озадачен реакцией родичей на появление в деревне колдуна.
— Иди, погуляй,— Яромирас, остановился возле крыльца и слегка улыбнулся Ветерку,— нам с матерью Волчицей предстоит о многом поговорить.
Ветерок молча вздохнул, и, кивнув головой, отправился вдоль улицы к лесной реке, чтобы смыть с себя пот и липкую паутину, налипшую на лицо и волосы. Он чувствовал, что сегодня решается его будущее, а близких друзей, чтобы поделиться своими тревогами у него не было. В деревне его терпели, но не любили.
Проводив глазами худую фигурку мальчика и пожалев его, Яромирас постучал по косяку и открыл дверь.
— Здравствуй Милена,— приветствовал он мать Волчицу, поклонившись сначала красному углу дома, где находились статуэтки духов хранителей рода.
— И тебе доброго здоровья,— ответила седая женщина, выходя из дальней комнаты навстречу гостю,— уже лет двадцать никто не называл меня по имени, думала, нет тех, кто его помнит.
— Не прибедняйся,— Яромирас слегка улыбнулся, присаживаясь на скамью возле стола,— ведь мне то известно, что сама промышляешь охотой и глаз твой так же зорок как двадцать лет назад.
Яромирас наблюдал, как мать Волчица накрывает на стол.
Несмотря на преклонный возраст, мать Волчица по—прежнему была сильной и красивой. Загоревшее до черноты лицо, покрывшееся сетью морщинок, и обветренные руки с мозолями на пальцах, ясно говорили о времяпровождении Милены. Мать Волчица явно большую часть времени проводила в лесу, а не в доме как это делали люди её возраста.
— Не думала, что ты придешь сам,— заявила женщина, закончив накрывать на стол и присев на лавку напротив Яромираса,— иначе стол был бы гораздо богаче.
— Я никогда не отличался привередливостью к еде,— усмехнулся Яромирас,— мне, в свете послед-них событий, просто необходимо встретиться не только с лесными жителями, но и со степняками.
— Будет новая война с лезгами?— Милена нахмурила свои брови и внимательно посмотрела на собеседника.
— Нет,— Яромирас отрицательно качнул головой,— именно поэтому я не смог довериться гонцу. Кстати мне искренне жаль полукровку, что ты прислала, если ему не помочь, он может озлобиться на людей, а это плохо.
Милена тяжело вздохнула.
— Ветерок сын моей Лианы, она сразу отказалась от него, хорошо хоть добрые люди не дали ей со-вершить тяжкий грех и убить невинное дитя.
Милена, налила себе в глиняную кружку молока и отпила несколько глотков. Яромирас видел, как тяжело матери Волчице говорить на затронутую тему, но считал, что должен знать всё о мальчике.
— Лиана жила у степняков Белоречья, когда Лезги напали в прошлый раз,— Милена говорила медленно, каждое слово давалось ей с трудом,— они загнали в свой город не только жителей становища Скор-пионов, но и десяток более мелких родов. Один из Лезгов взял Лиану силой. Правда стоит заметить, он не дожил до восхода Корна, моя девочка самолично воткнула в его сердце разделочный нож и сумела бежать из города.
Милена вновь приложилась к своей кружке с молоком и добавила.
— Я не могу винить Лиану, но и Ветерка мне жалко, тем более что как полукровка он родился без небесного брата.
Замолчав, женщина посмотрела на Яромираса.
— Я попробую помочь, но мальчик должен находиться возле меня.
— Я буду рада, если Ветерок научится у тебя хоть чему—нибудь,— улыбнулась Милена,— сама я не смела предложить его в твои ученики.
— Незадолго до прихода Ветерка, я видел вещий сон,— сменил тему Яромирас,— новой войны с лезгами не будет…
— Ага,— перебила мать Волчица, грустно усмехнувшись,— лезги одумаются и сами покинут Ланду.
— Примерно так и будет,— уверенно заявил Яромирас,— только они одумаются не сами, а им поможет в этом великий чародей, познавший тайны жизни и смерти. Этот человек посетит Ланду в обозримом будущем и сможет сделать то, что не можем сделать мы. Он сможет доказать лезгам их неправоту и убедить их уйти с Ланды навсегда.
— Если бы это заявил кто другой,— грустно заметила Милена,— я бы ни за что не поверила. Твои же предсказания чаще всего сбываются.
Помолчав с минуту, она спросила:
— А что говорят небесные братья?
— Они в замешательстве,— Яромирас улыбнулся и отпил из своей кружки молока,— небесные братья тоже почувствовали нечто и говорят о трёх ведунах необычайной силы. Ещё они определили время и предупредили об опасности. Небесные братья напомнили мне о давнем договоре и сказали, что этот чародей чужд понятиям добра и зла в нашем понимании.
Разговор двух старых друзей был прерван шумом открывшейся двери. В проёме появился взволнованный мужчина с лицом и руками обильно залитыми кровью.
— Мать Волчица, извини если прервал твой отдых,— прямо от дверей заговорил мужчина,— на опушке леса мы напоролись на лезгов. Они серьёзно ранили Ванила. Мы сумели его принести в деревню, но он умирает.
— Веди меня к нему,— первым среагировал Яромирас, встав с лавки.
Мужчина попятился в двери не отрывая взгляда от ведуна.
Следуя за мужчиной по улице, Яромирас спросил:
— Сколько было лезгов, и почему они так далеко забрались от своих привычных мест?
— Лезги гнались на своих шумных летающих повозках за степняками и уже почти загнали их в болото возле пустоши Ягора. Нам удалось с помощью баллисты сбить одну повозку, но Ванил не успел достаточно далеко от неё отбежать и попал под удар из другой повозки.
Войдя в дом указанный проводником, Яромирас увидел мужчину рассеченного огненным лучом практически надвое, лежащим на ложе из, пропитавшихся его кровью шкур.
Яромирас сразу понял что мужчине осталось несколько минут жизни. Только помощь его небесного брата сохраняла жизнь в изувеченном теле, но сила небесного брата также таяла на глазах.
— Я умру? — шёпотом спросил мужчина.
— Да,— ответил Яромирас, даже он был бессилен помочь изувеченному охотнику,— но я могу спасти твоего небесного брата, если вы конечно не против.
— Я согласен,— выдохнул мужчина,— пусть хоть мой брат живёт.
Раненого начала скручивать судорога, на некоторое время он потерял сознание.
Заметив среди ватаги детей столпившихся недалеко от дома, в котором лежал раненый Ветерка, Яромирас подозвал его кивком головы. Не понимая чего от него хочет колдун, мальчик тем не менее подчинился.
— Посмотри на своего названного брата,— посоветовал Яромирас едва охотник пришёл в чувство.
Охотник посмотрел в глаза мальчику, изогнулся всем телом и закрыв глаза замер выдохнув последнее дыхание.
Ветерок, не понимая что с ним происходит упал на пол без сознания. Яромирас осторожно взял его на руки и вышел из дома, направившись к дому матери Волчицы.
 
Хочу, проды много, много, но согласен и на то,что есть :biggrin: Спасибо!
 
14

— Учитель, почему лезги настолько плохие? — по прошествии девяти лет Ветерок сильно изменился. Теперь это был не мальчик, а юноша. Высокий рост, могучие мышцы и острый ум, светящийся в глазах, делали его красивым, но найти себе спутницу среди волков или других лесных жителей он не мог. Слишком его облик был похож на облик врага. В данный момент он вернулся из дальнего похода в степи где наблюдал за лезгами, которые при встречах принимали его за своего разведчика.
— Они не плохие,— Яромирас улыбнулся лучам заходящего светила, пробивавшимся через густую листву деревьев,— лезги не хорошие и не плохие, они просто другие.
— Но ведь они так на нас похожи…— протянул Ветерок, ему уже приходила мысль похитить одну симпатичную женщину, чаще других лезгов попадавшуюся ему на пути из леса в город чужаков.
— Ну и что,— Яромирас вздохнул и посмотрел на своего ученика, словно прочитав его мысли,— иногда бывает трудно понять человека из своего племени. А здесь бездна. Бездна пустоты между нашими становищами. Как в подобной бесконечности найти крупицу понимания? Подобное под силу слишком не многим.
— Но ведь многие из лезгов даже не пытаются нас понять. Только единицы из них на свой страх и риск стараются подробнее изучить нашу жизнь. А их главари вновь начали насильно загонять степняков в свои каменные города.
— Они считают себя правыми, не видя за сходством людей и лезгов глубоких различий, прежде всего в выборе пути по которому следует идти.
— Мне кажется,— задумчиво произнёс Ветерок, вспомнив беседы с Эльгой, так звали лезску нравившуюся ему,— лезги слишком юны.
Несколько минут на крыльце дома Яромираса, где они сидели вдвоём, царило молчание. Яромирас с удивлением обдумывал свежую мысль своего ученика.
— Возможно, ты прав,— кивнув головой, произнёс Яромирас и посмотрел на Ветерка,— подобная мысль не приходила мне в голову. Наверное, я становлюсь старым и меньше способным к анализу.
— Учитель, почему ты сдерживаешь людей от войны с лезгами? — спросил Ветерок.
Желая войны как единственного способа выгнать лезгов, он боялся потерять из—за неё Эльгу.
— Насколько я знаю, в каждом роду достаточно сильных и ловких воинов, а наши ведуны сильны как никогда. Что нам мешает вновь выгнать лезгов?
— Ветерок, а ты подумал о тех воинах, что неминуемо останутся на поле боя? — вздохнув, спросил Яромирас, уже не раз за минувший год к нему приходили гонцы и только его авторитет предсказателя, сдерживал людей от большого похода на лезгов.
— Конечно, невзирая на потери, мы выгоним лезгов, как это было уже не раз, но пройдёт десяток лет и они вернутся вновь, чтобы учить нас тому, чему нам нет смысла учиться.
— Но договориться с ними невозможно,— выдохнул Ветерок, в очередной раз вспомнив Эльгу,— они не желают учить наш язык, считая его варварским, а объяснить на языке лезгов вредность их вмешательства бессмысленно, там просто нет таких слов.
— Я жду, жду и надеюсь,— Яромирас поднял свой взор к вечернему небу,— мне кажется, великий ведун уже близок и смотрит на меня своим разумом.
Светило уже спряталось за вершинами деревьев, но было ещё достаточно светло, чтобы увидеть даже Будру — звезду первой появлявшейся на небосклоне. Однако Яромирас ясно увидел яркую звёздочку там, где её не должно было быть. Перемещаясь по небосводу, звезда приближалась.
Ветерок, привлечённый молчанием Яромираса, поднял голову и так же замер, наблюдая за движением звезды. Ему показалось, что звезда неминуемо врежется в дом колдуна.
— Лезги? — шёпотом спросил Ветерок, не отрывая своего взгляда от звезды, увеличившейся в размерах и ставшей такой же большой как плод Гупара.
— Нет,— Яромирас отрицательно качнул головой,— небесные корабли лезгов гораздо больше и они никогда не садились близко к деревьям.
Яромирас легонько нажал на плечо Ветерку, готовому сорваться с крыльца, на котором они сидели.
— Ты правду считаешь, что это Он? — Ветерок перевёл свой взор на Яромираса.
— Да,— кивнул Яромирас,— я даже чувствую его приближение, как впрочем, и он чувствует нас с то-бой.
Яромирас говорил с убеждением правоты, но выражение его лица говорило об удивлении и беспокойстве. Тем временем небесный корабль совершенно бесшумно, не извергая пламени сел на поляну за до-мом Яромираса, сумев не потревожить грядки с овощами и целебными травами.
— Лезги так не могут,— выдохнул Ветерок.
— Это лишний раз подтверждает твою правоту о юности лезгов,— Яромирас улыбнулся, похлопал Ветерка по плечу и добавил, вставая на ноги,— пойдём встречать гостей.
Выйдя из—за угла дома, Яромирас и Ветерок увидели троих чужаков в странных доспехах. Яромирас от неожиданности остановился.
— На них скафандры,— прошептал Ветерок, использовав слово лезгов. Он не раз видел, как лезги забираются в подобные одежды, отправляясь работать под свои небесные корабли.
— Конечно,— согласился Яромирас,— я просто не подумал о том что они не могут дышать нашим воздухом.
Тем временем их заметили, не выказав при этом какого—либо опасения. Похоже, существа были чем—то очень заняты, и у них не было времени на разговоры. Яромирас, не спеша, приблизился к чужакам шагов на десять. Один из чужаков снял с себя верхнюю часть скафандра, несколько раз сделал глубокий вдох и выдох и что—то сказал своим спутникам.
— Трудна ли была дорога? — спросил Яромирас, особо не надеясь на понимание.
— Благодарю,— чужак кивнул головой в знак признательности,— дорога была длинной, но не бесконечной.
Яромирас тряхнул головой, он слышал чужую речь, но каким—то непонятным образом понимал каждое слово.
— Если вас не обидит мой кров, можете отдохнуть у меня и отведать что боги послали,— предложил Яромирас, обратив внимание, что двое оставшихся чужаков сняли верхние части своих доспехов и расправили волосы.
— Я и мои спутницы с огромным удовольствием принимаем твоё приглашение,— ответил чужак, и, повернувшись к женщинам, что—то сказал им.
Вновь Яромирас удивился, он слышал всё тот же язык, но не понимал ровным счётом ничего. Пока с полной уверенностью можно было сказать лишь одно. Чужаки не принадлежали к лезгам, язык которых Яромирас прекрасно знал. Повернувшись спиной к чужакам, Яромирас пошёл в дом, чувствуя поступь чужаков за своей спиной.
Войдя в дом, Яромирас про себя отметил, что мужчина и одна из женщин слегка поклонились домашнему божеству, словно делали это по-привычке. При этом Он услышал шёпот из их уст.
— Меня зовут Яромирас, а это мой ученик Ветерок,— представился Яромирас, дождавшись пока гости уселись на скамью.
Ветерок следом за Яромирасом заняли противоположную сторону стола.
— Меня зовут Сергей,— представился мужчина в свою очередь,— это моя дочь Надя и супруга Долья.
— Разделите с нами нашу скромную трапезу,— предложил Яромирас.
На чистом столе прямо из воздуха начали появляться различные блюда с едой и напитки в больших кружках. Яромирас старался, вспоминая самые изысканные угощения.
Чужак и его дочь без всяких эмоций наблюдали за появляющимися на столе предметами. Супруга чужака хоть и вздёрнула одну бровь бросив взгляд на своего мужа, но тоже не выказала того удивления которое ожидал увидеть Яромирас.
— Благодарю радушного хозяина за угощение,— чужак поднял свой взгляд к потолку, словно читал молитву.
Яромирас заметил тень удивления в его глазах, но чужак опустил своё лицо к столу, и, как ни в чём не бывало, принялся за еду.
После трапезы, прошедшей в полной тишине, и восхваления гостями хозяина, Яромирас спросил:
— Я не обижу гостей вопросом о мире, откуда вы прилетели?
— Конечно нет,— улыбнулся чужак,— наш мир состоит из множества планет и находится невообразимо далеко.
— И какова цель вашего путешествия? — поинтересовался Яромирас.
Чужак грустно улыбнулся:
— Мы просто хотели немного отдохнуть от суеты, посмотреть жизнь на других планетах, но нам постоянно что—либо мешает.
— Нам мешает твоё любопытство, помноженное на чувство справедливости,— усмехнулась дочь чужака.
Яромирас переглянулся с Ветерком.
— Значит это и есть великий колдун,— прошептал одними губами Ветерок,— а по внешности даже не подумаешь.
— Почему вы выбрали именно Ланду, ведь кругом много других звёзд? — поинтересовался Яромирас, проигнорировав шёпот Ветерка.
— Скорее всего, я поддался предчувствию, что именно здесь встречу достойных собеседников,— ответил чужак и добавил,— и как вижу, не ошибся.
— Что же такого есть у нас, чего нет в других мирах более развитых и сильных? — Яромирас был польщён ответом чужака, показавшего, что уважает своего собеседника.
— За долгие годы своей жизни я привык доверять своим предчувствиям и вы лишнее этому доказательство,— слегка улыбнулся чужак, и, отпив из своей кружки глоток морса, продолжил,— я давно пришёл к выводу, что не всегда можно полагаться на внешний вид, иногда видимая сторона обманчива, а невидимая скрывает громадный мир.
— Но как?.. — вырвалось у Яромираса, быстро справившись со своими эмоциями, он продолжил,— мне странно, вот уже более сотни лет мы пытаемся доказать это лезгам, а вы поняли и главное увидели нас в полном объёме всего за несколько минут.
— Мудрость приходит вместе со знанием и годами,— усмехнулся чужак,— корабли и города лезгов я видел с орбиты и мне они показались совершенно чужими на этой прекрасной планете.
Заметив, что Яромирас хочет что—то сказать, но не решается, чужак обратился к своим спутницам:
— Долья, Надя, покажите молодому человеку наш челнок, думаю, ему это будет гораздо интересней чем слушать нашу беседу.
Без каких—либо слов женщины встали из—за стола и пошли на выход.
— Но я…— возмутился Ветерок, желавший присутствовать при разговоре учителя с чужаком.
— Иди, иди,— улыбнувшись, перебил его Яромирас.
— Не спрашивайте меня, как я разглядел вашу истинную сущность,— заговорил чужак, едва за Ветер-ком закрылась дверь,— всё равно внятно это мне не объяснить, но поверьте мне, я впервые встречаю подобный симбиоз.
— Меня беспокоит совсем другое,— грустно улыбнулся Яромирас,— нам всем ужасно надоели лезги, но избавится от них мы не можем, очевидно, для этого потребуется длительная война.
Яромирас взял со стола глиняную кружку и не торопясь, выпил её содержимое.
— Они возомнили себя самыми умными и пытаются нас научить тому, чего нам знать совсем неинтересно,— отставив кружку в сторону, Яромирас с усмешкой посмотрел на чужака.
— Я понял,— рассмеялся в ответ чужак,— это выгладит так, как если бы вы попытались научить меня созданию материальных предметов из первозданного хаоса.
Яромирас кивнул головой такому точному сравнению, чужак, с каждой минутой общения нравился ему всё больше и больше.
 
15

Центральная база пятой экспедиции империи Стак на планете Корна.
— Кантор Барк, как вы объясните императору, что за сто лет мы так и не смогли колонизировать этот дикий мир?
В кабинете находящемся на вершине центральной башни базы находились двое мужчин. Они сидели возле невысокого столика, и пили вино.
— Господин посол, дикари предпочитают смерть своему обучению и дальнейшей работе на благо империи,— ответил кантор Барк, в последних словах кантора сквозил сарказм, но посол этого не заметил.
Весь вид этого высокого, худощавого мужчины с белыми волосами и загоревшим до черноты лицом, говорил о том, что кантор редко бывает в прохладе помещений. Портрет посла был полной противоположностью. Бледная до синевы кожа, тучное тело, несколько подбородков и маленькие, хитрые глаза, под копной русых волос.
— Скоро уже десять лет как ваша экспедиция находится на Корне, но каких—либо достижений нет. Вы кантор, не хуже меня знаете, как империи нужна военная база в этой звёздной системе, и, тем не менее, не спешите с началом строительства комплексов для производства горючего.
— Мы ведём геологоразведку, несмотря на радужные доклады первой экспедиции, мои разведчики до сих пор не нашли мало-мальски пригодных для разработки месторождений,— кантор отпил из своего бокала глоток прохладного вина и продолжил,— Четыре экспедиции не смогли найти общего языка с аборигенами, что значительно усложняет поиск нужных нам руд. Более того, все они закончили свои миссии провалом, только треть из состава этих экспедиций смогли добраться до ближайшей имперской базы в системе Фокундуса.
— Значит аборигены не столь дикие, раз четырежды смогли победить хорошо вооруженных солдат,— резонно заметил посол, и, отпив вина из бокала, вопросительно посмотрел на кантора.
— Я согласен с вами,— кантор про себя отметил разумность посла, что стало редкостью, в послед-нее время, для окружения императора,— меня беспокоит их внешнее спокойствие.
Кантор Барк взял графин и долил вина в свой бокал.
— Нет, мне уже хватит,— отрицательно качнул головой посол, в ответ на жест кантора,— местное вино слишком крепкое для моего здоровья.
— Сравнивая поведение аборигенов с записями предшественников, можно прийти к выводу — они готовятся к битве,— продолжил кантор.
— А что говорят разведчики? — поинтересовался посол.
— Информация, что поступает ко мне, очень напоминает записи кантора Лега перед тем как аборигены решились на открытую войну с четвёртой экспедицией. Только на этот раз нас может ждать что-то похуже простой войны, когда аборигены побеждали нас своей численностью.
— Что вас заставляет так думать,— посол опасливо посмотрел в открытое окно, словно стрела местного охотника могла преодолеть защитное поле установленное вокруг базы и достичь этого помещения.
— Они с самого первого дня стараются не показываться нам на глаза, даже их торговцы не пытаются вести торговли, как это было с предыдущими экспедициями,— кантор Барк постарался скрыть свою улыбку от посла, представив, как он бы себя вёл, узнай, что их защита совершенно бесполезна против местных стрел.
— Вы не пытались расспросить кого-либо из дикарей? — посол даже не пытался скрыть своей озабоченности.
— Пытались, но без особых результатов,— кантор не смог скрыть своего раздражения,— вы же лучше меня знаете, что учить язык аборигенов запрещает имперское колониальное право, а разговаривать на нашем языке они на подобные темы не желают.
— Не я придумываю законы,— усмехнулся посол, и, спросил,— Беседовать с вождями аборигенов пробовали?
— Их вожди, не вдаваясь в детали, твердят, чтобы мы уходили с планеты,— заявил кантор,— а один, я не понял его ранг, осмелился угрожать нам гневом богов.
В ответ на последние слова посол громко рассмеялся.
— В богов я не верю, но не смотрел бы так просто на подобные слова,— серьёзным тоном заметил кантор, заставив своими словами посла замолчать,— здесь иногда случаются вещи, объяснить которые наша наука не может.
— Да бросьте вы,— посол перестал улыбаться, и, вопреки своим словам, посмотрел по сторонам,— кто серьёзно поверит в подобную чушь?
Разговор прервал громкий стук в дверь, заставивший посла вздрогнуть.
— Войдите,— повысив голос, кантор Барк своей ладонью прикрыл рот, чтобы скрыть улыбку.
В открытую дверь вошёл дежурный офицер. Отдав салют, он доложил:
— Кантор Барк, наши станции слежения зафиксировали посадку неопознанного объекта.
Кантор подался вперёд, и встал, направившись к большой карте, висевшей на стене кабинета.
— Где они совершили посадку? — знаком подозвав офицера к себе, спросил кантор.
— Луч перестал их фиксировать в сто сороковом квадрате,— чётко ответил офицер.
— Такс…— задумчиво протянул кантор, рассматривая указанный квадрат,— интересно, кого при-несло в волчий лес? И главное, где они смогли найти там площадку?
— Пошлите туда группу захвата,— посол повысил свой голос, в котором сквозило раздражение,— я так и знал, ренегаты тоже не оставили эту планету без своего внимания.
— Утром пошлёте в квадрат поиска десять вихрелётов,— оторвавшись от карты, произнёс кантор, оставив без внимания слова посла.
— Почему только утром? — посол не скрывал своего недовольства командой кантора.
— Не хочу потерять своих людей,— сморщившись как от зубной боли, произнёс кантор,— ночью поиски результата не дадут, а потери будут наверняка, в волчьем лесу обитает племя способное поражать наши вихрелёты, надо признать весьма успешно.
Подойдя к окну, за которым уже началась ночь, кантор подпёр свой подбородок ладонью и поинтересовался у офицера, не спешившего покидать его кабинет без приказа.
— Вы смогли идентифицировать, кому принадлежит звездолёт?
— Исходя из размера, мы пришли к выводу, что данный объект не может принадлежать ни республиканцам, ни ренегатам,— ответил офицер, и пояснил в ответ на вопросительный взгляд посла,— слишком маленький размер.
— А если это челнок? — посол не мог поверить, что планетой мог заинтересоваться кто-либо кроме врагов империи.
— Наши спутники не зафиксировали присутствия в ближайшем космосе звездолёта, кроме того, на котором прибыли вы,— ответил офицер,— однако вчера вечером на станции контроля пространства приняли эхо сигнал, странной конфигурации.
— Почему не было доклада? — кантор примерно представлял ответ офицера, и задал этот вопрос больше для посла, чем для себя.
— Эхо сигнал был такой формы, что его мог создать выход из броска звездолёта сравнимого величиной с этой планетой, но детекторы не зафиксировали вторичной гравитационной волны, и оператор ре-шил, что барахлит сама станция.
— Вот видите, господин посол, с какой техникой нам приходится работать,— вздохнул кантор и кивком головы показал офицеру, что он может идти,— эту станцию установила ещё первая экспедиция, и с тех пор её никто не ремонтировал.
 
Для ответа нужно войти/зарегистрироваться
Назад
Верх Низ