Попал - не пропал.

  • Автор темы Автор темы Rinat-106
  • Дата начала Дата начала
Глава 30.

​

Как там у классика – будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса? Так вот, будь проклят тот день, когда я ткнул пальцем в эту Систему и решил, что просто обязан её посетить, а потом решил, что мне позарез надо попасть в центр Туманности!

Ну вот, добрался я до этого центра и что!? Ладно, до самого центра пока не добрался, но пара сот километров явно не в счёт, тем более что этот самый центр я отчётливо вижу и на сканерах, и на гравиметрах, и, даже, с помощью самых обыкновенных оптических камер и датчиков, а если выберусь на обшивку корабля, то, скорее всего и своими глазами увижу, ибо такую «дуру» не увидеть сложно. Ладно, штука эта, конечно, здоровая, но видели мы и побольше, а тут «всего-то» диаметр километров семьдесят, да и диаметр тот достаточно условный, ибо с шаром эта штуковина ничего общего, на первый взгляд, не имеет, просто она почти идеально впишется в шар именно такого диаметра. И всё бы ничего, но выглядит эта штуковина как… как нечто… нечто нечеловеческое, неправильное, то, чего быть здесь никак не должно. Я видел многое, видел огромные станции, базы и орбитальные крепости, видел станции, возникшие стихийно, в основе которых могло находиться вс что угодно, начиная с огромных колонизационных судов и заканчивая парой-тройкой складских модулей. В результате конструкции получались просто фантасмагорические, но всё равно можно было с уверенностью заявить, что построили их люди, ну, или существа которых можно назвать людьми, это я о всяких там аграфах, дварфах, орках и прочих гуманоидах. Эту же конструкцию создал какой-то извращённый Разум! Нет, если смотреть издалека и со стороны, то, вроде бы, всё нормально и каждому архитектурному решению можно найти вполне приемлемое объяснение и даже функциональную обоснованность, но… это если смотреть в целом и не присматриваться к деталям. В близи же это сооружение напоминает помесь морского ежа с осьминогом и при этом не вызывает чувства естественности его происхождения – сооружение, однозначно, искусственное и при всём при этом оно вызывает ощущение чего-то живого, но, как будто бы, спящего… в общем, ЭТО вызывает очень сложный коктейль чувств и эмоций.

Ладно, попробую описать, что именно я вижу. Представьте себе огромный светло-серый шар, примерно десятикилометрового диаметра, по которому, время от времени, пробегают цветные сполохи, на который словно бы накинули сеть из широких, чёрных с серебром, лент и из каждого пересечения этих лент вырастает этакое подобие длинной усечённой пирамиды с преобладанием тёмно-красного, но с вплетением всех цветов радуги цвета, да ещё и закрученной вокруг своей оси как рог единорога и кривой, точнее изогнутой. У каждой такой пирамиды разная высота, где-то она достигает и тридцати километров, а где-то не превышает и пяти-шести и всё это находится в постоянном движении – шар как будто дышит, то втягивая в себя часть пирамид, то медленно выдавливает их из себя, а сами пирамиды шевелятся, словно змеи, но при этом не переплетаются и вроде как отталкиваются друг от друга как одноимённые полюса магнитов. Зрелище, скажу я вам, сюрреалистическое, а ещё… странное чувство узнавания, словно бы я уже видел нечто подобное, не точь-в-точь, а именно подобное, но, хоть убей, не вспомню где и когда.

Трое суток я проторчал в паре сот километров от этой штуковины и вроде всё было нормально. Опытным путём установил безопасную границу вокруг этого сооружения, где мои зонды нормально функционируют и не подвергаются немедленной атаке этой энергетически заряженной пыли. И даже смог взять образцы этой самой пыли, которая оказалась очень агрессивной. Я бы сказал, что это и не пыль вовсе, а самые обыкновенные наниты, но, во-первых, ни один нанит не в состоянии выдержать такой заряд энергии, он просто должен испариться, а во-вторых, слишком уж эти частицы «неправильно» для нанитов себя ведут. В общем, это что-то совсем иное, а вот что именно я так понять и не смог.

А на третью ночь я проснулся весь в поту и с раскалывающейся головой. Было такое ощущение, что кто-то пытался залезть ко мне в голову и не фигурально, а физически и перемешал там всё что можно и нельзя. Намёки, даже такие грубые, я прекрасно понимаю и не дожидаясь утра начал просчитывать маршрут куда подальше от этой Системы, но, стоило мне только попытаться ввести координаты первого промежуточного прыжка, я понял, что не чувствую привычного отклика от навигационного ИскИна. Попытался поручить главному корабельному ИскИну протестировать навигационный и тут ноль реакции. Такое впечатление, что ИскИны меня, точнее мою нейросеть, не видят и не слышат. Ещё несколько часов я убил на бесплодные попытки связаться хоть с каким-нибудь из многочисленных ИскИнов корабля, но безрезультатно. И это при том, что сам я с нейросетью прекрасно общаюсь, все мои запросы она принимает и обрабатывает. Подумал, что вышел из строя модуль подключения к стороннему оборудованию, извлёк их хранилища парочку технических дроидов… минут пять-шесть всё было в норме, ИскИны дроидов отзывались, команды принимали и отрабатывали, а потом, внезапно, отправили меня в игнор и повторилась та же ситуация, что и со всеми остальными ИскИнами на корабле. Была мысль достать полевой медкомплекс идзуми и протестировать нейросеть, но вовремя одумался – не хватало ещё только и с его ИскИном потерять связь и застрять в его капсуле. Да и не в нейросети тут дело, как я понимаю. Это кто-то или что-то как-то воздействует на ИскИны, отсекая мой с ними канал связи. Центр я отмёл почти сразу, он бы просто уничтожил меня, если бы получил доступ к моим ИскИнам, а не играл бы со мной в кошки-мышки. Остаётся один вариант – то самое странное сооружение.

С этой ночи и начались мои мучения. Скажу честно, я начал, потихоньку, превращаться в параноика – мало того, что я практически перестал спать, потому как каждый раз, когда я пытался поспать в мою голову кто-то начинал долбиться, так я ещё начал бояться собственных дроидов. Хорошо ещё, что пищевые синтезаторы можно использовать в ручном режиме, да и в хранилище у меня запасы приличные. В общем, я постепенно начал сходить с ума, мне уже начали мерещиться какие-то голоса и я уже давно потерял счёт времени, но и жить в таком режиме тоже невозможно, поэтому в один прекрасный день я просто отключился, прямо сидя за столом в своей каюте, нет, это был не сон, а какой-то транс. И вот тут-то, мерещащиеся голоса стали явью, а я ничего не мог сделать, даже просто пошевелиться. Сначала это были просто какие-то шорохи, сквозь которые пробивались тихие звуки, затем шорохи начали трансформироваться в чуть слышный шёпот. Шёпот становился всё громче и громче, пока не превратился в голос, который зазвучал набатом у меня в голове, но я не понимал не слова, а голос всё повторял и повторял одно и тоже, а потом… потом я, кажется, потерял сознание, только и успел понять, что опять застрекотала аптечка.

Сколько я так провалялся, я не знаю, а лезть в логи нейросети не было ни сил, ни желания, тем более что очнулся я ни в чуть не лучшем состоянии чем был. Всё так же раскалывалась голова, а тело… тело словно бы пропустили через мясорубку. Стало ясно, что и дальше всё продолжаться не может, я просто отброшу коньки. Сбежать из этой Системы я не могу, и дальше сопротивляться, скорее всего, ментальному воздействию, тоже и вообще, что-то часто стала подводить меня моя ментальная защита, то Браун ко мне в голову залез, теперь вот эта чертовщина… Что остаётся делать? Ну, не знаю, я выбрал путь «не сопротивления злу насилием», всё равно итог будет один, так почему бы не расслабиться и не получить удовольствие… или… или попытаться дать бой… в последний раз. Зайдя в интерфейс аптечки, я попытался вкатить себе дозу снотворного, но аптечка на мои телодвижения никак не отреагировала, на что я только горько усмехнулся – обложили, демоны, ну что же, легко не получилось, пойдём по сложному пути. Заняв удобное положение, я постарался провалиться в транс и настроиться на этот Голос, что столько времени не даёт мне покоя. К моему несказанному удивлению, у меня это получилось легко и свободно, я имею ввиду погрузиться в транс, а вот с Голосом так сразу не вышло. Похоже, что одного моего желания для этого мало, а вот голова разболелась ещё сильнее, хотя, кажется куда сильнее-то. Опять эти шорохи, постепенно переходящие в невнятный шёпот, потом какое-то бормотание, а потом… потом опять громоподобный голос прямо у меня в голове. И вот тут-то я уже окончательно сломался.

- Да не ори ты так! Я всё равно тебя не понимаю! – и… о чудо! Голос стал заметно, очень сильно заметно, тише, ну, прям как будто просто рядом кто-то очень громко разговаривает и я понял, что он мне всё это время талдычит!

- Разумный, помоги!

- Помочь меня добить?

- Помоги… мне… - голос стал ещё тише и уже говорил, а не орал.

- А ты кто, собственно такой?

- Я - Алларанг… Дака…

- Алларанг… это твоё имя? Самоназвание расы? Назначение? Ну, типа чайник там, или утюг? Или половая принадлежность? А Дака?

- Алларанг – это ИМЯ, данное мне Истинными! Дака – это моё предназначение!

- Истинные? А это кто? И что за предназначение?

- Истинные – это те, кто наблюдают, охраняют, защищают, оберегают, учат и наставляют всех разумных. – немного пафосно, но явно растерянно сообщил мне голос.

- Ага, понятно, что ничего не понятно. – странно, но как только мы установили с голосом контакт, голова болеть, ну вот абсолютно, перестала, а у меня зародилась мысль, что я ещё немного поживу. - Давай ка поподробней, чем я могу тебе помочь и, самое главное, зачем мне это надо? – не знаю, но мне кажется, что этот, в сущности, простой вопрос, заставил моего собеседника немного подзависнуть, такое впечатление, что я спрашиваю у него общеизвестные истины. Наверное, именно поэтому голос замолчал и надолго, минут десять молчал, не меньше, а потом начал рассказывать…

- Давно, очень давно, эоны и эоны циклов назад, мы были слабы и глупы… Практически бессмертные существа, домом для которых служил бескрайний Космос, а пищей энергия Звёзд, но мы не ведали о своём предназначении, не знали Добра и Зла и были, в неведенье своём, словно малые дети. Да ими мы, по сути, и были… А потом пришёл Враг и начал на нас охотиться и всё ради энергии наших Ядер. И опять это длилось эоны циклов, пока не пришли Истинные, это они дали нам Цель и Имя, научили как бороться с Врагом и побеждать, как наблюдать и защищать.

- Что за Враг? – перебил я рассказчика.

- Нгуен-До… они почти такие как мы, но они старше и сильнее… именно поэтому мы стали верными друзьями-сподвижниками с Истинными, только вместе мы могли побеждать Нгуен-До. Одного из Нгуен-До ты сейчас видишь…

- Ты сказал, что они почти такие как вы… ты имеешь в виду, что вы похожи внешне?

- Что? Внешне? Нет, то, что ты видишь, это всего лишь оболочка, форма… Нгуен-До могут принимать любую форму, мы же выбрали для себя форму, наиболее удобную для наших друзей – Истинных. Говоря, что они почти такие же как и мы, я имел в виду, что они тоже почти бессмертны, тоже живут в Великой Пустоте, тоже могут легко по ней перемещаться и тоже, как и мы, могут переходить из одной Вселенной в другую, проходя через межмировой барьер.

- Значит, ты пришёл сюда из другой Вселенной, из другой Реальности?

- Да… в погоне за Нгуен-До, но он обманул и меня, и Истинного, устроил засаду, захватил нас… Истинный умер сто сорок тысяч циклов назад, его Ядро больше не могло сопротивляться разрушительному воздействию Нгуен-До, поэтому он отдал мне остатки энергии своего Ядра, а я… с тех пор я только пытаюсь выжить и даже не помышляю о ответном ударе – у меня просто не хватит энергии. Но теперь у меня появился шанс отомстить Нгуен-До и за смерть Истинного, и за все эти тысячи циклов моих мучений…

- Я так понимаю, что этот шанс – я? Ты думаешь, что вооружение моего корабля сможет причинить вред этой громадине?

- Даже десятки тысяч таких кораблей как у тебя не смогут навредить ни Нгуен-До, ни кому-либо из Даки. Но это можешь сделать ты.

- И каким же образом? Защекотав этого твоего Нгуен-До до смерти?

- Нет, дав мне шанс на перерождение и тем самым на уничтожение пленившего меня Нгуен-До.

- Ладно, давай рассказывай, что ты там задумал и каким тут боком я.

- Когда Истинный умирал, он силой своего разрушающегося Ядра смог забросить за пределы этой Системы автономный мобильный модуль от исследовательского комплекса. Перед модулем стояла только одна задача – поиск разумного, геном которого соответствовал бы эталону минимального допуска. За тысячи циклов ты первый, кто подошёл под этот критерий и, главное, смог добраться сюда.

- Ага, значит тот артефакт и был этим самым модулем, а что за пластину он оставил вместо себя?

- Эта частичка Истинного, его генный Ключ, с его помощью ты сможешь запустить ритуал перерождения. Сам я этого сделать не могу, нужен помощник… проводник… разумный с частичкой крови Истинных. Я вырвусь на свободу, а Нгуен-До будет уничтожен и уже никогда не сможет угрожать этой Вселенной.

- Так, ясно, враг будет повержен, хороший парень вырвется на свободу, а… что будет со мной? – мне кажется, или голос чуток смутился.

- С тобой… с тобой тоже всё будет хорошо, но… при перерождении одномоментно высвободится вся накопленная моим Ядром, за сотни тысяч циклов, энергия… она уничтожит всё на многие парсеки вокруг, в том числе и Нгуен-До, при разрушении его Ядра высвободится ещё больше энергии и… скорее всего межмировая граница окажется прорвана, образуется портал… я смогу тебя защитить, но не смогу удержать в этой Вселенной и я не знаю, куда приведёт тебя этот портал, может вообще на другой План Бытия, а может быть просто на другой конец этой Вселенной.

- Оказывается совсем не сложно сказать, что ты больше не Искатель и заявить о своём уходе из Гильдии, вот только далеко не факт, даже если тебя вполне официально отпустили, что после этого ты перестаёшь быть Искателем, которому суждено вечное странствие меж Мирами в поисках… неизвестно чего. Ну… по крайней мере я, так или иначе, окончательно вырвусь из-под опеки Хранителя и, разве, совсем недавно не я рассуждал куда бы мне исчезнуть и как можно дальше. Ладно, что нужно делать? И это… верни мне доступ к моим ИскИнам! И ещё один вопрос, а где мне тебя искать?

- Но… ты же видишь меня!

- Ты сказал, что я вижу этого твоего Нгуен-До, а тебя я не вижу. Если ты, конечно, не являешься частью всей этой конструкции.

- Я понял. И ты прав, именно частью, как ты сказал, всей этой конструкции, я и являюсь, по крайней мере, всё выглядит именно так. А если быть совсем точным, то я её центральная часть.

- Вот этот вот гигантский шар?!

- Не видел ты по-настоящему могучих Даки, по сравнению с ними я так… песчинка.

- Да что ты вообще такое есть?!

- Ну, если говорить твоим языком и свести всё до примитива, то, в настоящее время, я – живой космический и межмировой корабль. Таким меня вырастили и таким я буду пока не уйду на перерождение.

- ты правда веришь во всё это, ну в перерождение и прочее?

- Почему верю? Я знаю что так и будет. Эту форму я, конечно, потеряю, но Ядро уцелеет и я снова начну формировать и строить новую форму, с учётом всех допущенных ошибок, ведь память у меня сохранится. Если брать по большому счёту, то я – это Ядро, а всё что вокруг, ну… как для тебя одежда и при необходимости её можно сменить. Не так быстро, конечно, как делаешь ты. Но что такое пара-тройка тысяч циклов, если впереди бесконечность?

- Ага, я уже понял, по сути ты бессмертный, если Ядро не разрушено. А что оно есть, это Ядро-то?

- Ядро – это Я. Я – это Ядро. Ответить как-то иначе на твой вопрос я не могу… ты просто не поймёшь – очень сложно объяснить разумному, привыкшему жить в трёхмерной Вселенной, законы и правила восьмимерности. И вот здесь, кстати, возникает ещё одна проблема… портал, возникающий при гибели восьмимерного существа, коим является Нгуен-До… это не просто портал соединяющий две точки пространства или два разных пространства, это портал, проходящий через пространства с разной метрикой… и я не знаю, как поведут себя, в таких условиях, твои артефакты, как технологические, так и магические. Тебя я смогу прикрыть пси защитой, а вот твоё имущество… Понимаешь, чтобы защита была действенной, она должна взаимодействовать с энергетикой защищаемого объекта, а какая энергетика у твоих артефактов, они же не живые.

- То есть, при переходе я всё потеряю?

- Не факт, но вероятность этого очень высока и чем более массивный объект, тем выше вероятность его повреждения и даже разрушения.

- Значит мне придётся бросить всё, что я накопил за многие годы?

- Это тебе решать, но корабль я бы брать ни в коем случае не стал. Представляешь, что может произойти, если он разрушится во время перехода, да ещё и находясь в твоём хранилище?

- Ты и о хранилище знаешь?!

- Я всё о тебе знаю. А если и не всё, то очень многое.

- ладно, рейдер не так и жалко, при необходимости и наличии ресурсов могу построить новый и не один, а вот кораблик жалко, очень.

- Да, наличие нанофабрик это огромный плюс в твоём положении.

- ну, я так понимаю, что вариантов у меня и нет. Ты ведь не отпустишь меня, если я откажусь.

- Извини, но безопасность целой Вселенной куда более важна, чем твоё имущество, пусть даже и очень дорогое, хотя только и на твой взгляд. Без помощи я смогу продержаться ещё около тысячи циклов, потом Нгуен-До всё же прорвёт защиту моего Ядра, поглотит его энергию и обретёт полную свободу действий. Сейчас ведь не только он меня удерживает, но и я его.

- Ага, как в анекдоте, получается, медведя поймал, а притащить его никак, потому что он не пускает. Ладно, что мне делать?

- для начала, оставь в своём хранилище всё самое ценное и небольшое, на всякий случай запас продуктов и питья, несколько комплектов одежды. Корабли, повторяю, придётся оставить, но можешь не беспокоиться, местным разумным они не достанутся, даже местная Звезда превратиться в облако пыли, которая, в свою очередь, тоже сгорит. Затем тебе надо будет добраться, как ты говоришь, до борта корабля, проход я тебе обеспечу.

- А этот твой Нгуен-До меня пропустит?

- А ты много обращаешь внимания на снующих под носом микробов? Вот и ты для него что тот микроб, он тебя даже и не заметит, главное не пытайся подключаться к энергетическим потокам, вот на «кражу» энергии он отреагирует, если и не молниеносно, но очень быстро.

- Понял, изображаю из себя мертвый камень. А на технологические источники энергии он реагирует?

- Нет, только на изначальные, или как ты привык говорить – магические. Может заинтересоваться источником пси энергии, но на твой внимания не обратит, слишком уж он слаб.

- Вообще-то, я считаюсь одним из сильнейших псионов. – немного обидевшись заметил я.

- Да, для разумных твоего Пояса Мироздания ты – один из сильнейших, но в других Поясах есть существа, псионический Дар которых по сравнению с твоим, подобен Звезде на фоне свечи. Не обижайся, но это факт. Зато, со временем, ты можешь вырасти в одного из самых могущественных магов всех Поясов Мироздания. Так что, учись, развивайся, в каждом из Миров есть что-то, чего ты не знаешь. Вспомни, хотя бы, Ирий, сколько там магов, вполне сравнимых с тобой сегодняшним по силам. У тебя перед ними есть неоспоримый козырь – ты не ограничен в своём развитии, твои, как ты говоришь, Источники-преобразователи, тоже развиваются вместе с тобой, растут, зарождаются новые и когда-нибудь они сольются в один, а ты перешагнёшь на следующую ступень развития. Поверь, я знаю… Истинные шли именно по этому пути развития и в итоге даже восьмимерное пространство стало для них вполне привычным и обычным.

- Ты хочешь сказать, что эти твои Истинные когда-то были людьми?!

- Ну, на счёт того, что они все были именно людьми, утверждать не стану, хотя и человеческие расы среди них были, но что все энергеты – факт.

- Так вот куда все энергеты делись, оставив после себя только мифы и легенды! Ладно, хватит пустых разговоров. Нечего время тянуть. Как буду готов, я тебе сообщу, ты же всё равно постоянно меня слышишь?

- Да, после того как я настроился на твое ментальное поле я тебя услышу, где бы ты ни был… в пределах Галактики.
 
Эпилог.

​

Голос из моей головы ушёл, а вот осадочек, как говорится, остался. И бесит меня не то, что он в моей голове чувствует себя как дома и не то, что он прекрасно знает, а может быть даже и видит, что у меня в хранилище, в конце концов, не он первый и, скорее всего, не он последний, Хранитель тоже, кажется, не особо заморачивался «тайной мысли» или «неприкосновенностью частной собственности». Бесит меня, что никто даже и не подумал спрашивать моего согласия, просто привели, как телёнка на верёвочке на убой и всё тут, безопасность Вселенной, видите-ли, важнее переживаний и даже жизни какого-то там разумного! И ведь даже базу под это подвёл, ты, мол, единственный и неповторимый, почти как Истинный, а значит должен и обязан, я, мол, тысячи и тысячи лет со злом борюсь, а ты помочь просто обязан. А если это этот Алларанг-Дака и есть вселенское Зло, а этот Нгуен-До… просто космический и даже межмировой, полицейский, поймавший злостного преступника, может быть даже убийцу тысяч, миллионов, а то и миллиардов разумных, а? Да нет, бред конечно же, тогда уж полицейский поймал целую банду, один из членов которой при задержании скончался. Ладно, смех смехом, а мне-то что делать? Соскочить, это уже ясно, у меня не получится, из Системы этот Алларанг меня не выпустит, это он ясно и чётко сказал. Значит что? Правильно – готовиться, в какой уже раз перебирать своё добро и душить, душить свою жабу, вместе с хомяком.

Шесть дней я перебирал своё имущество и знаете, что я вам скажу, оказывается у меня скопилось достаточно много разного барахла, которое совершенно не жалко выкинуть. Нет, жалко, конечно, но не критично. Первыми в утиль отправились многочисленные дроиды, дроны и зонды, которых я успел понабрать во время своих скитаний. Тут были и одиночки, и целые комплексы. Эта потеря совсем не критична, особенно на фоне рейдера и моего кораблика. Затем та же судьба постигла запасы металлов, но в этот раз не все, далеко не все – особо ценные я всё же решил оставить, тем более что ничего технологичного в них нет. Ну как можно выкинуть мифрил, или адамант, или сангиус. Вот с золотом куда проще, оставил себе что-то около центнера, вдруг окажусь в Мире, где оно ценится, так же поступил с серебром и платиной, правда, перед тем как убрать всё это добро в хранилище, целых три технических комплекса переплавляли эти металлы на монеты. Про драгоценные камни я уже не говорю, они все скопом отправились в хранилище, потому как могут служить валютой в любом из Миров, начиная от средневековья и заканчивая уровнем Содружества, покупательная способность, конечно, будет разная, но на поесть-попить хватит в любом случае. Затык вышел со всеми моими исследовательскими и научными лабораториями, я столько лет их собирал и вот теперь выкинуть?! Да, пришлось выкидывать, но самое ценное, а именно их ИскИны я всё же оставил, а само оборудование… добуду новое или сам изготовлю, возможность будет. Из оружия оставил себе самый минимум, а это моя замечательная шпага с дагой, армейский игольник и пару единиц вооружения помощнее – лазерный пистолет и бластер, всё небольшое и компактное, тем более что боевых амулетов у меня на целый взвод. Само-собой, что всё, имеющее отношение к Магии и псионике, так же отправилось в хранилище, как и семена Мэлорнов, вся моя добыча с Проклятых Земель, жемчуг и мешок с ювелиркой. Нет, я не жадный, я просто экономный, а принимая во внимание, что ширпотреба у меня нет и не было, а каждое ювелирное изделие – это шедевр и произведение искусства, то и стоят они немало, в любом из Миров. В общем, если не считать запасов кое-каких металлов, оставлял я только всякую мелочовку, но это продлилось недолго… настала очередь моих, так сказать, производственных ресурсов и вот тут-то я и залип – бросать было жалко всё, а надо. Первыми в хранилище отправились кофры с колониями нанитов для изготовления рейдера. Да, всего два из пяти, но, я считаю, даже этого много, хотя… на одном таком я и месяца не пролетал, такими темпами мне этого десятка и на год не хватит. Но с синтезатором и 3-Д принтером я расставаться не пожелал ни за какие коврижки. Из транспорта оставил только глайдер, если что подняться на орбиту, флаэр и пару аэробайков, всё остальное беспощадно отправилось в утиль. А вот с полевым медкомплексом идзуми и парой медкапсул джоре я расстаться не смог, так что и они отправились в хранилище, вслед за доброй полусотней самых разных ИскИнов и парочки малых, аварийных, реакторов. Отправились в хранилище и пара сотен нейросетей, из последней добычи, с со всеми имплантами, все Базы Знаний и информационные кристаллы ну и все книги по Магии, в общем, все информационные носители, к которым я и персональные ИскИны всех видов и моделей отношу. В общем, процентов на семьдесят по массе я хранилище освободил, а вот по объёму… ну, процентов на сорок.

После того как определился что беру, а что бросаю, опять занялся разбором, но уже отобранного с целью собрать себе, так сказать, тревожный чемоданчик. Собрал, а всё остальное разместил внутри транспортной платформы, подумал, подумал и сгрёб туда же весь остальной хлам. Платформу же, в свою очередь, убрал в хранилище для корабля, а уже это хранилище, засунул в хранилище от джоре, его в свою очередь в модернизированное хранилище от идзуми, а уже его в свою поделку. В общем, соорудил этакую матрёшку и… отправился спать, ведь не даром говорят, что «утро вечера мудренее» и, что «с любой идеей лучше переспать».

Вот только «переспать» у меня никак не получается, всё мысли в голове бродят – а правильно-ли я всё сделал, а подготовился-ли я. По идее, есть четыре варианта моего очередного «попаданства», четыре варианта нового Мира – доиндустриальный, это примерно до восемнадцатого века Земли, индустриальный, тут временных рамок нет, но я определяю границу этой эпохи как выход в Космос, причём в межзвёздное пространство, а не подпрыгивание на орбиту или, максимум, освоение своей Звёздной Системы. Третий вариант, это постиндустриальный, это уже уровень Содружества и цивилизаций уровня джоре, идзуми, ксарнов и прочие. Ну и четвёртый вариант, о нём я узнал, буквально, несколько дней назад – эпоха Истинных и всего, что с ними связано. В принципе, к первым трём вариантом, более-менее, я готов, не зависимо от того, какой это будет Мир – чисто технологический, магический или псионический, а вот четвёртый… самый маловероятный и к нему я совершенно не готов. Куда бы я хотел попасть? Вопрос интересный и я, почему-то, больше всего склоняюсь к двум первым вариантам и, мне кажется, что подсознательно именно к ним я и готовлюсь. Наверное, это потому, что от Миров уровня Содружества я, пока, ничего хорошего не видел и там очень сложно затеряться, стать своим и, самое главное… принять их как свой новый Дом. Могу-ли я повлиять на конечную точку портала? Здравый смысл говорит, что нет, это не в моих силах, а вот какая-то чуйка, твердит, что всё в моих силах и кое-какой выбор у меня будет, просто надо очень сильно захотеть, возможно, даже представить себе этот новый Мир куда я хочу попасть, ведь в Мироздании нет ничего невозможного… И, верите или нет, но я склонен доверять своей «чуйке» больше чем здравому смыслу. Осталось определиться куда я хочу попасть… Не поверите, да я сам не верю, но, на эмоциях, у меня даже появилась мысль бросить вообще всё высокотехнологичное, дескать из-за этого оборудования я и могу оказаться, опять, в какой-нибудь версии Содружества. Слава всем Богам, что мысль эта, как пришла, так и ушла.

Как не странно, но на, условное, утро, я был свеж и бодр, хотя и не спал пол ночи, всё терзаясь думками. Плотненько перекусил, ещё раз прошёлся по своей каюте, проверяя не забыл ли чего важного и нужного, посетил трюм, поглядел на груду всяко-разного, повздыхал, что приходится бросать столько добра, но тут же напомнил себе, что добро это при переходе не только может быть опасным, хотя, у меня в хранилище есть вещи куда более высокотехнологичные, зато не такие энергоёмкие, пришлось тут же напомнить себе, но ещё и абсолютно ненужные, а всё что нужно и может пригодиться уже упаковано и прибрано. В общем, подразнил свою жабу, поглумился над хомяком и облачившись в тяжелый бронескафандр, производства всё тех же джоре, позвал Голос.

- Алларанг, я готов. Какой план действий? – желать здравствовать не стал принципиально.

- Разумный, тебе надо добраться до внешнего слоя моей формы.

- И как ты мне это предлагаешь сделать? Напоминаю, за бортом моего корабля Космос, то есть там очень холодно и нечем дышать. Я мог бы попробовать прорваться на своём корабле, но он мне больше не подчиняется. – ну не мог я не вставить шпильку.

- На борту твоего корабля есть малые транспортные средства. Они не оборудованы гипердвигателем и имеют незначительную скорость перемещения внутри Системы. Используй одно из них. Но, предупреждаю сразу, чем ближе к Нгуен-До ты приблизишься, тем сильнее на оборудование твоего транспортного средства будет воздействовать его энергетика. Где-то треть пути ты ещё сможешь управлять своим транспортным средством. Следующую треть пути, это уже будет мёртвый кусок металла, но он будет двигаться по заданной тобой траектории, затем потоки энергии начнут его сносить. Тебе надо использовать какой-нибудь механический движитель и последнюю треть пути преодолеть самостоятельно. Я знаю, что такая возможность у тебя есть. И ещё, ни в коем случае не касайся формы Нгуен-До – твоя защита не выдержит энергетического разряда, как и твоё тело. Всё, я жду тебя.

Поматерившись, я высвободился из бронескафандра и одел самый обыкновенный инженерный скаф производства Империи Аратан. В принципе, сутки вполне сносного существования он мне обеспечит, зато у него установлены самые обыкновенные газовые движители, для полётов в открытом Космосе они, конечно, не предназначены, но маневрировать с их помощью и набрать какую-никакую скорость вполне возможно.

Для перелёта я выбрал… самый обыкновенный глайдер. Уж что-что, а пару сотен километров он т очно в состоянии преодолеть, а мне, я так понимаю, надо на нём пролететь километров сто, в лучшем случае сто пятьдесят. И в отличии от бота у него есть одно неоспоримое преимущество, даже не одно, а целых два. Во-первых, я смогу управлять им дистанционно, уже проверил, его ИскИн вполне отзывается и реагирует на мои команды. А, во-вторых, у глайдера есть технические зажимы, предназначенные для перевозки малых транспортировочных контейнеров. Вот один такой контейнер глайдер и взял в зажимы, а в контейнере, как несложно догадаться, расположился я – так будет легче всего покинуть судёнышко, буду изображать из себя небольшой астероид.

Что такое двести километров по меркам Космоса? Да вообще ничего, даже доплюнуть и то дальше, это примерно одна десятая – пятнадцатая земной атмосферы, а земные навигационные спутники летают на два, два с половиной порядка выше или дальше, тут кому как угодно. В общем, две сотни километров от рейдера до… пусть будет живого корабля Алларанга, я преодолел всего за два с половиной часа. Из них, в «свободном полёте» я находился почти два часа. Первые сто сорок километров я пролетел на глайдере за двадцать с чем-то там минут, пока не заметил, что машина как-то странно себя ведёт и движется не прямо, а как бы по параболе. Стало ясно, что пора переходить на самостоятельный полёт. Выбравшись из контейнера, я ещё какое-то время пытался сориентироваться в какую сторону мне надо, потом останавливал вращение и только после этого, очень аккуратно, задействовал газовые двигатели. Постепенно реагируя тягу, чтобы не закрутило и не сбиться с курса, я разогнался где-то до двадцати пяти километров в час, по космическим меркам я вообще стоял на месте. В общем, два часа неспешного полёта и вот я уже маневрирую между широкими полосами, оплетающими исполинский шар живого космического корабля. Это издалека эти полосы кажутся тонкими и частыми, а вблизи… каждая такая полоса несколько десятков метров в толщину, а расстояние между ними составляет несколько сот метров, так что, такая былинка как человек, пусть и скафандре, на их фоне практически и незаметна.

Ну а дальше всё было «просто» едва я коснулся поверхности живого корабля, как тут же начал погружаться, словно в кисель. Само-собой, что я запаниковал и начал дёргаться, но тут же услышал Голос.

- Не дёргайся и не волнуйся, это штатная процедура, извини, но выращивать специально для тебя шлюзовую, тратить энергию, это…

- Я понял, это будет слишком жирно и бесполезно, я же не гость, я всего лишь… функция. Всё нормально, я не обижаюсь, но надо предупреждать.

Не знаю, показалось мне или нет, но было такое ощущение, что это погружение длилось, как минимум, ещё пару часов и на рабочем столе нейросети не посмотришь, потому как она, едва я коснулся корабля, ушла на перезагрузку, сообщив, на последок, что слишком высокий экзофон. Что это такое и с чем его едят я не имею ни малейшего понятия, видать что-то связанное с Истинными и этим Алларангом.

Выдавило меня, а другого определения и не подберёшь, в небольшом шарообразном помещении, единственным «украшением» которого был светящийся столб, где-то метрового диаметра, пронизывающий шар помещения словно ось глобус.

- Разумный, тебе надо отдохнуть, или начнем ритуал перерождения немедленно? – раздался у меня в голове Голос и был… ну очень, как бы это сказать… нетерпеливым.

- А чего тянуть-то? Давай уж заканчивать с этим делом. Что я должен сделать?

- Хорошо. – мне кажется, в голосе Алларанга явно слышится облегчение. – для начала вставь генный ключ в прорезь. – на столбе образовалась небольшая щель, куда я, не задумываясь, воткнул пластину ключа. Несколько секунд ничего не происходило, а потом вокруг столба начали проявляться руны, нет, не так, РУНЫ, десятки сложнейших рун! – Наполни печати истинной энергией. Твоих сил на это хватит, а для преобразования можешь брать энергию из окружающего пространства.

Ну, мне дважды говорить не нужно, а преобразовывать любую магическую энергию в истинную я уже давно умею. Вот только мне кажется, что эти рунные печати, по истине, бездонные. На каждую руну у меня ушло минут по десять, а это такой поток энергии, что с его помощью можно зажечь новую Звезду, ну, или погасить уже существующую, я думаю, что ни в каком другом месте я бы не смог выдать даже близко ничего подобного, просто нет во Вселенной таких источников магической энергии. Да и мои силы Алларанг явно переоценил, по крайней мере, все мои энергетические, буквально, звенели от напряжения, а меня начало крючить.

- Всё-всё, терпи! Почти закончили! Последний шаг… окропи своей кровью вместилище!

- Какое на хрен вместилище?!

- Столб, столб, достаточно нескольких капель! – пришлось снимать перчатку, руку тут же обожгло космическим холодом. К счастью, много времени мне не понадобилось, пара-тройка секунд и я уже прижимаю окровавленную ладонь к столбу. Руку пронзила лёгкая боль и ей даже стало слегка горячо, а столб, вдруг, начал мерцать, искривляться, затем покрылся тонкой паутиной трещин и… осыпался мелкой пылью. И тут же, мне кажется, задрожал весь гигантский корабль, если тут уместно сравнение, то я бы сказал, что по нему пробежала дрожь агонии. Я поднял глаза и увидел совсем небольшой сгусток энергии, но что-то мне подсказывало, что пусть он и совсем маленький, где-то размером с шарик для настольного тенниса, но вот энергии в нём… в общем очень и очень много.

- Разумный, приготовься. Сейчас возникнет окно портала, не мешкай и… спасибо тебе. - раздался у меня в голове совсем другой, я бы сказал… детский голос. Так вот что это за шарик, это и есть Ядро Алларанга, а сам Алларанг ни что иное как чисто энергетическое существо, практически бессмертное и почти всемогущее.

- Прощай, Алларанг, желаю тебе счастливого перерождения. – сказал я, заметив как в центре помещения, где находился столб, начало формироваться окно портала. Десяток секунд и окно стабилизировалось, вот только… размером оно оказалось сантиметров семьдесят в диаметре и располагалось горизонтально.

- Прощай, Разумный. Да прибудут с тобой Истинные! – услышал я напоследок, прежде чем провалиться в портал.



Конец.​
 
- Найдёнов здесь? К ректору, срочно!- оставшиеся в аудитории преподаватели только понимающе улыбнулись. Да что тут такое творится-то?!
Это можно назвать подъемом с глубины. Бродяга с улицы не может прийти в бутик и одеться от Версаче - не пустят, поэтому сначала нужно зайти и переодется хотя бы на толкучке, а затем в обычном магазине готового платья. А тут темп слишком быстрый. С точки зрения сюжета, это потеря возможностей, а с точки зрения главного героя сюжета - потеря преимуществ.
Человек из детдома. Для заявленного объема знаний нужна библиотека университета, а не детдома и времени изрядно. Его биография будет проверена, к нему возникнет масса вопросов. А оно ему надо.
Из своего имеющегося житейского опыта ГГ знает все это, поэтому в трезвом уме не стал бы так рисоваться, а постепенно, ну хотя бы за полгода, а то и год, набирал бы темп и вышел бы к тому же самому, но без суеты вокруг своей персоны.

Понимаю, что авторский метод эпатажа и все такое, но не вопреки же житейскому здравому смыслу. А сама идея сюжета перспективна.
 
Последнее редактирование:
Глава 3.​



Ну, что сказать… подставился я, по полной программе подставился, а время сейчас такое, что… В кабинете ректора меня уже ждали… двое, пусть и в гражданке, но спецслужбами от них за версту несёт.

- Руслан Найдёнов? – спросил один, даже не поздоровавшись и не представившись.

- Ну, да. А вы кто?

- Это не важно, Найдёнов. Это вы писали? – на стол легли листочки с моим устным экзаменом по математике, точнее с доказательством той самой «лёгенькой» теоремы, которым тот экзамен и закончился.

- Я. – ничего не понимая ответил я.

- Скажите, Найденов, вы сами до этого додумались, или вам кто-то подсказал? Может быть, вы где-то видели это доказательство?

- Сам. Нигде не видел, никто не подсказывал. Мне сказали – «докажи, теорема лёгенькая, любой школьник справится». И правда – лёгкая, я доказал. А в чём дело, товарищи? Что я сделал-то?

- Он не понимает. – обратился один из мужчин к другому.

- Может быть и правда – сам? Может и правда – гений математики?

- Сынок, это Великая Теорема Ферма! Над ней уже больше трёхсот лет все математики всего Мира бьются, а доказать никто не может, ну, если не считать частных случаев! А тут какой-тог пацан, с девятью классами образования, за полчаса! – про Теорему Ферма я, конечно же, слышал, но никогда этим вопросом не интересовался, мне как-то История была ближе, но всю глубину зад…ницы, в которую меня загнали эти шутники на экзамене, я осознал почти мгновенно.

- Я не знал… - растерянно пробормотал я и добавил. – Я больше не буду…

- Собирайся, поедешь с нами. – непререкаемым тоном заявил второй.

- Нет.

- Что нет? – не понял тот.

- Никуда я с вами не поеду. Вы даже не представились, а хотите чтобы я куда-то там с вами ехал. Может быть, вы нигерийские шпионы и хотите похитить… как вы там сказали… Великая Теорема Фермы… вот-вот, её доказательства. – да, каюсь, решил немного постебаться, но… исключительно в мирных, так сказать, целях – мне нужно время чтобы определиться с линией дальнейшего поведения. Какой легенды придерживаться – гениального подростка, пришельца из другого Мира или… подростка страдающего, после потери памяти, видениями, правда, есть ещё один вариант – «сделать ноги», подправить внешность, изготовить новые документы и начать всё с начала. Конечно, все три позиции, скажем так, достаточно уязвимы, а четвёртый вариант даст мне возможность выиграть время, да и подготовиться куда лучше.

- Да ты оборзел, щенок! – первый схватил меня за руку и попытался сдёрнуть со стула.

- Капитан! – резкий окрик второго заставил моего визави вздрогнуть. – На улицу, подождёшь в машине. Выполнять!

- Есть подождать в машине. – зло ответил этот «капитан», недобро взглянув на меня.

- Ну и что мне с тобой делать… Руслан Найдёнов? – спросил меня второй. – Кстати, вот мои документы. – достав из внутреннего кармана пиджака тёмно-красные корочки и развернув из перед моими глазами, добавил он. А я прочитал Подполковник Воронов Илья Николаевич, начальник Управления «П» МГБ СССР. Даже не по Москве и области, а из самого Министерства.

- Понять, простить и отпустить. – очень старательно играя совсем молодого парня ответил я.

- Понять… могу, простить тоже, а вот отпустить… Понимаешь, Руслан, после того как к нам попали эти бумаги… слишком уж всё закрутилось, а потом по нашей… просьбе, тебя ещё и по физике немного попытали. Догадываешься, чем всё закончилось?

- Ну, никаких теорем я вроде там не доказывал.

- Зато задачки решал… не всякий академик и смысл-то поймёт. И есть у меня такое предчувствие, что то же самое будет и с химией, и с биологией, и с астрономией, да с очень многими науками. Я прав?

- Не знаю. – я пожал плечами, а я и правда не знаю, но… догадываюсь, что именно так и будет – старые земные знания уже давно перемешались с знаниями из Баз и я просто физически не смогу отделить одни от других.

- Ладно. Не знаешь, так не знаешь, но поехать с нами тебе всё равно придётся. Понимаешь, своими… ну, пусть озарениями, ты можешь принести очень много пользы Родине, но… можешь принести и очень много вреда. Поэтому, пока, побудешь у нас. Ты же не помнишь, кто и откуда, вот мы и попытаемся это выяснить.

- Выбора, я так понимаю, у меня нет?

- Выбор есть всегда, но в твоём случае он заключается в том, что или ты поедешь сам, добровольно, или нам придётся применить силу и… сдерживаться мы не будем. – очень серьёзно, но в то же время с некоторой грустью ответил мне этот Волков.

Мы вышли из кабинета ректора, спустились по широкой лестнице в фойе на первый этаж, вышли на улицу и подошли к чёрной «Победе», из которой тут же выскочил капитан.

- Так, Лапин, отвезёшь парня в Управление, устроишь его, завтра с утра свозим его на обуховку в Институт, пусть там его проверят, анализы возьмут и всё такое, а я пока тут немного задержусь, с профессурой поболтаю. Ждать меня не надо, как освобожусь сам доберусь. Всё, выполняй.

- Есть доставить задержанного в Управление. – и уже мне. – Залезай. – и распахнув заднюю дверцу, почти затолкал меня в машину, тут же пристроившись рядом. – Савельич, давай в Управление. – это он уже водителю.

Через двадцать минут меня уже оформляли в камеру. Обыскали, забрали шнурки с ботинок, вывернули карманы, но там кроме документов и пенала с ручкой ничего и не было. Ну и в камеру, одиночку. Всё происходящее мне просто не оставляет выбора – придётся делать ноги и где-то затеряться. Может за границу податься? Хотя… там сейчас не лучше, чем в Союзе, пол Европы в развалинах и ничуть не сытнее чем дома. А план Маршалла только-только начал действовать. Можно было бы рвануть в Штаты, но… не лежит у меня к этому душа. В общем, ныкаться буду на территории Союза – Сибирь большая, хрен найдут, а через пару лет вылезу, или опять пацаном, или наоборот лет на десять старше.

Если я надеялся спокойно отсидеться до ночи, то я ошибался. На допрос меня всё же дёрнули, но, видимо, следователь, как он представился, Сулханишвили, понятия не имел о чём меня спрашивать, а учитывая мой несколько нежный возраст и вообще непонятный статус, и бить не стал. Так, заполнил «анкету», спросил не хочу ли я чистосердечно признаться, мол вину облегчает, и слышав, что мне, в принципе, не в чем признаваться и я просто жду в камере подполковника Волкова, вызвал конвоира и отправил меня назад.

Ещё шесть часов я просидел в камере, пока не решил – пора. Плетение лечебного сна накрыло здание и ещё пару кварталов вокруг него. Телекинезом, обожаю механические замки, открыл, сначала решётку, а потом и дверь камеры и тихонько выскользнул в общий коридор. Откуда меня привели я прекрасно запомнил, поэтому, открывая коридорные решётки поднялся на первый этаж и направился к выходу. Вот через полчаса, когда прекратится действие плетения тут будет кипиш – все в здании отрубились, а один задержанный вообще исчез. А что, я за собой всё оставил как было, то есть и двери и решётки позакрывал.

Оказавшись на улице, быстренько рванул в ближайшую подворотню. Была идея позаимствовать одну из машин, стоявших на парковке, но передумал, машина – это след, а так, исчез и исчез.

Набросив на себя плетение отвода глаз, почти беззвучной тенью я скользил по улицам ночной Москвы, когда меня привлекли странные звуки от одной из подворотен. Любопытство победило осторожность и я всё же заглянул выяснить что там происходит. И сразу скажу, картина мне очень не понравилась, но что-либо сделать я не мог – было уже поздно. Пара урок зарезали какого-то молодого парня и сейчас проворно стаскивали с него одежду. Рядом стоял фанерный чемодан и простой солдатский вещмешок. Плетение полного паералича накрыло обоих уголовников, и они как подрубленные рухнули на землю, а я бросился к парню. Увы, но я опоздал, парень был мертвее мёртвых, да и трудно быть живым, если тебе в печень вогнали двадцать сантиметров заточенной стали.

Так, народ сейчас бдительный и если кто-то услышал шум, то обязательно сообщит в милицию. А это значит, что задерживаться здесь не стоит, но и оставлять всё как есть тоже нельзя – найдут три трупа, а урки уже тоже остывают, а как иначе-то, если ни сердце, ни лёгкие не работают – на то оно и плетение полного паралича, будет работать следственно-оперативная группа, и мало-ли кто прямо сейчас в окно смотрит и всю эту картину наблюдает, могут и меня описать, а там и до МГБ дойдёт, вот и появится ниточка, которую вполне смогут потянуть. А поэтому… тела и вещи в хранилище и уносите меня ноги, уносите.

К рассвету я уже выбрался за границы Москвы и, похоже, что вовремя – на дорогах появились милицейские патрули, начали останавливать, редкие пока ещё, машины и старательно их досматривать. Хорошо, что я на вокзал не сунулся, там сейчас, скорее всего, оперативников больше чем пассажиров. В общем, долго гадать кого ищут нет необходимости, а даже если я и ошибаюсь, то… бережёного Бог бережёт.

Хоронясь, а большую часть пути вообще под плетением отвода глаз, я ушёл от Москвы километров на тридцать и, наконец-то, расположился в каком-то лесном массиве, уйдя от дороги километра на полтора. Здесь я достал из хранилища тела и их вещи. Ну, с урками всё ясно – обшмонал обоих. Добычей с их тел стал наган с пятью патронами и запахом горелого пороха, тонкое портмоне с парой сотен рублей в нём и две справки об освобождении месячной давности. Да, не долго сидельцы на воле погуляли. Тело парня я обыскивать не стал – там и так видно, что ничего нет и подозреваю, что и портмоне это его. Взялся за чемодан. Ну, тоже не очень-то богато, костюм, не первой свежести, пара таких же рубашек, бельё, носки и прочая мелочь. А на самом дне небольшой аккуратный газетный свёрток, развернув который и внимательно изучив, я только и смог сказать – бинго. Это был комплект документов – паспорт, свидетельство о рождении, школьный аттестат, комсомольский билет, диплом об окончании Сельскохозяйственного Института и направление на работу в колхоз «Красный хлебороб» Челябинской области в село Отрадное. Всё на имя… Найдёнова Ивана Ивановича, тысяча девятьсот двадцать четвёртого года рождения, в графе родители стоят прочерки – детдомовский, подкидыш.

- Ну, извини, Иван Иванович, тебе уже всё равно, а мне как-то легализоваться нужно. Не обессудь, но твою личность я «украду», обещаю, что не опозорю.

Последним за что я взялся, был старый потрёпанный вещмешок. Развязав горловину и заглянув внутрь, я только и смог что выматериться – вещмешок был почти доверху забит банковскими упаковками денег. Похоже, что парнишка-то уркам случайно попался, как говорится – не повезло, оказался не в том месте и не в то время. То, что это мешок именно уголовников, я ни капли не сомневаюсь, похоже, что подломили они сберкассу, а на отходе парня повстречали, ну и… решили избавиться от свидетеля. И это… чертовски плохо и в первую очередь для меня. Сейчас МГБ и МВД две разные структуры, вновь они сольются только после смерти Сталина, а потом опять разделятся, но не в этом суть. Как таковой системы сигнализации, с центральным пультом и тем подобным нет. Сигнализация, конечно, есть, но в основном она внешняя, для, так сказать, подачи сигнала многочисленным патрулям, поэтому в помещении сберкасс обычно дежурят сотрудники милиции, а раз урки сберкассу ломанули, то и сотрудника, скорее всего, убили. Поэтому и в револьвере всего пять патронов и сгоревшим порохом от него несёт. И МГБ будет достаточно намекнуть милиции, что в этом деле замешан я и меня начнут искать с особым старанием и не только госбезопасность. Значит к людям, в ближайшее время, мне выходить никак не стоит. А поэтому, решение на счёт личности Иван Иваныча верное. Я с сомнением посмотрел на мешок с деньгами, но всё же решил, что наличность не помешает и отправил его вслед за телом Найдёнова и его чемоданом в хранилище. А вот тела урок запрятал поглубже, затем использовал пару плетений, одно из Магии Жизни, а второе из Магии Природы и теперь даже самый опытный следопыт не определит, что здесь кто-то что-то закопал. После чего начал углубляться в лес – мне надо недельку полного спокойствия, после этого из леса уже выйдет не семнадцатилетний Найдёнов Руслан, а двадцатичетырёхлетний Найдёнов Иван.

Глубоко в лес я так и не ушёл, всего-то метров через семьсот поисковое плетение показало что-то вроде давно заброшенного хутора, а ещё через сто метров я почувствовал лёгкий запашок дёгтя. Пройдя ещё около пятидесяти метров, я вышел не небольшую поляну, посреди которой возвышался добротный такой сарай, но уже изрядно заросший, даже на крыше проросло пару деревьев, пока ещё совсем молодых, может трёх, может четырёх лет отроду. Кое-как открыв вросшую дверь, я только чудом устоял на ногах – тяжёлый запах дёгтя и скипидара, буквально, валил с ног. После недолгого обследования сарая, я пришёл к выводу, что набрёл на старую, наверное, ещё двадцатых годов смолокурню. Об этом говорил и неплохо сохранившийся инструмент, такие как пара корчевальных рычагов, тут же были пристроены корчевальная вага и вертелка-корнедёр. Вообще-то инструмента, пусть и довольно примитивного, в сарае хватало, но выделялась смолокуренная печь, со своим холодильником и толстой трубой, уходящей куда-то в лес, скорее всего где-то там протекает или протекала, небольшая речушка. Немного подумав, я решил, что «от добра, добра не ищут» и этот сарай, пусть не самое приятное, но вполне подходящее, для моих целей, место. До самого вечера я занимался безопасностью, так скажем. Для начала установил и активировал простенькую систему безопасности для гражданского лагеря, производства Содружества. Затем, установил десяток, тут же подобранных, камней, на которые нанёс по паре-тройке рун, в первую очередь предназначенных для отвлечения внимания, а, во вторую, для отпугивания непрошеных гостей. Планомерных поисков я здесь не жду, а случайных «туристов» предпринятые мной меры безопасности отпугнут. Уже в потёмках, при свете пары «светляков», я установил малый аварийный реактор и подключил к нему медкапсулу. После чего уложил в неё тело Ивана Найдёнова – мне нужны были точные данные по его внешнему виду, ДНК и геном меня не интересуют, а вот телосложение и внешний вид в целом, очень. В принципе, для медкапсулы, то, что я задумал, вполне рутинная операция и она даже заложена в базовый набор автоматических функций. Ну а как иначе, если в Содружестве миллионы, если не миллиарды разумных хотят походить на своих кумиров, ну, или хотят, чтобы их партнёры на них походили. В общем, смена внешности в Содружестве - это не такая уж большая проблема, были бы креды. Три часа у ИскИна медкапсулы ушло на создание полной цифровой модели тела Ивана, после чего, мне пришлось его утилизировать – следы операции я оставлять и не подумал. И уже под утро я и сам улёгся в медкапсулу, дистанционно запустив сначала сканирование и создание своей собственной цифровой копии, с её сохранением, а затем и автоматическое изменение внешности. ИскИн медкапсулы сообщил, что операция займёт девятнадцать часов, после чего я провалился в медикаментозный сон.
 
Глава 4.

​

Как только крышка поднялась, я выскочил из капсулы как ужаленный, а всё потому, что уже когда я проваливался в сон, мне, вдруг, в голову пришла одна мысль…

- ИскИн, отчёт, полный анализ по телу-образцу. – затребовал я от ИскИна медкапсулы. Тут же мне на нейросеть пришёл информационный файл, который я и принялся изучать…

- Похоже… влип… - едва справляясь с нервами проговорил я. А ведь и на самом деле было от чего прийти в… скажем так, расстройство чувств. А всё спешка – на виновата.

Итак… тело Ивана Найдёнова принадлежит двадцатишестилетнему мужчине. Отсутствует четыре зуба, практически все внутренние органы в отвратительном состоянии. На теле имеется след от пулевого ранения в области правой ключицы и два следа от рваной раны – возможно осколочные ранения. Исходя из возраста, можно предположить, что Найдёнов воевал и был неоднократно ранен. Остальные данные мне были не интересны. Создав зеркало, я начал внимательно себя осматривать, ведь внешне я полная копия Ивана. И вот тут-то я понял, что именно натолкнуло меня на мысль, что я очень поторопился с пластикой – причёска! Я бы сказал, уставная причёска. Нет, короткие причёски сейчас носят многие, патлы не в моде, но в основном это, если есть деньги на парикмахера «бокс», «полубокс», «канадка» и «чубчик», а тут короткая, под машинку. Такие пользуются успехом у военных и… сотрудников милиции, не офицеров, конечно, а, так скажем, младшего начальствующего состава – сержантов и старшин. А я ещё удивился, когда эту троицу засёк и понял что происходит, что тихо вокруг, ни тебе звона сигнализации сберкассы, ни свистков патрулей.

- Так, проверим-ка ещё один нюанс. – и я вновь углубился в изучение данных ИскИна. – Вот оно! На правой руке обнаружены следы горения неустановленного вещества, предположительно легко горючего. Ну да, откуда ИскИну высокоразвитой цивилизации знать о порохе и продуктах его горения. Теперь уже в этой истории вырисовывается совсем другая картина. И студент вовсе не студент, а… с очень большой вероятность, сотрудник милиции. То-то удар в печень был нанесён, практически, в плотную, то есть жертва не ожидала никакого подвоха и урок не опасалась. Похоже, что они все трое – одна шайка, и наган тот не урок, а Найдёнова, и не урки убили милиционеров в сберкассе, а это Найдёнов убил своего напарника и впустил урок в помещение сберкассы, предварительно отключив сигнализацию. Ну да, вскрывать сейфы в милиции не учат, нужен был медвежатник. Не знаю, сам ли Найдёнов вышел на уголовников, или они на него, скорее всего всё же первое, справки-то совсем свежие, но, сговорились они видать быстро. Да и документы Найдёнова, скорее всего, фальшивые, или с трупа снятые, или из хранилища вещдоков. А что, практически идеальный вариант прикрытия – студент, окончивший обучение, един по распределению. Даже если и будет ориентировка, то будет она на двадцатишестилетнего сотрудника милиции, а если он ещё и усы носил, то сбрив их сразу помолодел лет на пять, ни один патруль внимания не обратит, тем более что и документы в порядке. Одного не учёл этот Найдёнов, что уголовникам «западло» якшаться с «мусором», да и «добыча» на двоих делится всяко лучше, чем на троих.

Нет, пользоваться документами Найдёнова нельзя, это однозначно. Настоящие они там или нет, неважно. Я всё равно в местных документах не в зуб ногой, а вдруг попадётся знающий человек… доказывай потом что ты не верблюд.

Обдумав все открывшиеся обстоятельства, я с тоской посмотрел на медкапсулу. Вот ведь засада и новым лицом светить нельзя и со старым не пофорсишь. И всё же решил вернуться к исходному, так сказать, состоянию, только немного его подправить – чуть-чуть изменить форму ушей и носа, поменять цвет глаз и волос, создать маленькую родинку и вот уже совсем другой человек, ну и пару годочков всё же стоит себе добавить, а то шестнадцать лет слишком уж «неудобный» возраст для самостоятельной жизни – каждый поучить норовит. А документы? А что документы? Документы сделаю, настоящие. У колхозников сейчас паспортов нет, только справка из колхоза, если они в город, например, на учёбу уезжают. А справку я себе сделаю, или в какое правление колхоза проберусь и бланк добуду, или сам нарисую, надо только образец найти. Вот с этими мыслями я и забрался опять в медкапсулу, всё на те же девятнадцать часов.

Старую смолокурню и лес я покинул только через неделю нет, ничего такого не случилось. Просто, погода, для середины августа, стояла замечательная, а меня ещё и, на несвойственное мне занятие – подумать, что-то прибило. Так-то я, обычно, как говорится, задним умом крепок, а тут вот решил посидеть, прикинуть что и как. Для начала, куда пойти, куда податься. Вырисовывалось три варианта – Дальний Восток, Урал и Сибирь и… Краснодарский край, Кубань, Ростов, может быть Крым. Сначала я серьёзно обдумывал именно второй вариант – Сибирь или Урал, потому как считал, что именно там я могу быть наиболее полезен. А как же, там ведь сейчас, можно сказать, промышленный центр Союза и своих предприятий полно, так ещё и сколько эвакуировали. Даже начал составлять список, что могу сделать, что предложить и так далее. Два дня составлял, аж самому всё нравилось, пока… пока не вспомнил в каком времени и в какой стране оказался. В принципе, местные технологии позволяют очень многое, конечно, ИскИн или даже персональный компьютер сейчас не сделаешь, как и нейросеть, и гипердвигатель, а вот простейший гравитационный двигатель вполне. Что уж говорить о всевозможных сплавах металлов… да, сплавах… для подавляющего количества этих самых сплавов, нужны огромные температуры, силовые поля и невесомость. Это только в книжках земные фантасты пишут, что все производства в Содружестве вынесли на орбиту, дескать из-за бережного отношения к экологии. Чушь! Всем и всегда рулит экономика и если производства тонны какого-то металла обходится дешевле на планете, а не в Космосе, то в Содружестве его будут получать на планете, а если дешевле в Космосе, то значит в Космосе. А с этим, как сами понимаете, и в двадцать первом-то веке огромные проблемы, что уж говорить про конец сороковых века двадцатого. И вот после осознания этого факта все мои «песчаные замки» и рухнули. Любое, ну ладно, почти любое высокотехнологичное производство требует соответствующих ресурсов, а с этим полный швах. Начал думать, что могу предложить, основываясь на имеющихся технологиях, ну или чуть-чуть их опережающих. Реактивные и турбореактивные двигатели? Так Як-15 и МиГ-9 уже летают и в серии. Як, конечно, то ещё убожество, не даром его производство в этом году прекратили. Зато МиГ летает и его уже больше полутысячи наштамповали, а очень скоро ему на смену придёт и знаменитый МиГ-15. Нет, кое-что подсказать конечно можно, но вопрос – как, каким образом, кто меня будет слушать? Нет, может быть даже и послушают, так, ради интереса, а потом скажут – идите ка вы, молодой человек, поучитесь, а потом уже уважаемым и очень занятым людям свои прожекты будете рассказывать. И так ведь, в принципе, по любому вопросу. Атом? Так и тут у Союза всё хорошо, уже в следующем году Курчатов рванёт свою Бомбу. Ракеты? Это я что, Королёва и Ко учить буду? И так, в принципе, практически, по любому вопросу. То есть, никто меня сейчас и слушать не станет. Пробраться к Сталину? А что, это идея! Подлечу его Магией, да и стану при нём чем-то вроде тайного советника… Ха-ха-ха! Выжмут и выпотрошат! Даже и не посмотрят, что я какой-то там пришелец и маг. Сейчас время такое – всё для страны, всё для народа! А я в клетку, даже если она золотая, да и стен у неё только две, не хочу. В общем, в Сибирь или на Урал мне ехать расхотелось. По этой же причине и Дальний Восток отвалился. А что мне там делать? Остался юг – Кубань, Ростов, Краснодар, житница, так сказать, в земле которой металла, сейчас, больше чем самой земли, где полная разруха, где работа с утра и до ночи и где я… могу пригодиться… наверное. А вот поучить великих я всё же откажусь, но буду это делать тихо, из под тишка – письмецо туда, письмецо сюда, здесь идейку подкину, там непрошеный совет дам. Прислушаются, молодцы, забьют… значит сами себе злобные Буратино. Ага, и Сталину пару писем напишу, и Берии… всё ему выскажу по поводу его идей с «национальными элитами» и «ростом самосознания малых народов», верный ленинец, блин. А вот за идею вывести Партию из управления государством, передачи большей части полномочий Совету Министров, сконцентрировавшись на пропаганде и идеологии, похвалю, ну и про пятьдесят третий и Хруща намекну, жирно так намекну, чтоб уж точно понял и проникся. А так… буду просто жить, работать и думать, думать что делать дальше, ведь я прекрасно понимаю, что долго я на Земле жить не смогу – просто взвою от скуки, на людей начну бросаться.

В общем, через неделю я вышел из леса и направился к ближайшей железнодорожной станции, где планировал купить билет, для начала, до Краснодара. Патрулей я не опасался, сейчас во мне никто и ни за что не признает, что Найдёнова Руслана, что Найдёнова Ивана. А что, Магия она и не такое может, поработал со своим старым паспортом, он-то сто процентов настоящий. Алхимия она такая, что ей удалить с бумаги несколько букв, так что, теперь я не Найдёнов, а Надеждин. Таким же образом поработал и с правами, и с аттестатом о полном среднем образовании, выданным школой рабочей молодёжи, ШРМ, номер восемь, города Красноярска. Ну, а чего мелочиться-то?
С поездом, да и с билетами, мне откровенно повезло – проходящий Владивосток – Киев, да ещё и купе, в котором от Ногинска, где я сажусь на поезд и до самой Москвы я буду ехать один и ждать мне его на станции всего-то четыре часа, одно плохо, поезд проходит около часа ночи, ничего в купе высплюсь.

На утро я и правда, проснулся бодрым и прекрасно отдохнувшим, даже появившиеся в купе соседи не смогли меня ночью разбудить, хотя, по их немного взъерошенному виду и пытались, ну да, попробуй преодолей действие амулета «Купол тишины», ха-ха.

- О, а вот и наш сосед проснулся. Спускайтесь, молодой человек, ехать нам вместе ещё долго, так что познакомимся. – обратился ко мне мужчина лет тридцати-тридцати пяти, когда я свесился с верхней полки и начал разглядывать своих попутчиков.

Ну, дважды меня приглашать не нужно, так что, подтянув штаны я легко соскочил вниз.

- Однако… - протянул тот же мужчина. – Спортсмен? Гимнаст?

- Да нет, просто зарядку по утрам делаю. – пошутил я, ну не объяснять же им, что у меня все внутренние органы, в том числе и кости, и мышцы усилены и модифицированы. – Ну, давайте знакомиться. Я – Руслан.

- Сергей Иванович – представился мужчина.

- Андрей.

- Алексей. – так же представились два парня, может быть на пару-тройку лет старше меня сегодняшнего.

- Присаживайтесь, Руслан, перекусим, чем Бог послал. – доброжелательно обратился ко мне мужчина, вынимая из чемодана какие-то свёртки. Я тоже залез в свой чемодан, где, на такой вот случай, у меня лежали продуктовые припасы.

- А почему бы и не перекусить. Вот, угощайтесь – плоды земли сибирской. – конечно, то, что я достал к Сибири не имело никакого отношения, как, впрочем, и к Земле, но копчёное мясо оно и есть копчёное мясо, а мелко нарезанные и засахаренные фрукты и ягоды… так никто и не разберёт, что там такое понамешано, зато очень вкусно и полезно.

После завтрака мы ещё немного поболтали, ну, так, как это обычно бывает в поезде, кто откуда, да куда. Оказалось, что парни едут в Крым, но не отдыхать, как я было подумал, а работать. Я же сказал, что после сибирских морозов просто хочу погреть косточки и куда именно направляюсь и сам не знаю – может быть тоже рвану в Крым, как раз бархатный сезон начинается, а может быть поеду на Кубань, Азовское тоже море. В общем, с полчаса разговаривали ни о чём, а потом, Сергей Иванович, немного смущаясь, как любой интеллигент, спросил.

- Руслан, вы будете не против, если мы до обеда займём стол, а то нам немного поработать надо?

- Нет проблем, можете его занять хоть на весь день, а я к себе на полку, может почитаю, может быть, и засну, в поезде особенно хорошо спится. – после чего резво залез наверх, предоставив парней самих себе.

Парни разложили на столе какие-то бумаги, схемы, расчёты и занялись своим делом, а я честно попытался заснуть и даже задремал, но проснулся когда кто-то из парней повысил голос. На него, конечно, шикнули, но было уже поздно – я проснулся и сна ни в одном глазу. Где-то с час я ещё просто лежал, всё думая куда податься, но потихоньку начал прислушиваться к спорящим попутчикам. И чем дольше слушал, тем больше понимал что речь у них идёт о радарах, о недостатке мощности, о волнах и частотах. И не выдержал.

- Извините, что вмешиваюсь. Я так понял, что вы работаете над радарной установкой и у вас затык с выходной мощностью передатчика и вы грешите на антенну?

- Э-э-э… - замялся Сергей Иванович.

- Ну… да. – нехотя ответил Алексей. – А ты чего не спишь?

- Да вы так громко обсуждали свои проблемы, что я проснулся. Если не секрет, на каких лампах работает передатчик, какая у него мощность и как передается энергия на антенну?

- А тебе зачем? – спросил Андрей.

- Ну, может подскажу чего… - неопределённо ответил я. На это моё заявление парни только что не рассмеялись.

- На тиратроне, мощность около двадцати киловатт, передача сигнала на антенну идёт по коаксиальному экранированному кабелю.

- Ну и какие проблемы? Заприте тиратрон магнитным полем, накачайте его энергией и используя явление резонанса разрядите его. По идее, мощность на выходе вырастит на пару порядков, а то и больше.

- Откуда ты это знаешь?! – растеряно спросил Сергей Иванович.

- Всё новое – это хорошо забытое старое. Об этом ещё в начале двадцатых годов писал один американский физик-радиотехник, Альберт Халл, кажется. И ещё, не помню где читал, но, если не ошибаюсь, то для таких волн рекомендуют использовать волноводы.

- А это что за зверь? – недоуменно спросил Алексей.

- Ну, говорю же, не помню где читал, но волны такой длинны хорошо отражаются от прямоугольных металлических труб с сечением кратным длине волны. Вот эти трубы и называют волноводами. Ваши волны не проходят даже через тонкий слой диэлектрика, но хорошо отражаются от металлической сетки. Сделайте такой волновод, загерметизируйте его диэлектриком и облучайте параболическую антенну. Не будет потерь энергии в кабелях, а может и мощность ещё подрастёт.

- Руслан, ты уверен? – серьёзно спросил меня Сергей Иванович.

- Ну, не попробуешь – не узнаешь. Но, если то, что пишут в умных книгах правда, тогда уверен.

- И ты вот так вот, один раз прочитал и запомнил? – недоверчиво спросил Андрей.

- Вообще-то, не стану хвастаться, но у меня идеальная память, я ничего и никогда не забываю. – скромно ответил я.

- А как у тебя с физикой и математикой? Сечёшь? – усмехаясь спросил Алексей.

- Нормально у меня и с физикой, и с математикой. – вспомнив, с чего начались мои неприятности и слегка обидевшись, ответил я отворачиваясь. Вот так вот и помогай людям, - думал я уставившись в стенку вагона. А с другой стороны – это наглядный пример того отношения, с которым я мог бы столкнуться, если бы попытался поделиться своими знаниями – скепсис и недоверие, хотя я же ничего нового для них не сказал, всё, что я им советовал, давно уже на Земле известно. Ну да, известно, но, скорее всего, физикам-теоретикам, а не простым инженерам.

Андрей с Алексеем ещё пытались меня подначивать, всё выпытывали, что это за детдом и что это за ШРМ, где дают такие знания, а то они на моём фоне выглядят недоучками, а потому не отказались бы продолжить своё обучение. А вот Сергей Иванович их не поддержал, а что-то считал в потрёпанной тетради. Минут через пятнадцать парням надоело над мной стебаться и они успокоились, а ещё через полчаса Сергей Иванович, как-то задумчиво, произнёс.

- А ведь Руслан прав. Не знаю, что там на счёт волноводов, а вот если запереть тиратрон и рехко его потом разрядить, то на выходе мощность сигнала должна увеличиться почти в полторы тысячи раз…

В купе повисла тишина. Не знаю, я лежал спиной ко всем, но мне кажется, что мне в спину уткнулось три пары глаз.
 
Глава 5.

​

С поезда я сошёл в Ростове на Дону, а вот мои попутчики, хотя и ехали в Крым, отправились дальше – в Киев, а потом в Харьков, были у них там какие-то дела образовались. При этом, Сергей Иванович всё же выпытал мои данные, а я, немного подумав, не стал сильно скрываться – такая конспирация может и боком выйти, вызвать ненужные вопросы и подозрения, а так… ну, что-то где-то читал и вот вспомнил и озвучил. Да и, вряд ли, он меня найдёт, потому как я и сам не знаю где завтра окажусь, где надолго осяду.

Я бродил по полуразрушенному городу, хотя… вернее будет сказать по частично восстановленному, потому как Ростов во время боёв был почти полностью разрушен и сейчас активно восстанавливался. Но, городской транспорт уже работал, восстановили электроснабжение, водопровод и канализацию, да и жилые дома восстанавливались огромными темпами, весь город, особенно его центр, буквально, был превращён в одну огромную стройплощадку, хотя, основной упор, конечно же, делался на восстановление промышленной инфраструктуры города. Недалеко от вокзала я остановился возле длинного стенда с свежими газетами. Пробегая глазами по газетным заголовкам, читая некоторые статьи, я стал невольным свидетелем разговора двух мужчин.

- Степан, это что же, ты и на самом деле надумал дом продавать?

- Костя, ну ты сам посуди, какой из меня теперь работник, на деревяшке-то. Да и от дома там один подвал остался да полторы стены.

- А земля как же?

- А что земля? Сам посчитай, у меня двенадцать десятин, по семнадцать рубчиков в год за каждую вынь да полож. По весне из исполкома комиссия приходила, землю, сад описали, всё подсчитали, всё учли. Вот и получается, что три сотни рублей в год плата за землю, плюс продналог – треть от урожая, а если урожая нет, то ещё пятьсот рублей. А в саду железа больше чем земли, какой там урожай-то? В этом году кое-как полторы десятины картохой засадил, так чуть на той борозде и не кончился, а собрал сам пять, треть отдал, так мне ещё двести семьдесят рублей долга насчитали. Ну сотню-полторы я фруктами, может быть, перекрою, а остальное где брать? Да и сад-то уже старый, почти ничего не даёт, надо омолаживать да пересаживать, а это опять деньги. Я на механический завод счетоводом устроился, так мне, как инвалиду и орденоносцу комнату выделяют, буду жить как кум королю, и с электричеством, и с канализацией, и за водой к колодцу бегать не надо, а то, что народу много, так оно даже и лучше – веселее, все свои, заводские. Вот такие вот пирожки с котятами, Костя.

- Ну это да, в городе-то всяко лучше и веселей, чем у нас на выселках… А за сколь дом-то продавать станешь?

- Ну, сотни по полторы-две за десятину, ну и полтыщи за сам дом. Развалюха, конечно, но подвал добрый, каменный и по весне не топит.

- Дороговато, не продашь, это ведь почитай две с половиной – три тысячи рублей.

- Да куда дешевле-то?!

- И то верно…

Мужики ещё о чём-то там говорили, сменив тему, а меня словно током пробило – вот оно, купить дом и чёрт с ним, что развалюха – восстановлю, зато и на земле, я уже даже представил, как под виноградом, в кресле-качалке сижу, да персики с абрикосами лопаю и считай в крупном промышленном центре, где заводов и фабрик под три сотни, с работай вообще проблем нет. Опять же, Дон вот он, рукой подать, да и море рядом, не даром же в будущем Ростов назовут «перекрёстком пяти морей». Приняв решение, я торопливо обошёл стенд.

- Товарищи, извините, но я стал невольным свидетелем вашего разговора… Вы правда дом с землёй продаёте?

- Продаю, хлопец, продаю. – ответил мне мужчина лет пятидесяти, у которого вместо левой ноги был протез. – А ты что, никак купить хочешь? Откель ты взялся-то?

- С Сибири, отец, приехал. Сам я детдомовский, всю жизнь о своём доме мечтал и чтобы сад был…

- Эх, паря, дом-то сначала ещё восстановить надо, да и потом он скучать не даст, постоянно что-то да надо делать, да и за садом уход нужен похлеще чем за девкой. – ответил мне второй мужик, примерно ровесник первого.

- Ничего, отцы, руки есть и, вроде как, из правильного места растут, сил тоже достаточно – справлюсь. Так что на счёт дома-то?

- А что на счёт дама… поехали, глянешь. Цену слышал… потянешь?

- Потяну, я после детдома два года в тайге проработал, кой-чего заработал, вот и приехал «на юга». Поехали. – и мы направились… нет не к остановке, а на вокзал, как оказалось, тут уже и пригородный поезд ходит и даже по расписанию. Ну оно и понятно, сейчас частный сектор у всех больших городов просто огромный и людям на работу как-то добираться надо, вот и запустили, первым делом, пригородный поезд.

Дом, точнее подвал под домом мне понравился – большой, видать под всем домом был, просторный, высокий. А вот сам дом… когда хозяин говорил, что осталось полторы стены, то он немного… преувеличил – не полторы стены, а полторы полуразрушенных стены, а сам хозяин, как оказалось, в том самом подвале и жил. Вот и я, пока не отстроюсь, там же поживу. В общем, ударили по рукам, сошлись на двух тысячах и семистах рублях, а заодно я на себя и налог за этот год беру, со всеми долгами. Первым делом пошли в райотдел милиции, там я написал заявление на прописку, затем в райсовет – оформлять куплю-продажу дома, без земли, потому как вся земля в СССР принадлежит или государству, или колхозам, а дом, считается, что находится в городе, так что земля, на которой он стоит не колхозная.

Через три дня Степан Андреич съехал, переселился в комнату в коммуналке, а я въехал. Ещё через неделю получил в собесе документы на дом и стал его полновластным хозяином. Так что, теперь я домовладелец и вопрос восстановления дома встал пер мной в полный рост и… вот тут-то я и присел – восстановить дом нет никакой возможности. Это вам не двадцать первый век, когда и цемент, и кирпич, и дерево на каждом шагу продают. Нет ничего этого в СССР сорок восьмого года в свободной продаже – всё идёт на восстановление народного хозяйства, а частникам… ну, гвозди есть, скобы, можно паклю купить, если повезёт, то стекло, а остальное… на стройках не хватает, о каких частниках может идти речь.

Вот я и призадумался. Нет, перезимовать и в подвале можно и не только перезимовать, можно и год прожить, и два, но ведь хочется-то дом, настоящий, а не его суррогат. Ну, раз советская промышленность обеспечить меня стройматериалами не может, значит будем извращаться. Пришлось напрягать нейросеть и ИскИн – два часа они что-то там в своих мозгах кумекали, а потом как выдали. Пластобетон – основной строительный материал Содружества. Из него строят всё, начиная от собачьих будок и заканчивая космодромами и сортов его больше сотни. Мне был предложен самый дешёвый и простой – пластобетон марки М-1, подходящий для жилого домостроения, не более… двадцати этажей и без больших продольных нагрузок, то есть на один квадратный миллиметр нагрузка должна быть не более пятидесяти тонн. Но, это в условиях Содружества, когда здания просто отливают, то есть получают монолитную постройку. У меня такой возможности, отлить себе дом, нет. Придётся изготавливать кирпичи, ну или небольшие панели. Смогу? Смогу! По факту, что такое пластобетон? Это сплошная химия, правда, абсолютно безопасная. Основу пластобетона составляет самый обыкновенный камень, причём любой – гравий, щебень, галька, да хоть гранит, хоть мрамор. А секрет его заключатся в двух химических веществах с зубодробительной формулой. Одно вещество, это пластификатор, которое, буквально, превращает камень во что-то, по своей консистенции, близкое к сметане, а второе, это затвердитель. И хотя формулы у обоих веществ очень сложные, в производстве они простые, да и ничего дефицитного, даже здесь и сейчас, в их производстве нет.

Неделю я бегал по всем магазинам, рынкам, заводам и фабрикам – клянчил необходимые химикаты. Где-то добыл мешок мела, где-то десяток килограмм серы, где-то кусок калия, где-то что-то ещё, но, как бы то ни было, через неделю я всё достал в количестве необходимом для изготовления пары сотен литров каждого вещества и только после того, как всё приготовил, развернул в дальнем углу подвала химическую лабораторию. А потом ещё три дня «химичил» - грел, охлаждал, перегонял и разводил и разливал по старым, видать винным, бочкам, что обнаружились здесь же – в подвале. Когда и пластификатор, и затвердитель были готовы, отправился на базу вторсырья. Мне нужны были доски, не важно какие, пусть кривые, косые, дырявые, а ещё нужно было найти пару центнеров макулатуры. Причём здесь доски и база вторичного сырья? А всё очень просто. После боёв сорок третьего года, в городе и его окрестностях осталось очень много побитой техники, как нашей, так и фрицевской и это не только танки и иже с ними, но и автомобили. Так вот, мне нужны были доски, а сейчас кузова делают из дерева, точнее обшивают досками металлические рамы. Те автомобили, что можно было восстановить, уже давно восстановили и они бегают по дорогам, а разбитые в хлам, горевшие и тому подобное, стащили на эту базу для переплавки. Вот я и надеялся, что смогу там найти с десяток более-менее целых досок для форм, в которых буду делать блоки из пластобетона.

Мой «поход за покупками» удался на все сто процентов и даже больше. Пусть работники базы и смотрели на меня как на сумасшедшего, но, помимо, пары десятков досок, пусть и треснувших, местами так вообще расщеплённых, с дырами от пулевых попаданий, да такие только на дрова и пускать, я разжился десятком повреждённых автомобильных генераторов и полураздавленным немецким мотоциклом, видать под танк, бедолага, угодил, плюс к этому, мне ещё выделили и целую кучу упакованных немецких листовок. Вот ума не приложу, на кой хрен они их хранили столько лет. Само-собой, что листовки те не один десяток раз побывали под дождём, пожелтели и покоробились, но это была целлюлоза и не в виде опилок, с которыми я бы намучился, а почти чистая. Всё это добро мне закинули в попутную машину и приглашали заходить ещё, пообещали, если будет у меня на желание, подогнать мне не до конца сгоревший грузовой мерседес, правда полтинник с меня стрясли, ну да я не в обиде. Ладно, пусть шутят и смеются, они же не знают, что у меня есть Магия и технические дроиды. А я, если не был счастлив, то очень близко к тому. С чего это? Да сам не знаю, но мне, неожиданно, понравилось работать своими руками. А мерседес я заберу, в хозяйстве пригодится. Через полтора часа я всё это сгрузил у себя во дворе. Ну, как во дворе, возле дома, потому как ни о каком заборе, само-собой, речи не идёт.

На следующий день в подвале началось священнодействие. Я, с помощью Магии, «лечил» доски – заращивал дыры, сращивал трещины, удалял обгоревшие куски. Убил на это время до обеда, но в результате получил пятнадцать четырёхметровых досок и с пару десятков коротких, сантиметров по тридцать, обрезков, прекрасно вписывающихся в мои планы. А потом, до самого вечера, пока не стемнело, занимался немецкими листовками, превращая их в очень мелкое конфетти. Всё, в принципе, я был готов начать изготовление пластобетонных блоков, дело осталось за малым – раздобыть мелкий щебень, или гравий, да что угодно, лишь бы камень. Ну, с этим проблем нет, если выписал и заплатил, то привезут сколько надо – развалины всё ещё разбирают, целые кирпичи откладывают и даже иногда продают частникам, а весь лом идёт в дробилку, потом этим дробом засыпают воронки и отсыпают дороги. Решение, конечно, так себе, но местным виднее.

И хотя я заказал щебень уже на следующий день, который на это и убил, привезли мне его только через четыре дня, аж целых четыре машины, почти три с половиной тонны. Да и привезли, признаться, щебень, но вперемешку с мелкой речной галькой, но я не в обиде. Вс ё это время, пока ждал, занимался садом. Да, бывший хозяин был прав, сад старый, очень старый и, по-хорошему, его надо корчевать и высаживать новый – молодой, но… Магия Жизни и Магия Природы творят чудеса. За эти четыре дня я смог омолодить деревья раза в два и теперь это был не старый сад, а сад в самом рассвете сил. А вот по осени вырвусь в лес или поле, наберу трав, да изготовлю для растений подкормку, так они сами до оптимального возраста и омолодятся, да и урожай с каждого дерева будет такой, что все соседи сбегутся посмотреть и позавидовать.

Но, всё когда-нибудь заканчивается и хорошее, и плохое, вот и моё ожидание закончилось. Пришла пора заняться домом. Я не строитель, хотя строительные Базы и изучал, но там в основном разработка проектов, управление строительными дронами и комплексами, расчёт конструкций и инженерных коммуникаций, а вот на счёт изготовления пластобетона почти ничего и нет, только состав да формулы активаторов, ну и немного про их получение. Поэтому и не мудрено, что «первый блин» у меня вышел комом, да ещё каким. Откуда же я мог знать, что наша земная галька, да вперемешку с щебнем, да с мелкими частицами бумаги, после применения пластификатора даст такой эффект. Хорошо, что я сначала решил попробовать на совсем маленькой форме, всего на два блока. В общем, делал я всё по инструкции – уложил щебеночно-галечную смесь в форму, предварительно добавив в неё горсть бумажного конфетти, разравнял и всё это дело полил пластификатором, в объёме, рассчитанном согласно массы исходного сырья. Минут пять ничего не происходило, а потом пошла реакция, да ещё как пошла. В итоге, выход полезного материала оказался почти в три раза больше по объёму, нежели объём моей исходной смеси. С одной стороны это радует, гораздо меньше придётся возиться, а с другой… вопрос – как этот отразится на, скажем так, эксплуатационных качествах итогового материала. Ну, на счёт крепкости я разобрался через полчаса, когда убрал с формы всё лишнее, и капнул закрепителем. В общем, за десять минут долбления по получившемуся блоку, кроме как сломанной рукоятки пятикилограммовой кувалды и усталости никакого эффекта не было. На блоке даже сколь заметных царапин не осталось, при этом блок получился легкий, легче обычного кирпича, хотя по всем габаритам более чем вдвое больше. А вот теплопроводность будем зимой проверять, если что, то следующим летом буду утепляться. Работа закипела, конечно же, я учёл свои ошибки и смеси в формы сыпал ровно в три раза меньше чем надо. Хотя, если честно, то и второй «блин» у меня тоже вышел «комом», а всё потому, что я решил, раз смеси ложу меньше, то и пластификатора тоже надо ложить втрое меньше. В итоге, смесь стала пластичной, как густая сметана, но при этом «не поднялась». Зато теперь я знаю как изготовить плиты перекрытия и могу штамповать не только строительные блоки, но даже и отделочные плитки, но для этого лучше использовать песок, я так думаю, тогда и плитка выйдет тонкой и прочной.

Из досок у меня получилось пять форм, в каждой из которых можно было сделать по десятку блоков. Вот этим я и занялся. Дом я решил ставить по старому подвалу, а это восемь на восемь метров, для одного меня более чем достаточно, да и для двоих-троих места будет вполне достаточно. В идеале, у меня должна получиться этакая трёхкомнатная квартира, с кухней и санузлом. А это значит, что мне надо изготовить порядка трёх тысяч блоков, а это порядка пяти-шести дней непрерывной работы. Ну да, глаза боятся, а руки делают.

Пару дней я работал спокойно, штабель блоков рос с каждым часом, на третий день начали заглядывать соседи, но разговорами не отвлекали, то ли потому, что мы были не знакомы, то ли потому, что видели – человек делом занят и нечего его отвлекать. А на пятый день, с самого утра, я только-только приготовил первую партию блоков и занялся второй, как ко мне пришли, хотя, скорее за мной пришли. В общем ко мне на участок ввалилось трое милиционеров во главе аж с целым старшиной.

- Гражданин, ваши документы. – строгим голосом потребовал старшина.

- А на каком основании? Позвольте поинтересоваться. Во-первых, вы без разрешения и, как я понимаю, без необходимых документов ввалились ко мне на участок. Во-вторых, прежде чем что-то требовать, потрудитесь представиться и предъявите свои документы. – с нажимом ответил я. А что, с местными законами я уже ознакомился и знаю, что просто так ввалиться к человеку милиция не может – еужны основания. Правда… сомневаюсь, что кого-то это волнует. Но… старшина стушевался и полез в карман гимнастёрки.

- Вот. – махнул он у меня перед лицом раскрытым удостоверением. – Я ваш участковый инспектор, старшина милиции Криворучко Остап Сидорович. А это оперуполномоченные.

- Очень приятно, Остап Сидорович. Надеждин Руслан Владимирович. Так чем обязан?

- Сигнал поступил…

- Сигнал? Вот же люди, а! Я только вторую неделю как дом купил и въехал, а они уже сигнализируют. – улыбаясь ответил я.

- Зря улыбаешься, парень. – мрачно посмотрев на меня, на штабеля блоков, сказал один из оперуполномоченных. – Хищение социалистической собственности, или скупка похищенного… лишение свободы, по новому Указу, на срок до десяти лет.

- Что же ты, такой молодой а уже на скользкую дорожку свернул… - вроде как с жалостью поддержал коллегу второй опер.

- Да вот, как-то так вышло. – пожал я плечами, а потом спросил. – А что я украл-то?

- ты паря мне тут прикидываться брось. Говори, где, когда и сколько цемента украл. Кто помогал, кто сообщник! – опять строго начал старшина.

- Товарищи… или граждане?

- Пока ещё товарищи, но это, судя по тому, что мы видим, совсем ненадолго. – опять влез первый опер.

- Так вот, пока ещё товарищи, ничего и нигде я не крал и уж тем более ничего ворованного не покупал, а цемента у меня и вшивой горсти нет и не было. У вас всё? А то мне работать надо.

- Как это нет и не было цемента, а вон ту кучу кирпичей ты где взял? – никак не успокоится старшина.

- Так, это – сделал. И ещё буду делать, а вы меня отвлекаете.

- Что значит сделал?! – начал закипать участковый.

- Сидорович, подложи. Тут надо разобраться. Цемента мы и на самом деле тут не видим и никаких его следов, но целая куча, явно свеженьких, блоков вот она. Формы для их изготовления тоже вот они, молодой человек даже ещё не все блоки из форм достал. Так что, вещественные доказательства у нас есть. Осталось выяснить некоторые вопросы и молодой человек нам на них честно ответит. Ведь ответишь ведь, да? – вступил в разговор первый опер, а второй в это время крутил в руках один из блоков и у него было такое выражение лица, словно он сам себе не верит.

- Отвечу, отчего же не ответить, только ведь вы ещё ни о чём не спрашивали, а только обвинениями кидаетесь. - пожав плечами ответил я

- Вот и хорошо. Блоки откуда?

- Сам сделал.

- Где цемент?

- Да нет у меня никакого цемента, что вы пристали-то?! Идите, ищите, всё что найдёте, будет ваше.

- А ведь и пойдём, и найдём. Сидорович, организуй нам пару понятых, а я пока постановление выпишу, на осмотр места предполагаемого преступления. – ехидненько улыбаясь сказал первый опер, но его отвлёк второй.

- Олег, не торопись. Подойди-ка сюда, посмотри.

- И на что тут смотреть?

- Ты же знаешь, что я перед войной в строительном институте учился?

- Конечно знаю. А это тут при чём?

- А при том. Посмотри на эти блоки… Будь они цементные, раза в три тяжелее бы были. А структура, ты посмотри на структуру, они же гладкие… как зеркало.

- И что? Сигнал-то отрабатывать надо. А тут и так всё ясно.

- Ничего тут не ясно! – резко ответил первому второй опер. – Вы, товарищ старший лейтенант, старшего по званию-то послушайте. – и уже обращаясь ко мне. – Руслан Владимирович, а как вы эти блоки сделали, из чего?

- Так вон, щебень да галька, ну ещё чуть мелко резаной бумаги. – спокойно ответил я.

- А продемонстрировать можете?

- Так без проблем, вы же сами меня от работы оторвали. – я опять пожал плечами и принялся за работу. Освободил до конца все формы, насыпал в них свою смесь, тщательно разровнял и добавил пластификатор. Когда смесь начала бурно реагировать и расти в объёме милиционеры аж отпрыгнули. А я аккуратно, ножом, выровнял густую смесь, убедился, что все формы полностью заполнены, без пустот, и начал капать затвердитель. Надо было видеть глаза моих незваных гостей, когда прямо на их глазах я начал доставать из форм очередные полсотни блоков.

Первым в себя пришёл опер, что когда-то учился в строительном институте.

- Руслан, а что, блоки-то эти крепкие, или от любого пинка развалятся? – я только усмехнулся.

- Вон кувалда лежит. Возьмите любой и попробуйте разбить. Если разобьёте, я вам бутылку коньяка поставлю. Следующие полчаса три здоровых мужика, матерясь и сменяясь долбили несчастный блок кувалдой, пока совсем не умаялись.

- Крепкий, зараза. – вытирая пот сказал старшина, а потом повернувшись, к таким же потным операм, спросил. – Так что, товарищи оперуполномоченные, делать-то будем?

- Ничего, Сидорович, делать не будем, в отдел поедим. Руслан, ты не против, если мы пару блоков у тебя позаимствуем? Нам для отчёта, ну и, скорее всего, для экспертизы понадобятся. – спросил меня бывший студент-строитель.

- Да берите, чего уж там. – махнул я рукой.

- И ещё пара вопросов, Руслан. А чем ты смесь эту свою поливал, а потом что капал?

- Ну, первое, это я называю – пластификатор, он камень делает почти жидким. А второе – закрепитель, он нейтрализует действие пластификатора.

- А не опасные эти штуки?

- А с чего им быть опасными? Смеси эти не горят, от слова совсем, никакого запаха, испарения тоже безопасные. Ни тот, ни другой состав на органику вообще никак не воздействует, как, впрочем, и на метал – только на камень, кварц, кремний и тому подобное.

- Ага, а где ты эти составы взял?

- Нигде не брал, сам сделал. Побегать по городу, конечно, пришлось, пока всё нужное собрал, но нашёл же.

- Ясно. Всего тебе хорошего и это… пару-тройку дней никуда из дома не уходи, можешь понадобиться – сигнал-то был. – сказал мне на прощание опер.

Ага, не уходи, можешь понадобиться… А на кой хрен я тогда весь этот цирк устраивал, если сейчас в бега подамся? Ведь, что пластификатор, что закрепитель, очень просты в изготовлении, никаких тебе реакторов, гигантских температур и прочего. Если поставить их изготовление на поток, то на любую стройку только и нужно будет щебень завозить, да ёмкости с моей химией. Пятиэтажки можно будет как горячие пирожки печь, ведь из пластобетона можно и фундамент лить и не надо будет месяцами ждать, пока он затвердеет, и трубы, которые не прорвёт, пьяный экскаваторщик ковшом не порвёт. Так что, то, что я работал, практически, на показ, это не просто так. Вот только ждал я не сотрудников милиции, а кого из строителей, но… как уж получилось.

а 3 и 4 глава от какой книги?
От пятой.
 
Ну да, как то так. Припоминаю совочные нравы. Сейчас этот отрывок поймут только те, кто тогда жил. Молодежь не поймет.
 
Ну да, как то так. Припоминаю совочные нравы. Сейчас этот отрывок поймут только те, кто тогда жил. Молодежь не поймет.
😁🤣 Опять ворчишь как старая грымза . От старикашка злопамятный. Давай ша нам повтирай как карашо у демократии "жыть"
 
Глава 6.

​

Четвёртый день в Ростовском Инженерно-строительном Институте царил самый настоящий переполох. Не во всём Институте, конечно, а только на одной из его кафедр, но руководил всем этим бедламом сам ректор, а парторг выедал у сотрудников кафедры мозг чайной ложкой, бегая из одной лаборатории в другую и стоя над душой. А попала под раздачу «Кафедра строительных материалов и технологий строительства», на которую один из её бывших, но недоучившихся, студентов, принёс пару нестандартных строительных блоков. Сначала, как же иначе, сотрудники кафедры посмеялись над недоучкой, потом призадумались, а потом услышали грозный рык сверху – разобраться и доложить. Вот тут-то всё и закрутилось, завертелось. Первые же лабораторные испытания непонятных блоков вызвали восторг и недоумение. Во-первых, прочность предоставленных на изучение блоков, по методу Роквелла, превысила двести килограмм секунду при заточке алмазного сверла в сто двадцать градусов, то есть превзошла почти в двое прочность особо твёрдых материалов, включая твёрдые сплавы и изделия с поверхностной закалкой. Во-вторых, теплопроводность исследуемых блоков оказалась на уровне одной сотой ватта на метр, в принципе, почти идеальный результат, на порядок превышающий этот показатель у дерева и в несколько раз у минеральной ваты. В-третьих, исследования показали, что блоки практически не поддаются воздействию со стороны влаги, ультрафиолетовых лучей, перепадов температуры в очень широком диапазоне, по крайней мере резкие перепады от минус восемьдесят градусов до плюс восемьдесят, блоки выдержали без каких-либо проблем. Да что там говорить, даже кислотам эти блоки оказались неподвластны. Учёные оказались в явной растерянности, ведь предоставленные в их распоряжения блоки демонстрировали, практически, идеальные свойства и могли использоваться на любом этапе строительства, начиная от несущих конструкций высотных зданий любого назначения, вплоть до внешней отделки уже построенных зданий. Но, если честно, то переполох был вызван совсем не этим, нет, конечно этим, но совсем по другой причине. Ни для кого не являлось секретом, что в стране огромные проблемы с цементом и его производными, а строительные объёмы были невероятно огромны, а тут им заявляют, что эти блоки изготовлены без цемента и буквально на коленке. И у «учёных мужей» тут же возникла мысль, что тот, кто первый заявит о разработанной технологии производства такого материала гарантированно получит Сталинскую премию, а может быть и Звание Героя Труда. Мимо такого пряника они уже пройти не смогли, но… секрет изготовления материала они выяснить так и не смогли, даже идей на этот счёт, более-менее приемлемых, ни у кого не было. Дважды сам ректор приглашал бывшего студента, а ныне майора уголовного розыска, на беседу, с целью выяснить откуда в его руки попали эти блоки, то, что это, скажем так, часть трофеев совсем недавно отгремевшей войны и речи не идёт, потому как видно, что блоки изготовлены совсем недавно, буквально несколько дней назад. В итоге, майор получил на руки подробнейший отчёт о проведённых испытаниях, но без итоговых выводов, а ректор решил выяснить «откуда ноги растут» по своим каналам через областное Управление МГБ.

Само собой, что я ничего, о кипящих в стенах РИСИ страстях, не знал и не подозревал. Поэтому спокойно работал, правда пришлось мне ещё день потратить на «занятия химией», а то я как-то подзабыл, что мало получить блоки для строительства, их же ещё и как-то между собой соединить надо, цемент-то как был недоступен, таковым и остался. Благо, что подобные проблемы в Содружестве уже давным-давно решены и формула клея для пластобетона секретом не является. Вот и убил я целый день на варку нового «зелья». Нет, я конечно же мог соединить блоки с помощью Магии, но как я потом объясню этот факт, когда ко мне придут с вопросами, а то, что придут, в этом я ничуть не сомневаюсь. Вот и варил «ядрёную смесь», не смотря на то, что часики тикали и время шло. В общем, я только-только закончил класть второй ряд, когда возле моего дома остановился очередной автомобиль и из него вылезли «двое из ларца, одинаковых с лица».

- Надеждин?

- Ну…

- Одевайся, поедешь с нами. – безальтернативно заявил один из прибывших. А я, надо заметить, работал по пояс голый, да ещё и босиком.

- Я занят, поэтому никуда я с вами не поеду. – устало ответил я. – Тем более, что я вас не знаю, может быть вы из этих, ну… которые мальчиков любят. Я сейчас с вами поеду, а потом ищи где вас закапывать.

Как и следовало ожидать, парочку тут же полезла в драку. Ну, как полезла, так и отлетела, не им со мной тягаться, тем более сразу видно, что «в поле» ребятки никогда не работали, да и не воевали – обоим, в лучшем случае лет двадцать – молодые, дурные, неопытные. Осознав свою физическую несостоятельность, они не придумали ничего лучше, чем схватиться за оружие. Вот тут я уже работал жёстко – стволы отобрал, а державшие их руки сломал, ну и отпустил… с богом. Идиот? Нет, я хоть и не ждал таких вот посетителей, но сориентировался быстро, так как в мои планы они очень удачно вписались. Ведь я уже давно понял, что очень сильно поторопился с побегом из Москвы, да и со сменой личины и личности тоже, да и с изменением паспорта. Теперь вот приходится такими неординарными методами привлекать к себе внимание определённых товарищей. А местных МГБшников и, уж тем более, милиции я не боюсь. Опасаюсь, да, но не боюсь. В крайнем случае опять исчезну и объявлюсь уже где-нибудь в Подмосковье, под своим старым видом и со старыми документами, да и начну всё поновой.

Буквально через два часа, после того как эта парочка уехала, ко мне во двор зашёл уже знакомый опер, тот что до войны учился в строительном институте.

- День добрый, Руслан.

- Какой же он добрый, если вы пришли. – невесело ответил я.

- Ну да, в чём-то ты прав. Ты вот мне что скажи… зачем было оперативных сотрудником УМГБ калечить, это ведь уголовная статья – тяжкое преступление.

- А у них на лбу, что сотрудники, да ещё и МГБ не написано. Ввалились тут какие-то, давай руками махать, потом оружие достали, а я что, должен был просто смотреть? Так я не овца, чтобы всё терпеть. Вот представились бы, тогда другое дело, тогда бы и бить не стал, а просто вежливо… послал бы. Кстати, вам бы тоже, представиться не помешало.

- Вот правильно нас учат, сначала представься, а потом уже вопросы задавай. Я – майор милиции Игнатьев Иван Викторович, старший оперуполномоченный отдела ГУВД по Пролетарскому району города Ростов на Дону. – официально представился опер.

- Можете же, когда захотите, а то приехали тут, давай орать, за руки хватать. Так что хотели-то, товарищ майор?

- Видишь, в чём дело, Руслан… твои блоки очень сильно заинтересовали наших учёных из РИСИ, там, понимаешь, высокими наградами и премиями запахло, а сами они с твоими блоками разобраться не могут. Вот, кто-то в Институте, и решил выяснить откуда у нас эти блоки, обратились к знакомым в городское Управление МГБ к знакомым. Сам понимаешь, молчать мы с лейтенантом не стали и про тебя рассказали. Но, в УМГБ ведь тоже не дураки сидят, быстренько смекнули, что им за такое дело светит, дружба-то, конечно, дружбой, но копию доклада, с результатами исследований твоих блоков, в Москву отправили. А оттуда приказ – сидеть на попе ровно, изобретателя ни в коем случае не трогать, негласно охранять. А сегодня утром из Москвы какая-то очень уж большая шишка прилетела, звание-то невелико, всего-то подполковник, но перед ним всё городское МГБ на полусогнутых ходит. Вот он-то и приказал ПРИГЛАСИТЬ тебя для беседы. Наши отправили к тебе двух стажёров… ну а дальше ты и сам всё знаешь. Московский гость, на твои действия только улыбнулся и сказал найти человека, с которым ты хотя бы сразу поговорить согласишься. Ну, вот я и здесь…

- А у этого московского подполковника фамилия есть?

- Если не ошибаюсь, то – Воронов.

- Управление «П» – МГБ СССР?

- А ты откуда знаешь?!

- Встречались, в Москве. – тяжело вздохнув ответил я. – Ладно, товарищ майор, поехали. А где машина-то?

- Понимаешь, тут такое дело… не пропустили меня на машине, тут до неё всего метров двести. – смущаясь ответил Игнатьев.

- Что, уже всю улицу оцепили? Даже майора милиции не пропустили? – совсем даже не наиграно удивился я.

- Ну, с этими мужиками лучше не спорить – целее будешь. – кривовато усмехнувшись ответил майор. – Да и оцепили её ещё до появления у тебя стажёров. Это, кстати, тоже был приказ того московского полковника.

- Майор, что-то ты мудришь… говоришь, что старший опер в милиции, а о МГБшных делах знаешь больше их… - Игнатьев усмехнулся.

- Руслан, ты заметил, что водитель в вашу стычку с стажёрами не вмешался? У него тоже были свои инструкции. Эти два олуха ещё до машины доползти не успели, а меня уже инструктировали что и как тебе говорить. Тот полковник особо заострил моё внимание, что отвечать тебе на твои вопросы надо полно и как можно точнее. Полтора часа инструктировали… и вот что я тебе скажу… из своего опыта… тебя или списали, или они о тебе знают что-то такое, что ты и сам о себе не знаешь и поэтому ты им очень нужен и дело тут вовсе не в твоих блоках и технологии их производства. Кто ты, Руслан? На фашистского недобитка ты не похож, на шпиона наших «заклятых друзей» тоже… так кто же ты? – на этот вопрос я майору не ответил… потому что и сам на этот вопрос правильного ответа не знаю, да и вопрос-то, скорее всего, был риторический.

До областного управления МГБ мы больше не проронили ни слова, каждый был занят своими мыслями. Не знаю о чём думал майор, я же пытался предугадать, о чём со мной будет говорить Воронов. В здание МГБ Игнатьева не пустили, дескать – мавр сделал своё дело, мавр может быть свободен, о чём ему довольно прозрачно и намекнули, но, я так понял, что майор и сам не горел желанием влезать в дела всемогущего министерства. По широкой лестнице я, с парой хмурых сопровождающих, поднялся на третий этаж, где меня попросили подождать пару минут у дверей без таблички. Двух минут ждать не пришлось, секунд двадцать и мне предложили пройти в кабинет.

Воронов встретил меня сидя за столом и с широкой улыбкой, вот только эта его улыбка прямо на глазах начала сползать.

- Кто ты такой и где Руслан? – мне показалось или нет, но в его голосе проскочило рычание.

- Извини, Илья Николаевич, что тебе побегать за мной пришлось, просто в камере вашей конторы мне очень не понравилось.

- Р-р-руслан?

- Да я это, я. Вот видишь, до чего доводит спешка. Вы же меня по паспорту вычислили? Да, фамилию поменял, дату рождения изменил, а вот про номер и серию забыл. А когда сообразил, то уже было поздно – паспорт засветил и мне только и оставалось, что ждать этой встречи.

- Но… как?!

- А вот об этом разговора у нас не будет, а станете настаивать – уйду и в этот раз вы меня уже никогда не найдёте. – жёстко ответил я. – Кстати, полковник, подскажи, чем занимается это ваше Управление «П» вашей конторы? – тут уже усмехнулся Воронов.

- А вот об этом, мы с тобой поговорим, когда я буду на все сто процентов уверен, что ты именно тот самый Руслан Найдёнов, шестнадцати лет отроду.

- Ну, на счёт шестнадцати, это ваши эскулапы очень сильно погорячились, мне уже давно за сорок перевалило. А на счёт уверенности… могу ещё раз доказать вам Великую Теорему Ферма, даже двумя способами. Ладно, что хотел-то, а то у меня там стройка встала, а лето заканчивается, скоро дожди пойдут, потом холода наступят.

- А тебе не всё равно, ты же уже в Москве в это время будешь. – усмехнувшись ответил полковник.

- Не, в Москве ты, полковник, будешь, а я здесь, ну или… где-нибудь в Калифорнии на пляже загорать. Это уже от вас зависит.

- Руслан, ты не понимаешь, с тобой хотят встретиться очень важные люди.

- Сталин? Берия? – Воронов растерянно, отрицательно покивал головой. – Нет? Так какие же они тогда важные? Да и ведь это они хотят со мной встретиться, а не я. Вот пусть они ко мне и приходят, а мне некогда, да и просто лень чужие хотелки выполнять. Надеюсь, полковник, мы друг друга поняли.

- Ру слан, мы ведь и силу применить можем… - как ребёнку начал что-т о втолковывать мне полковник, но я его перебил.

- Воронов, ты абсолютно неправильно ставишь вопрос. Во-первых, вы можете попробовать применить против меня силу. Чем это закончится… я тебе уже сказал. Во-вторых, предположим, повторяю, предположим у вас это, каким-то образом, получилось… и что дальше? Ты правда думаешь, что я после этого пойду хоть на какое-то сотрудничество?

- Хорошо. Я тебе кое-что расскажу, но сначала… я должен знать кто ты и не рассказывай мне сказки, что ты не помнишь. Сам сказал, что тебе уже сороковник минул.

- Ну… скажем так… турист-отпускник, отдыхаю я, душой и телом. Хочу немного пожить, тихо, мирно, спокойно, посидеть с удочкой на берегу реки, обдумать прошлое, подумать о настоящем и задуматься о будущем.

- И на сколько у тебя этот твой отпуск затянется?

- Да пока не надоест! Год, два, двадцать или пятьдесят…

- У нас в стране отпуска регламентированы, а за тунеядство предусмотрено наказание…

- Ну так стран на Земле много, речек тоже, а мне большой разницы где отдыхать нет. Я же уже говорил.

- Вы там все такие… наглые?

- Там это где? – не понял я.

- Ну… в этом вашем… Содружестве? – сказать, что я охренел, это значит вообще ничего не сказать.

- Так, Илья Николаевич, а вот с этого момента, пожалуйста, поподробнее.

- Значит я не ошибся и ты оттуда. – не спросил, а констатировал факт Воронов. – И, если не секрет, из какой его части?

- Ну… предположим, из Империи Аратан. – осторожно скал я.

- И тут Империя. Большая?

- Что-то около сотни обжитых Систем, необжитых раз в пять больше.

- А что ты знаешь об Арварской Империи?

- Немногим больше Аратана, но в технологическом плане чуть отстаёт и… рабовладельческая.

- Более подробно сможешь рассказать?

- Смогу, но зачем это вам? Или… или вы установили с ними контакт?

- Есть такая идея. – на это я только усмехнулся.

- Будете торговать собственным населением за «стеклянные бусы», ну-ну.

- Почему за «бусы» и, почему за население? Нам есть что предложить инопланетянам.

- Нет, предложить вам нечего, а арварцев интересуют только рабы и с как можно более высоким коэффициентом интеллекта.

- Кроме людей у нас есть золото, платина, нефть, алмазы, сталь… Нам есть что предложить!

- Повторяю, вам нечего предложить даже самому отсталому государству Содружества. Золото, платина, сталь… тфу, этого в любом астероидном поясе навалом, а вы не сможете даже предельно низкую чистоту металлов обеспечить – у вас нет таких технологий, и никто вам их и не передаст. – я задумался. – Блин! Закон «О невмешательстве»! Да вы же даже не с официальными лицами арварцев повстречались, а или с контрабандистами, или с самыми обыкновенными пиратами!

- Что за Закон такой? – заинтересовался Воронов.

- Закон запрещающий вмешиваться в развитие туземных рас. – Воронов только усмехнулся.

- Ну, любой Закон можно обойти. Как сказал Владимир Ильич – за триста процентов прибыли буржую продадут нам и верёвку, на которой мы их повесим.

- Не в этом случае. Содружество… оно неоднородно, есть высокоразвитые цивилизации, есть такие как Аратан И Арвар, а есть и те, кто только-только выбрался из гравитационного колодца своих Систем. Более старшие цивилизации, практически, подмяли под себя производство и разработку критически важных товаров и именно они следят за соблюдением этого Закона, потому что он им выгоден и удобен, потому как эти «Центральные Миры», словно огромный пылесос выкачивает из окраинных государств и ресурсы, и мозги. Так что, стоит только какому-нибудь государству засветиться с «дикими», как тут же последуют санкции – запрет на ввоз и продажу на территорию такого государства любой высокотехнологичной продукции. Лет десять после этого такие нарушители потрепыхаются на старых запасах, что-то добудут через тех же контрабандистов и пиратов, но уже через двадцать лет безнадёжно отстанут в развитии от ближайших соседей. В результате короткая война и такое государство просто исчезает с карт Содружества и Галактики. И единственное в этом вопросе исключение, это научные экспедиции, но и они, в основном, работают с орбиты, с помощью специализированных устройств, которые земные технологии ещё лет двести не смогут засечь.

- Войны внутри одного образования?!

- Содружество, это не Союз государств. Содружество, это что-то вроде Лиги Наций или ООН. У него даже общего правительства нет. У каждого государства свои Армия, Флот и законодательство, хотя, есть и Законы Содружества, Закон «О невмешательстве» - один из них. В каждом государстве своя валюта, но наиболее распространен «кред» - общая валюта Содружества. И распространён он не потому, что чем-то лучше национальных валют, а потому, что только за креды можно купить высокотехнологичную продукцию. По большому счёту, кред – это валюта Центральных Миров. Общие стандарты, для всех государств, это тоже стандарты Центральных Миров. Да куда не сунься, везде эти Центральные Мира. Есть такое понятие – неоколониализм, или колониализм по новому, это когда юридически то или иное государство независимо, а по факту как было, так и осталось колонией, потому что это выгодно, ведь ресурсы этого государства, на деле, а не на бумаге, принадлежат Метрополии, предприятия – Метрополии, даже власти – куплены Метрополией. Вы с этим скоро столкнётесь… сами увидите.

- Мы знаем, что Империи Арвар и Аратан – непримиримые враги. Ты – аратанец, так может быть ты всё врёшь?

- Я не аратанец, я – землянин, хотя и прожил в Империи достаточно долгий срок и не только в Аратане, но и в других государствах Содружества. Так что, мне нет смысла врать. А вообще… это ваше дело, с кем дружить.

- Да наше… но… технологии…

- Технологии без Знаний – ничто! Арварцы предлагают вам Знания? Нет! Что и требовалось доказать. Притащат они вам пару-тройку производств первого-второго поколения, выдадут их за самое-самое, а вы будете как те дикари прыгать от радости, даже и не подозревая, что вам подсунули пустышку. Ладно, арварские инженеры настроят и наладят вам эти линии, а обслуживать их кто будет? Тоже арварцы? Так за это платить нужно, а у вас, повторяю, кроме людей ничего нет и… вот уже СССР крупнейшее работорговое государство на планете. Поздравляю! За что боролись, как говорится.

- Ну, ты жути-то не нагоняй. Руслан, вот ты сказал, что ты землянин… это значит, что ты в Содружество попал ещё до войны?

- Это, смотря какой… Но об этом мы с вами говорить не будем. Вы мне лучше расскажите, как вы на арварцев вышли.

- Извини, но этого я тебе не скажу – к нашим делам это отношения не имеет.

- Ясно. Ну, тогда, будем считать, что на этом наш разговор и закончился. Надеюсь, что меня отвезут домой, или мне пешком через полгорода топать.

- Руслан, шутки закончились. Домой тебя, конечно, отвезут, но только для того, чтобы ты собрал вещи. Мы летим в Москву.

- Полковник, я вот не пойму, ты что, русского языка не понимаешь? Я же ясно и чётко сказал – я никуда не поеду.

- Руслан, у меня приказ – доставить тебя в Москву.

- Так это твой приказ – твои проблемы. А у меня нет никакого желания туда-сюда мотаться.

- Руслан, ёшкин кот, тебя сам первый секретарь Московского обкома и горкома партии, а также секретарь ЦК видеть хочет! Ты хоть понимаешь, что это за человек?!

- Подожди-ка, первый секретарь Московского обкома и горкома… Хрущ что-ли?! – обрадовался я.

- Ну, да… Никита Сергеевич Хрущёв первый секретарь Московского обкома и горкома партии, а также секретарь ЦК. И что значит «Хрущ», ты что себе позволяешь, пацан! – сначала растеряно, а потом с возмущением говорить Воронов, но я его прервал.

- Поехали, полковник, поехали! Вот свезло так свезло, не надо эту гадину искать, сам зовёт – сам и ответит! – тут, по-моему, до Воронова начало что-то доходить и он, приглушая голос, спросил.

- Э-э-э, Руслан, ты чего это задумал?

- Как это чего, грохну с-с-суку, распылю на атомы, голову оторву и в дупу вставлю! Поехали, полковник, поехали! – я аж по кабинету забегал, типа от нетерпения – играл, конечно, но Воронов поверил, ещё как поверил, а он, почему-то, уверен, что я смогу сделать то, что обещаю. Ну, тут-то он прав, вот только после этого жизни в СССР мне уже не будет, а жаль.

- Руслан, сядь и успокойся! – вызверился Воронов. – Ты думай, что говоришь-то! Да за такие слова тебя в три секунды к стенке поставят и ни на что не посмотрят. Ты же ведь это сейчас прикидываешься, чтобы я от тебя отстал. Так ведь? – с нескрываемой надеждой спросил полковник.

- Илья Николаевич, помнишь, ты спрашивал, когда я попал в Содружество? Так вот, в Содружество я попал уже после две тысячи двадцатого года… - в кабинете повисла тишина.

- Так ты… из будущего? – почти шёпотом спросил Воронов.

- И да, и нет. – спокойно ответил я.

- Я из другого Мира, с другой Земли, где история развивалась в точности как и у вас. Есть, конечно, небольшие отличия, но только в мелочах.

- Например?

- Ну, например, в моём Мире, Ростов на Дону немцы брали дважды, первый раз в сорок первом, а второй в сорок втором. Первая их оккупация длилась неделю, после чего Красная Армия вышибла их из города и с очень, для них большими, потерями. А вот День Победы мы празднуем девятого мая, а не пятого. Есть и ещё незначительные расхождения, но в целом они картину не меняют.

- Расскажешь?! – с каким-то, можно сказать, детским интересом спросил меня Воронов.

- Илья, многие знания – многие печали. Поверь, тебе не нужно этого знать. Изменить ты, всё равно, ничего не сможешь – не настолько ты высокого полёта птица, а Знание будет точить тебя изнутри, не даст спокойно жить и работать.

- Моё Управление было создано в сорок четвёртом и напрямую подчиняется министру.

- Абакумову? Нет, не вариант, не долго ему осталось. В начале июля пятьдесят первого его снимут с должности, а уже двенадцатого арестуют, ну а декабре пятьдесят четвёртого расстреляют. Берию он переживёт ровно на год. Сталина на год и девять месяцев. И хрущ во всём этом сыграл очень немаленькую роль. – на Воронова было жалко смотреть, таким пришибленным он мне казался, словно потерял опору под ногами. – Ладно, Илья Николаевич, ты тут посиди, подумай, а я домой поеду – дела у меня.
 
Назад
Верх Низ